Mass Effect
Шрифт:
Пока он бежал по коридору, он усиленно пытался понять, что же пошло не так. Ему нравилось распространять мнение, будто «Цербер» обо всем знает и все может, но на самом деле все было немного не так. По галактическим меркам они были маленькой организацией, располагающей ограниченным числом людей и ресурсов.
Хотя Призрак и был мастером в использовании доступных ресурсов максимально выгодным образом и мог предугадывать действия друзей и союзников, в его организации все равно оставались дыры, делавшие ее уязвимой. Каким-то образом турианцам удалось отыскать
Он увидел доктора Нури, двигавшуюся в его сторону в компании двух вооруженных «Горгонами» охранников в тяжелой броне.
— Идемте со мной, — приказал он. — В лабораторию.
Нури отрицательно покачала головой.
— Нам туда не добраться. Турианцы захватили все крыло. Нам нужно пробиваться к спасательным капсулам.
Нури была ценным сотрудником «Цербера», но ее боевая подготовка ограничивалась лишь самым базовым уровнем. Учитывая, что она даже не надела брони, он не видел смысла заставлять ее идти с ними.
— Отправляйтесь к спасательным капсулам, — велел он ей. — Ждите нас там.
Охранникам он сказал:
— Вы двое, идите за мной.
Никаких возражений не последовало; охранники были обученными солдатами и знали, что лучше не оспаривать прямой приказ. Нури кивнула в ответ и бросилась в противоположном направлении.
Ведя вперед свой маленький отряд, Призрак продолжал попытки понять, как турианцы нашли его. Он знал, что у Грейсона была информация о «Цербере». Призрак предполагал, что Грейсон не знает об этой базе, но он, вполне возможно, мог узнать о ней за те два года, что скрывался от них. В любом случае, даже если Грейсон и был источником информации, оставался вопрос, как эта информация оказалась в руках у турианцев?
Его размышления были прерваны, когда они завернули за угол и оказались лицом к лицу с шестеркой турианцев, стоящих менее чем в пяти метрах от них. Обе стороны не задумываясь открыли огонь; турианцы упали на корточки, чтобы не быть столь легкими мишенями, а Призрак и его охранники отступили обратно за угол.
Первый быстрый обмен выстрелами оказался слишком коротким, чтобы оружие смогло пробить чьи-нибудь кинетические барьеры. Но турианцы были лучше вооружены и подготовлены, и их было в два раза больше. Продолжение боя было равносильно самоубийству.
— Отступаем, — выкрикнул Призрак.
Держа оружие направленным на угол коридора, на случай если появятся турианцы, охранники, пятясь, стали отступать назад.
Они прошли примерно десяток метров, когда два турианца высунули головы из-за угла и сделали несколько выстрелов наугад. Призрак прижался к ближайшей стене, укрывшись за одним из выступающих стальных ребер, которые проходили по всей длине стены от пола до потолка через каждые пять метров для усиления прочности обшивки станции. На противоположной стороне коридора охранники укрылись за другой такой же выступающей перегородкой.
Двое турианцев
Призрак чуть-чуть отступил от стены и произвел несколько быстрых выстрелов из пистолета, но шквал ответного огня заставил его снова прильнуть к перегородке. Охранникам, вынужденным вдвоем ютиться за одной переборкой, пришла в голову та же мысль, к тому же они были лучше вооружены. Действуя сообща, они высунулись наружу — один стоя в полный рост, второй пригнувшись — и выпустили поток пуль.
Один из турианцев не сумел плотно прижаться к стене — его левое плечо частично торчало на виду. Оба охранника намеренно выбрали его своей целью, и их сосредоточенный огонь пробил кинетические барьеры и в клочья разорвал боевую броню меньше чем за секунду.
Турианец закричал от боли, когда пули пробили его руку и плечо, едва не оторвав конечность. Он свалился на пол, заливая его кровью из множества ран, а его друзья тут же открыли ответный огонь. Охранники «Цербера» прижались к стене в тот момент, когда мимо них пронесся рой пуль. Выступающая вертикальная балка укрыла их от выстрелов противника.
Так как турианцы сосредоточили весь огонь на охранниках, Призрак смог высунуться и разрядить свой пистолет, целясь в раненого турианца на полу, до того, как его кинетические щиты успели бы восстановиться. Турианец подпрыгнул и забился в конвульсиях, когда полдюжины патронов «Гарпии» пробили его беззащитную грудь, и затих. Прежде чем турианцы успели ответить, Призрак нырнул обратно в укрытие.
Уголком глаза он заметил нечто летящее в его сторону. Ухватившись взглядом за это движение, он повернул голову и увидел маленький черный диск размером с кулак, прилепившийся к стене рядом с охранниками «Цербера».
Призрак упал на пол, свернувшись в клубок и прикрывая голову руками, как раз в тот момент, когда граната взорвалась. Взрыв подбросил охранников, словно тряпичных кукол, ударив их о стену и отшвырнув в центр коридора. Если у них и были какие-то шансы на спасение, то турианцы мгновенно уничтожили их, изрешетив переломанные тела пулями.
Призрак понимал, что со своим пистолетом ему не удастся сдержать турианцев. Но будь он проклят, если позволит им взять его живым. Выкатившись из-за укрывавшей его балки, он схватил ближайшую к нему штурмовую винтовку.
Едва сомкнув пальцы на рукоятке оружия, он почувствовал, как вражеские пули продавливают его кинетические щиты. Он встал на одно колено и поднял оружие, но так и не выстрелил.
Сцена, представшая перед ним, была шедевром кровавого хаоса.
К застреленному охранниками турианцу уже присоединились двое его сородичей. Горло одно из них было перерезано ударом сзади, так глубоко, что голова оказалась почти отделена от тела. Затылок другого превратился в дыру — выстрел был произведен в упор, так, чтобы кинетические щиты не смогли защитить его голову.