Маскарад
Шрифт:
Беззвучно шевеля губами, матушка размышляла о цифрах.
— О, — наконец сказала она очень тихим и спокойным голосом. — И на этом все? Больше ты этому Козлингеру не писала?
— Боги упаси. Иначе мне бы пришлось отдавать лишнее. Целых три доллара, не забывай! А их бы обязательно потребовали взад.
— Ну да, ну да, понимаю…
Матушка все еще пребывала в мире цифр. Она пыталась сообразить, сколько это может стоить — сделать такую книжку. Вряд ли особо много: есть ведь нечто вроде печатных мельниц,
— В конце концов, три доллара это тебе не хухры-мухры, — нарушила ход ее размышлений нянюшка.
— С этим я абсолютно согласна, — ответила матушка. — У тебя случайно не найдется карандаша? Ты ведь у нас грамотная, книжки строчишь!
— У меня есть грифельная доска.
— Давай сюда.
— Просто держу ее под рукой. Вдруг увижу во сне какой-нибудь особый деликатес, чтобы тогда проснуться и сразу записать рецепт. Ха-ха.
— Ха-ха, — неопределенно откликнулась матушка.
Грифель заскользил по серой досточке. Бумага тоже должна что-то стоить. И наверняка продающему книгу надо заплатить пару пенни… На доске принялись выстраиваться столбики угловатых цифр.
— Давай я еще чайку приготовлю, а? — предложила нянюшка, явно испытывая облегчение от того, что все так благополучно закончилось.
— Гм-м-м? — промычала матушка. Внимательно изучив результат, она дважды подчеркнула его. — Но ты ведь получила удовольствие? — вдруг спросила она. — Ну, то есть от своей писанины?
Из-за двери, ведущей в буфетную, высунулось радостная голова нянюшки Ягг.
— О да! — воскликнула нянюшка. — Деньги для меня не важны,
— А считать ты никогда не умела? — с той же задумчивостью продолжала матушка, обводя итоговую цифру в кружок.
— Эсме, ты ведь меня знаешь, — весело чирикнула нянюшка. — Терпеть не могу эти задачки. Сколько будет, если от двух фартингов отнять одну миску с бобами…
— Ну и хорошо. Потому что, согласно моим расчетам, господин Козлингер должен тебе гораздо больше, чем три доллара. Это если по-честному.
— Не в деньгах счастье, Эсме. Главное — здоровье, а остальное все…
— Итак, согласно моим расчетам и если по-честному, он должен тебе от четырех до пяти тысяч долларов, — так же спокойно произнесла матушка.
В буфетной что-то грохнуло.
— В общем, хорошо, что для тебя счастье не в деньгах, — рассуждала матушка Ветровоск. — Иначе тебе было бы совсем кисло. Ну, то есть если бы для тебя деньги что-то значили.
Из-за края двери вынырнуло бледное лицо нянюшки Ягг.
— Не может быть!
— Четыре-пять тысяч — это очень приблизительно. Скорее всего даже больше.
— Да быть того не может!
— Просто берешь цифры, складываешь, вычитаешь, делишь…
Нянюшка Ягг, охваченная благоговейным ужасом, взирала на собственные
— Но это ведь целое…
Она прервалась. «Состояние» — единственное слово, которое сейчас приходило ей на ум, но оно несколько не соответствовало ситуации. Ведьмы не оперируют понятиями рыночной экономики.
И, честно говоря, не только ведьмы — все население Овцепиков живет себе поживает и даже не подозревает о том, что где-то существует такая штука, как экономика. Пятьдесят долларов тут уже считаются целым состоянием. А сто долларов — это, это… это два состояния.
— В общем, это очень много денег, — слабым голосом закончила нянюшка. — Что бы я стала делать с такими деньжищами?
— Откуда мне знать? — пожала плечами матушка Ветровоск. — А с тремя долларами ты что сделала?
— Положила в копилку на камине, — ответила нянюшка Ягг.
Матушка одобрительно кивнула. Подобную финансовую политику она одобряла.
— Честно говоря, ума не приложу, и чего столько шуму из-за какой-то поваренной книги, — добавила она. — Обычный сборник рецептов, ничего осо…
В комнате воцарилась тишина. Слышно было лишь, как нянюшка Ягг переминается с ноги на ногу.
— Гита, это ведь самый обычный сборник рецептов? — наконец произнесла матушка голосом, исполненным подозрительности и еще более зловещим от того, что матушка сама еще не совсем поняла, что именно тут не так.
— О да! — поспешила ответить нянюшка, упорно избегая матушкиного взгляда. — Да. Обычные рецепты и все такое. Да.
Матушка буравила ее взглядом.
— Только рецепты?
— Да. Конечно. О да. Ну и… кое-какие кулинарные анекдотцы.
Матушка не сводила с нее глаз. В конце концов нянюшка сдалась.
— Э-э… Посмотри рецепт под названием Знаменитый Морковно-Устричный Пирог, — произнесла она. — Двадцать пятая страница.
Матушка зашелестела страницами. Ее губы начали беззвучно проговаривать буквы. А потом:
— Понятно. Что-нибудь еще?
— Э-э… Алтеевые Пальчики с Корицей… Семнадцатая страница.
Матушка прочла и этот рецепт.
— И?
— Э-э… Сельдереевый Восторг… Десятая страница.
Матушка ознакомилась и с этим.
— Лично меня этот твой рецепт в восторг не привел, — произнесла она. — Дальше.
— Э-э… Ну, еще Забавные Пудинги и Натортные Украшения. Они все собраны в главе шестой, там можно читать подряд. Я их даже проиллюстрировала.
Матушка обратилась к шестой главе. Пару раз ей пришлось перевернуть книгу вверх ногами.
— Ты про что сейчас читаешь? — поинтересовалась нянюшка Ягг.