Мастер дверей
Шрифт:
Ника вскочила и принялась вышагивать по комнате, высоко поднимая колени.
– А вы только этим и занимаетесь? Это же, наверное, невыносимо! Ни книжку почитать, ни…
– Да нет, нормально, – перебила Ника и вернулась к еде. – Лично мне нравится. Но папа с мамой почему-то считают, что орланы хуже…
Она замолчала, словно спохватившись, и принялась старательно жевать.
Наконец мы съели столько, сколько в нас влезло, и выпили весь компот.
– Ника, ты говорила про других техно, – решилась спросить я.
– Да, – кивнула та. – Их привезли
– Что это? Где это? – спросили мы с Руби одновременно.
– На плато. Там охранять проще. Можно было бы, конечно, держать их на верхних площадках замка или в комнатах, вот как вас. Но у них там о-бо-ру-до-вание, вот, я слово выучила! Сюда неудобно втаскивать.
Она обвела взглядом комнату.
– Так их охраняют? – спросил Руби. – Чтоб не сбежали?
– Ну не так чтобы очень. Куда им деться с Рока-Алада. Скорее чтобы не разгуливали по острову и не попались на глаза другим. Для их же безопасности.
– Каким «другим»? – не поняла я.
– Ну… Серому ордену, например. Орден не хочет здесь никаких техно, серые против. А папа не хочет ссориться с ними.
– Ты же говорила: твой отец самый главный! Не все ли ему равно? – удивилась я.
– Не все равно, – замотала головой Ника. – Когда управляешь народом, надо уметь договариваться, мне папа всегда так говорит.
– Правда? А наш мэр никогда не договаривался, – вырвалось у меня.
– И где сейчас ваш мэр, знаешь? – прыснула Ника. – Сбежал!
– Да, я слышала…
– Ну вот! – Она вскочила. – Так что, отвести вас к этим техно, что ли? Так и скажите, а то мнетесь все!
– А можно? – воскликнула я.
– Ты знаешь, как туда добраться? – Руби задал более практичный вопрос.
– Конечно знаю! Конечно нельзя! Но тем более, значит, надо туда пойти, иначе скучно! Полетели, покажу дорогу!
И она в очередной раз кинулась на пол, влетела в трансформацию и исчезла за окном, словно и не было ее здесь пять секунд назад.
Мы с Руби опять остались вдвоем. И мрачно посмотрели друг на друга.
– Ошибка программы, – проговорил Руби не слишком веселым голосом.
– Где?
– Да мы с тобой! Идиоты. Думали, она нам сейчас все и расскажет, и покажет, а она только посмеялась.
– Может… она просто не сообразила… – Мой голос задрожал, и мне это не понравилось.
В окно, словно бумеранг, вновь влетела Ника. Миг – и она стоит перед нами и хохочет, схватившись за живот.
– Ну и лица у вас, ой, не могу, ну и физиономии, ой, мамочки… Да я пошутила, вы что! Думаете, совсем тупая птичка, да? Забыла, что вы не летаете? Стоят тут, как два дерева над обрывом, ой, держите меня, упаду на землю! Да отведу я вас, отведу. Но не сейчас же! Вечером, когда стемнеет, а лучше ночью! Наши вас пасти, скорее всего, не будут.
Я с облегчением вздохнула.
– А как мы пойдем? Через те коридоры? – Я махнула рукой в сторону выхода.
– Ну конечно, а как еще?..
– А родители тебя отпустят? – усомнился Руби.
– А кто им скажет? Папаня на Центральном, неизвестно, когда будет. А у матушки –
И Ника снова оставила нас одних.
Я подошла к окну и осторожно выглянула. Вдалеке отчетливо просматривалась высокая вершина – кажется, та самая.
– Осторожнее. Не перегибайся. Здесь очень высоко, на людей окно не рассчитано.
Я обернулась.
– Что ты беспокоишься обо мне? Еще вчера видеть не хотел.
Руби сделал шаг в мою сторону.
– Я хотел. Я… не знал. Ты моя сестра. Категория важности один. Я исправлю ошибку.
Я отняла руку от оконного проема и посмотрела на Руби. Он выглядел… беспомощным? Пожалуй, нет, не до такой степени. Но ему явно недоставало уверенности.
– Ну тогда… попробуем еще раз? – нерешительно спросила я. – Что делать будем?
– Давай разговаривать! – с облегчением ответил мой брат. – Я хочу узнать о тебе как можно больше.
– А я как хочу! – кивнула я.
И мы, не сговариваясь, плюхнулись на кровать и стали болтать.
Постепенно в комнате стемнело. На небе горели звезды и луна, но их света было недостаточно. И чем же тут можно заняться, перед тем как лечь спать? Еще не так поздно – часов восемь, наверное.
Приходил уно Илья забрать посуду, заодно принес зубные щетки, полотенца и даже пижамы в елочку, для меня и для Руби. А еще у него были с собой песочные часы. Он оставил их на столе и сказал, что, как только пересыплется песок, мы должны лечь спать, потому что орланы живут по расписанию. У нас в «Зеленом углу» тоже был режим, хотя обходиться мы привыкли без часов. Ни на какие наши вопросы орлан отвечать не захотел. Лишь заверил, что с Итаном все в порядке.
Вскоре Руби уже знал о моей жизни на Светлоярске все. Вот удивительно – ведь столько времени он даже не подозревал о моем существовании. Это я хотела его найти, я стремилась узнать хоть что-нибудь, а он жил себе спокойно. И вот теперь не я о нем слушаю, а он обо мне. Да еще с такой скоростью поглощает информацию, как будто она у него где-то внутри записывается. Точно ли у него нет этого самого мыслешунта? Разве может человек так быстро усваивать и понимать? Ведь я говорю довольно быстро – не как Ника шпарю, конечно, но трещу без остановки. А он за все время ни разу не попросил остановиться, не задал вопроса, не уточнил ничего. Слушает – и впитывает, как воду.
– Я накапливаю данные и сразу анализирую, – сказал он в ответ на мои сомнения. – У меня до последнего момента не было сестры. У меня не было информации о сестре – это все равно что сестра не существовала. Понимаешь?
– Не очень. Вообще-то я была. Хоть и далеко.
– Конечно. Но я не знал тебя. Это значит, для меня тебя как бы не было, – терпеливо объяснял Руби. Сейчас характер его казался совершенно другим. – А раз не было… я не мог отвечать за то… ну, за неправильное отношение к тебе, понимаешь? Ведь я не знал, какое правильное.