Мастер Гравитации 2
Шрифт:
Вот дерьмо! Я немного испугался, но не подал вида. Было бы забавно, если бы Гриша заметил, как меня выбила из колеи внезапно выдвинувшаяся платформа с шампанским.
К такому шику в этом мире мне привыкать не приходилось. Хотя я и аристократ, родители младших детей редко балуют.
Сразу же следом за шампанским справа открылась другая платформа с сигарами. А затем с каким-то космическим звуком из потолка выехал экран, и на нём включился ретро-фильм.
В общем, мы ехали в лимузине, салон которого был изящно оформлен: по бокам местами была обивка
На бал нас вёз водитель Распутиных во фраке и цилиндре, да ещё и в белых перчатках в придачу.
— Слушай, Гриш, а к чему весь этот пафос? Мы словно на приём к императору едем, — обратился я к другу, который едва пригубил пузырящееся шампанское.
— Не ко мне с такими вопросами. Я тут, дружище, ничего поделать не могу, — друг развёл руками, а просторный салон бронированного лимузина прекрасно позволил это сделать. — Я ведь еду на бал от имени своего Рода, как его представитель. А ты сам понимаешь, что для моего Рода значит статус.
Это мне, конечно, известно, и я понимаю, почему для Распутиных так важен статус: они приближены к семье императора.
Но я совсем не понимаю другого: как при таком раскладе близкие Гриши не запрещают ему общаться со мной? Как же репутация, и всё такое? Мы с ним часто совершали разные глупости, и я думаю, что у его семьи такими темпами терпение может лопнуть.
А ведь они, по правде говоря, вес имеют. Помимо того что они целители, так ещё и мистики. Для меня, правда, это всё как-то просто. Мне ясно, что и как они делают, как мистики — сказывается опыт прошлого. Поэтому их дела для меня кажутся предсказуемыми. Людям же в этом мире их мистические деяния кажутся очень загадочными, необъяснимыми, да и эффективными.
Распутины лечат семью императора не только в нашей Империи, но и в других государствах. У них есть договорённости почти по всей Европе, и их даже считают превосходными специалистами в этой области.
Однако есть места, где, несмотря на это, им совсем не рады: это Венгерское королевство и Голландский союз. Там неприязнь к Распутиным тянется ещё с прошлых времён. Их предки не смогли кому-то помочь в венгерских или голландских землях. Но самое забавное, что в этом даже не было их вины. Ведь всегда легче свалить вину на чужаков, а не на местных. Не портить же репутацию своих.
Пока я размышлял об этом, мы уже быстро подъехали к месту бала. Здесь всё было обычно — даже не вижу смысла подробно расписывать. Швейцар в элегантной ливрее распахнул двери, и нас встретил фуршет под сиянием дорогих люстр.
Закинув закуски в свой бездонный желудок, я осмотрелся по сторонам и понял, что здесь, помимо моей основной цели, есть и другие интересности.
Я почувствовал присутствие ауры, необычной для этих мест. Вернее, уловил непривычную магию, но очень слабую, что удивительно для её носителя. Прямо какой-то дисбаланс.
Я направился на зов этой ауры. Смотрю: при входе в зал с высокими потолками и фресками
Я резко сорвал с него колпак.
— Эй, что вы делаете?! — вскрикнул он и прикрыл руками свои уши.
Но прикрыл он их слишком поздно: я уже успел разглядеть его заострённые уши и длинные волосы, закрученные в форме капельки.
— Лесной эльф? — удивлённо спросил я. — Вы же почти все вымерли, чёрт побери. И почему ты такой слабый? Я не чувствую в тебе силы, а твой народ славится стремительными атаками и ловушками. И вообще, почему ты работаешь мороженщиком?
Эльф приложил палец ко рту, призывая меня замолчать. А затем я услышал его грустную историю.
Где-то в лесу…
Большой такой, красивый лес
— Мой сын, мой наследник сохранит мир между семью лесными кантонами! На него можно положиться! Вот-вот, с первыми лучами солнца, он явится с благой вестью, — успокаивал всех Рандуил Жопкинс, из главной лесной резиденции Ишакинкс.
В просторном каменном зале Совета, где эхо разносилось гулко, восседали двенадцать эльфийских чиновников.
Вид у всех был довольный и ничуть не напряжённый. Не напряжённый — потому что они только недавно прибыли в эти края издалека. Предыдущие чиновники утонули в болоте все разом, и никто не понял, как так получилось. Были предположения, что их туда забросил лесной огр. Поэтому никто из новоприбывших не сомневался в словах короля Рандуила.
Довольны же они были из-за того, что простолюдины-эльфы исходили на гнев, стоя в очередях месяцами, чтобы попасть в многофункциональный эльфийский центр документации.
Чиновники были свободны благодаря той бюрократии, которую за них проворачивали работники этих центров. Так что простолюдины огрызались и поливали грязью обычных служащих, а высокопоставленные чиновники, близкие к королю, будто бы были ни при чём.
В самих же лесных королевствах положение было на грани войны. Одни племена лесных эльфов враждовали с другими, да ещё и орки точили на них зубы.
Рандуил Жопкинс был мудрым королём, и хоть его народ всегда славился своей воинственностью, он всеми средствами желал избежать войны.
И вот первые лучи солнца просочились в зал и заскользили по полу. В этом королевстве никому сегодня не спалось: все ждали вестей от официального посланника — сына короля, Легалайза Жопкинса.
Топот копыт послышался на главной аллее у замка. Король при этом звуке чуть не поднялся с места, но усидел. Лишь вцепился пальцами в подлокотники трона.
Они ждали, ждали, ждали… Но, к их удивлению, в зал никто так и не вошёл. Рандуил взмахнул рукой, подав знак слуге, чтобы тот проверил, почему задерживается его сын. Через пару минут слуга с неловким видом вернулся к королю и что-то невнятно прошептал ему на ухо.