Маскарад

Дейли Джанет

Реми первая отвела взгляд.

– Я помню, что было потом, – тихо сказала она. – Потом ты меня поцеловал, да?

– Да, – отрывисто бросил Коул и посмотрел на часы. – Через десять минут я должен быть в офисе. Поедем со мной, а потом я вызову тебе такси.

Реми покачала головой.

– Я лучше пройдусь пешком.

– Нет, здесь не место для прогулок. – Коул взял ее за руку и потянул за собой.

Реми немного поупиралась, но все же пошла.

Они сели в машину, и Коул выехал из порта. Реми сидела молча. Уходя утром из дома, она надеялась что-нибудь

вспомнить. И надежды оправдались. В памяти воскресли прекрасные, счастливые минуты ее жизни. Однако… вслед за этим появилось чувство утраты. Почему? Откуда оно взялось?

Реми искоса посмотрела на Коула. Обращенное к ней в профиль, его лицо казалось холодным и грозным. Как он обрушился на нее в порту! Словно терпеть ее не может. Даже не верится, что этот человек еще вчера расточал ей такие бурные ласки. Почему он переменился? В чем она виновата? Или… или дело не в ней, а в нем самом?

Реми наморщила лоб, пытаясь вспомнить, что же все-таки произошло между ними, но в следующую минуту мысленно приказала себе расслабиться. Иначе снова начнутся головные боли. Ведь доктор предупредил, что память будет возвращаться непроизвольно, независимо от ее усилий.

Стараясь отвлечься, Реми повернулась к окну и принялась разглядывать деловой район Нового Орлеана, по которому они сейчас проезжали. Улицы пролегали между высоченными небоскребами и потому были похожи на горные каньоны. В архитектуре царил разнобой: особняки девятнадцатого века соседствовали с современными башнями из стекла и бетона. Реми ожидала, что Коул выедет на Пойдрас-стрит, но он вместо этого остановился перед входом в здание «Интернэшнл Трейд Март».

– Зачем мы сюда приехали? – изумленно спросила Реми, когда Коул открыл дверцу автомобиля и галантно протянул ей руку. – Ты же говорил, тебе надо в офис.

– Правильно. Он здесь и находится. – Коул указал кивком на сооружение в тридцать три этажа.

Реми предпочла выйти из машины без его помощи.

– И давно у нас тут офис? – Она была весьма озадачена.

– С шестидесятых годов. Насколько я понимаю, решение перевести сюда администрацию «Кресент Лайн» принял еще твой дед. – Коул повел Реми к подъезду. – Что ж, в уме ему не откажешь. Ведь в «Марте» окопались двадцать восемь иностранных консульств, здесь куча экспортно-импортных фирм и несколько пароходств.

В другое время Реми не оставила бы без комментариев то, что Коул чуть ли не впервые в жизни одобрительно отозвался о ком-то из ее родных, но сейчас ей было не до этого. Она никак не могла переварить это известие: неужели офис «Кресент Лайн» находится в «Марте»? Спорить с Коулом Реми, естественно, не стала, однако у нее возникло смутное подозрение, что он чего-то не договаривает. Ну и ладно! Еще немного – и она сама догадается, в чем дело.

– А вот и такси, – неожиданно сказал Коул.

Реми попятилась.

– Нет! Я не хочу домой. Покажи мне офис.

Коул раскрыл было рот, собираясь возразить, но передумал и размашистым шагом направился к зданию.

Поднявшись в лифте на пятнадцатый этаж, Реми увидела на двери

эмблему компании – две золотые буквы на черном фоне. Приемная была оформлена стандартно: громадная, во всю стену, карта мира – непременное украшение помещений любой судовладельческой компании, модели быстроходных клиперов и изящных современных кораблей.

Реми машинально ответила на приветствие секретарши, но не остановилась вместе с Коулом у ее стола, а взволнованно зашагала по комнате, ища хоть какие-нибудь знакомые приметы.

– Еще не приехали? – спросил Коул, искоса поглядывая на Реми, которая провела рукой по кожаной подушке дивана, стараясь вспомнить, не к ней ли Коул когда-то прислонил гравюру.

Однако туман, окутывавший этот эпизод ее прошлого, упорно не желал рассеиваться.

– Пока нет, мистер Бьюкенен, – ответила худощавая секретарша и добавила: – Я принесла вам на подпись бумаги, они на столе.

Реми рассеянно слушала их разговор, думая о своем. Когда она подошла к кабинету Коула, до нее словно издалека донесся его голос:

– Мисс Жардин скоро уедет. Пожалуйста, позаботьтесь, чтобы внизу ее ждало такси.

– Хорошо, мистер Бьюкенен.

Реми неудержимо захотелось заглянуть в кабинет Коула. Она повернула медную ручку, и дверь услужливо распахнулась. Секунду поколебавшись, Реми вошла внутрь. Ее каблуки гулко стучали по паркету, пока она не ступила на пушистый ковер.

Солнечные лучи, проникавшие в большие окна, золотили стены, придавая особый колорит мебели из красного дерева. Она была словно покрыта легкой паутиной – верный признак того, что мебель старинная, ибо такой эффект достигается по меньшей мере лет через сто. Кожа на диване и стульях тоже повытерлась, а массивный двухтумбовый стол был настоящим произведением искусства. Внимательно осмотрев его, Реми узнала подлинный «шератон».

Не переставая изумляться, Реми оглянулась и увидела Коула. Он наблюдал за ней с порога.

– Я не понимаю, почему тут все такое старое?

– Твой дедушка приказал перевезти сюда всю обстановку, вплоть до паркета, обшивки стен и потолка. – Коул кивнул на подвесной потолок из красного дерева. – Конечно, потребовалась определенная подгонка. Говорят, босс был страшно недоволен, что здесь окна гораздо больше, чем были в старом здании.

– Мне кажется, я подсознательно помню все эти вещи. – Реми покрутила антикварный глобус, пытаясь представить себе, играла ли она с ним в детстве, приходя к отцу в контору. – Но у меня напрочь выветрился из памяти наш переезд сюда.

– Ладно, если ты удовлетворила свое любопытство, то отправляйся домой. У меня много работы, – резко сказал Коул и подошел к столу.

Коулу явно не терпелось от нее избавиться. Только ли из-за обилия дел? Она склонялась к мысли, что не только.

– У меня есть еще один вопрос, – заявила Реми.

– Какой?

Коул посуровел. У Реми сложилось впечатление, что он готов на нее накричать. Как час назад в порту.

– Почему ты вчера ушел не попрощавшись?

– А почему ты не остановила меня?