Мастер дверей
Шрифт:
Шкаф стоял в углу. Натка открыла дверцу и принялась рыться на полках. Орланы хоть и оставили ей наскоро собранный рюкзак с одеждой, но мольберт, картон, карандаши – все осталось в лесу. Натка рассчитывала забрать остальные вещи после заката – и вот пожалуйста!
В шкафу не нашлось ничего, кроме старого тряпья. Натка захлопнула дверцу и прислонилась к ней спиной, сердито выпятив губу. В комнате еле-еле проступали очертания предметов. Диван, стол, два стула, напольные часы, печка.
Печка! Ну конечно же!
Поставив
Вот такая цепь рассуждений привела Натку к потухшему огню. Глаза уже привыкли к темноте, тем более в небе зажглись звезды. Натка набрала целую пригоршню углей и вернулась в сторожку.
Бумаги нет, ну что ж, сойдет и стол.
Эйфелеву башню Натке захотелось нарисовать сразу же, как только она ее увидела. Какие линии! Какая симметрия! Сергей сказал: это только маленькая копия, а существует настоящая, большая, далеко отсюда. Не может этого быть! Нельзя построить такое, такое…
Натка рисовала так усердно, словно собиралась победить в конкурсе. Под конец она, сама не заметив, начала бубнить слова песенки про кораблик. Вторую часть она вспомнила не сразу, но зато, когда слова пришли, строчек оказалось даже больше:
…Сквозь светлый лес бежит дорога,Четыре сходятся в одном,Один подружится с нулем,И солнца станет очень много!Последнюю строчку Натка додумала уже со слипающимися глазами. Рисунок был готов. Художница уснула подле своего творения.
– Наташка, это как? Откуда это? Да проснись же скорее!
Сергей тряс Натку за плечо. Она подняла голову и открыла глаза.
– А? Что?
– Я тебя спрашиваю: «что». Откуда ты это взяла?
Натка смотрела на Сергея и моргала.
– Что ты на меня глядишь? Я про башню спрашиваю!
Натка, протирая глаза, смотрела на два слабо сияющих светильника. Почти одинаковых, только один был гораздо темнее, и не могла понять, чего хочет от нее Сергей.
– А что с башней не так? И с какой из них?
– С какой из них?! – закричал Сергей. – Да их же две! И обе светят! Ты как это сделала? Только не говори, что нашла ее в печке!
– Печка электрическая, – машинально ответила Натка и наконец проснулась.
– Вот именно! Покажи руки!
Натка показала ладошки.
– Нарисовала! Неужели нарисовала?
– Угу.
– Знаешь, а я не верил. Когда дядя Коля рассказывал про твои качели, я решил, что он преувеличивает. Но оказывается, ты даже лучше, чем он думал.
Натка смотрела на две башни рядом и улыбалась:
– А я не знала, что так сумею. Мне просто ужасно хотелось ее нарисовать.
Сергей, облокотившись на стол, взглянул прямо ей в глаза.
– А ты можешь ужасно захотеть нарисовать солнце?
– Солнце?! Нет. Я умею только строения. Ну или… стул могу нарисовать.
– Еще один стул нам не нужен. А дверь сможешь?
– Конечно, – кивнула Натка.
– Тогда нарисуй нам выход отсюда!
Натка задумалась:
– Ты считаешь, получится?
– Да почему же нет? Эйфелеву башню куда как сложней нарисовать, чем какую-то дверь!
– А где рисовать, на стене? Или пойдем опять к воротам? А может быть, они уже открылись! – спохватилась Натка.
– Не открылись, я только что оттуда. И мне опять рядом с ними стало не по себе. Я поскорее смотался.
– Не ходи туда один!
– Не пойду больше. Хотелось проверить… А в сторожке мы рисовать не будем, идем со мной!
Сергей схватил Натку за руку и потащил к выходу. На этот раз он повел ее на мост, там Натка еще не была. По краям, видимо, стояли фонари – они светили так же тускло, как и настольные башни, и тут же гасли за спиной. Натка перестала различать, ночь сейчас или уже утро. По ощущениям вроде должно быть утро. Но над ними висело все то же звездное небо.
– Сейчас ночь, Сереж?
– Ночь, Наташка. Иногда кажется, что из этой ночи мне не выбраться. Просто не выбраться. Она никогда не закончится.
– Зачем ты так говоришь? Конечно, мы выберемся!
– Больше не буду, извини.
Внезапно мост уперся в кирпичную стену.
– Ой! Он что, никуда не ведет? – удивилась Натка.
Сергей глубоко вздохнул:
– В том-то и дело, что ведет. Там слепая дверь. Но раньше она открывалась только оттуда. А теперь я хочу, чтобы ты попробовала нарисовать ее здесь. Может быть, тогда мы сможем ее открыть.
– Слепая дверь? Это через которую Аня пришла из тренерской? – поняла Натка.
– Именно.
– Но как она может быть здесь? Разве интернат находился в этом месте? И он же разрушен! Откуда тогда кирпичная стена? Ты не перепутал?
– Нет.
Сергей постучал по кирпичикам.
– Знаешь, были такие техно – мастера дверей. Они могли проложить путь…
Сергей задумался.
– Куда угодно?
– Не совсем. Туда, куда очень сильно хотели попасть. Вот тебе очень сильно захотелось нарисовать башню – и получилось. А если я попрошу нарисовать… например, просто ящик, он получится настоящим?