Маскарад
Шрифт:
Он поцеловал кончики ее пальцев. Она отняла руку и заявила своим друзьям, что игра навела на нее скуку и что им нужно придумать для нее что-нибудь действительно веселое. Они направились к дверям. Раф подошел к оставшемуся у стола мужчине.
– Умоляю вас, синьор, – сказал он, – назовите, если знаете, имя этой дамы.
– Что? Ее? – Ряженый был так поглощен игрой, что едва ли расслышал вопрос. – О, это Фоска по фамилии Лоредан.
– Лоредан? – Раф нахмурился под маской. – Вы имеете в виду дочь Лоредана?
– Дочь? – Мужчина рассмеялся. – Нет, синьор. Я говорю о его жене.
– Жена, –
– Как я могу ошибаться? Ведь я ее брат. Послушайте, дорогой приятель, если у вас есть несколько цехинов…
Раф дал мужчине горсть монет и поспешно покинул «Ридотто».
Глава 5
ЛИДО
Раф следовал за Фоской и ее компанией по узкой улочке, тянувшейся вдоль Ридотто и внезапно обрывавшейся на краю Большого канала. Он держался далеко позади, скрываясь в тени, но слышал их голоса.
– Хорошо, едем на Лидо! Устроим пикник при лунном свете!
– Нет. Сейчас немного холодновато, если ты только не разгорячен пламенем любви.
Они рассмеялись и подозвали две гондолы. Раф подождал, пока они удалились, потом нанял третью гондолу и поплыл за ними.
Остров Лидо представлял собой длинную полосу покрытых травой песчаных дюн, защищающих венецианские лагуны от волн Адриатического моря. Это была красивая пустошь, не обезображенная постройками, если не считать нескольких военных объектов, рыбачьих хижин и одного-двух монастырей. На его северной оконечности располагалось еврейское кладбище. В теплое время года пляжи Лидо привлекали дешевых проституток и их клиентов. Но сейчас, в конце зимы, остров выглядел холодным и пустынным.
Небольшая группа высадившихся на нем людей состояла из Фоски, ее двух чичизбео – Антонио и Джакомо, певца-кастрата Бенелли, карлика Флабонико и двух других ее обожателей – братьев Традонико. Подъехав к острову, они приказали гондольерам подождать их и побрели по песку, пересекая дюны и пробираясь через высокую, спутанную ветрами траву.
Стояла полная и яркая луна и вместе со своим двойником, отражавшимся в море, окрашивала все вокруг в серебряные тона. Белая шляпа Фоски была прекрасно видна, и Раф легко следовал за ней.
Дул мягкий юго-восточный ветер, и для этого времени года стояла действительно теплая погода. Фоска присела на кочку и сняла туфли и чулки. Карлик пританцовывал вокруг нее и хлопал в ладоши, сочиняя очередной сонет, посвященный ее прекрасным ножкам. Она выставила носок ноги и позволила ему поцеловать предмет его восхищения. Добившись своего, Флабонико возликовал.
Фоска сняла шляпу и маску и побежала вдоль берега. Раф, укрытый дюной, снял свою маску, чтобы лучше рассмотреть жену презираемого им человека. Она выглядела моложе, нежели он предполагал. Едва ли старше Лии.
– Мы приехали на пикник, но забыли еду и выпивку, – задыхаясь после бега, сказала Фоска, догнав своих друзей. – Неужели придется ужинать лунным светом и пить аромат моря?
– О, синьора, – восторженно воскликнул Флабонико. – Мне ничего не надо – лишь бы любоваться в свете луны вашим прекрасным лицом!
Остальные с ним согласились. Певец Бенелли, которого отличала вежливость и туповатость, застенчиво предположил, что обстановка
Они развели на песке костер, желая согреть свою богиню после того, как та спустилась к кромке воды, окунула в нее кончики пальцев и объявила, что море слишком холодно для купания.
Фоска и ее друзья уселись возле огня, подбрасывая в него сухую траву и выброшенные на берег обломки кораблей. Они шутили, сплетничали, льстили Фоске. Вскоре их стала одолевать скука, и тогда кто-то предложил во что-нибудь сыграть. Хотя бы посостязаться в беге. Карлик, смеясь, отказался участвовать в таких соревнованиях. Но тогда во что? В шарады? Нет, уже слишком темно. В прятки? Чудесная мысль!
Фоска плотно обернула свой плащ вокруг плеч и на всякий случай привстала на цыпочки, подготовившись броситься наутек, как только Бенелли – а именно его избрали первым ведущим – начнет отсчет. Игра началась, и все стали прятаться в тень в стороне от костра.
Раф заметил, что Фоска побежала в его сторону. Он снова надел маску и, когда та приблизилась к нему, тихо окликнул ее.
– Донна Фоска! Скорее, сюда! – Он помахал ей из тени, образованной заросшей травой дюной. Она, подумав, что это кто-то из их компании, подчинилась его зову и, смеясь, припала к земле рядом с ним.
– Бедняга Бенелли никогда не найдет нас здесь, – захихикала она. – Слишком боится испачкать свои туфли.
– Мне уже начинает улыбаться счастье в любви, – произнес Раф. – Как вы и обещали.
Она вздрогнула и уставилась на него.
– Но вы же не… О! Человек из «Ридотто»! Вы что, пошли за нами?
– Я следовал за вами, – исправил он ее. – Вы были моей… путеводной звездой!
Он с трудом выжал из себя эту нелепую фразу. У него не было навыка лести, который чичизбео, не занимаясь ничем другим, годами воспитывали у себя. Раф пристально взглянул на ее лицо, ярко освещенное лунным светом. «Да она настоящая аристократка, – подумал он. – Изящная и высокомерная. Нос, пожалуй, несколько великоват, глаза посажены немного глубоко… Но как же ей тогда удается выглядеть столь красивой?»
– Когда у вас на лице маска, вы – сама жизнь. Без маски вы – истинная богиня.
– Вы очень добры, синьор, – не скрывая удовольствия, сказала она. – Но вы имеете надо мной преимущество. Вы видели мое лицо. Не покажете ли теперь ваше?
Он покачал головой.
– Нет, синьора. Мое лицо – вовсе не драгоценный камень, как ваше, просто лицо. Заверяю вас, что уродства в нем нет – ни шрамов, ни оспин. Но я далеко не красив. Обычный мужчина.
– Нет, вы необычный, если готовы сидеть, дрожа от холода, на песчаной дюне, высматривая женщину, с которой вы даже не знакомы! – заметила она.