Массимо

Торн Оливия

– А… ничего страшного, - сказал я и улыбнулся своей второй невестке.
– Бьянка пережила гораздо худшее, когда спасала мне жизнь.

Бьянка улыбнулась и взяла меня за руку.

– Но в меня не стреляли семнадцать раз.

– Да, не преуменьшай того, что ты вел себя невероятно храбро, - отругала меня Лучия.
– Ты был великолепен.

Затем она наклонилась и нежно поцеловала меня в губы.

Когда она выпрямилась, la Vedova вскинула бровь.

–

Массимо… куда ты дел мою внучку, и кто эта молодая женщина, которой ты ее заменил?

– Перестань, Нона, - сказала Лучия, улыбаясь.

– Не то чтобы я не был рад видеть всех вас, - сказал я, - но где Роберто и Валентино?

Я заметил, что Алессандра напряглась от моего вопроса. Она выглядела недовольной.

– Оба передают тебе привет, - сказал Никколо.
– Роберто возвращается из Гонконга - он должен быть здесь в течение нескольких часов. А Валентино находится на Сицилии. В ближайшее время мы его не увидим.

– Сицилия?
– спросил я.
– Он встречается с ними, как я встречался с синьорой Фиоретти?

Алессандра, казалось, еще больше рассердилась от этого вопроса.

Дарио попытался обнять ее, но она холодно отстранилась.

Никколо проигнорировал драму и одарил меня натянутой улыбкой.

– Можно и так сказать.

Я понял, что что-то не так. Я как раз собирался спросить, в чем дело, когда la Vedova прервала меня.

– Надеюсь, их встреча пройдет не так, как наша, - сказала она мрачно.

– Будем надеяться, - согласился я. Затем я посмотрел на Адриано.
– Ты в порядке? Ты выглядел довольно потрепанным, когда поднимался по лестнице на колокольню.

– Ну… — Он пожал плечами и похлопал себя по боку. Я заметил, что его рубашка была натянута сильнее, чем обычно, как будто под ней были бинты.
– Пару раз ранили, пару раз сломал ребра. С кем не бывает.

– Мне жаль…

Он разразился хохотом.

– О чем ты говоришь?! Это ты возглавлял атаку - все мы остались живы только потому, что ты ворвался туда, как сумасшедший, и получил семнадцать пуль.

– Хэм, - сказала Лучия.

Я поднял глаза, не понимая, почему она использует английское слово, обозначающее свинину.

– Что?

– H, A, M. Это песня Jay-Z. Hard As a Motherfucker³⁶.

– Лучия, - отругала ее la Vedova, но все остальные разразились хохотом.

– Я знал, что она мне понравится, - сказал Адриано с одобрительной ухмылкой.

– А ты?
– спросил я Ларса.
– С тобой все в порядке?

– У меня была самая легкая работа из всех, - скромно ответил он.
– Мне пришлось сделать всего один выстрел.

– Ну, - сказала Лучия, - это был чертовски важный выстрел.

– Лучия!
– чопорно сказала la Vedova.
– Язык!

– Нона, дай мне передохнуть!
–

пожаловалась Лучия, когда все остальные снова засмеялись.

– А как насчет других наших парней?
– спросил я.

Лицо Ларса стало мрачным.

– Четырнадцать погибли. Остальные ранены.

В комнате воцарилась тишина.

Четырнадцать погибших…

Я подумал о бедном Лоренцо, лежащем на гравии и умирающем от пули Цольнера, попавшей ему в грудь.

– Я бы хотела сделать пожертвование семьям погибших, - обратилась la Vedova к Дарио.
– И тем, кто выжил… кто помог спасти мою внучку.

Дарио слегка склонил голову в знак уважения.

– Мы позаботимся о них, но все, что вы пожелаете сделать дополнительно, будет расценено как жест доброй воли. Спасибо.

– Подождите, как вышло, что никого из нас не арестовали?
– спросил я.

La Vedova ответила.

– Когда полиция узнала, что люди, похитившие мою внучку, были из русской группировки, мне удалось убедить их квалифицировать произошедшее как теракт. Несколько удачно внесенных пожертвований убедили их не обращать внимания на элитную частную организацию, которую я наняла для обеспечения ее безопасного возвращения.

– Вы слышали это?
– пошутил Никколо, указывая на меня.
– Ты - часть элитной частной организации.

– Мне казалось, мы всегда ими были, - подхватил Адриано.

– Что случилось после колокольни?
– спросил я.

Никколо жестом обвел комнату.

– Разве не очевидно?

– Нет, я имею в виду… ты здесь, - сказал я Никколо.
– Теперь все в безопасности?

– Синьора Фиоретти восстановила контроль над Венецией, - дипломатично ответил Дарио, - и пригласила нас сюда как своих почетных гостей.

– Значит ли это, что наемники сдались?

La Vedova поправила меня.

– Скорее, поджали хвост и сбежали.

– Мы убили всех на острове, - сказал Ларс.
– Когда те, кто был на лодках, выяснили, что их босс мертв, они решили поспешно ретироваться.

Никколо бросил на меня злобный взгляд.

– Насчет той части, которая касается смерти их босса…

– …что?
– невинно спросил я, хотя знал, что будет дальше.

– Ты мог бы оставить его в живых.

– Я думаю, он поступил совершенно правильно, - сказал Адриано.

– Да, но тебе тоже нравится стрелять в людей, которых мы могли бы использовать, - сардонически сказал Никколо. Затем он снова повернулся ко мне.
– Если бы у нас был Аурелио, мы могли бы заставить Фаусто сесть за стол переговоров.

La Vedova насмешливо фыркнула.

– Неужели ты веришь, что человек, готовый предать свою кровь, откажется от всех своих планов из-за того, что его сын подвел его и попал в плен?