Маскарад
Шрифт:
Лизи сложила руки на груди, защищаясь:
— Я ничего не говорю. Просто не могу побороть свои чувства. Кроме того, я же говорила, что мне предназначено быть старой девой.
— Сомневаюсь! Разве такое возможно? Ты любишь его так сильно, что думаешь, будто не найдешь мужества быть с реальным кавалером?
Лизи ахнула.
— Нет, — сказала она. — Я действительно люблю его, Джорджи. Всегда любила и всегда буду любить. Я не хочу искать кого-то еще.
— Но он не для тебя.
— Поэтому я состарюсь одна
Но Джорджи была настроена решительно.
— Я боюсь, что ты спрячешься за любовью к нему, как прячешься в своих любовных романах. Лизи, здесь реальный мир, и я хочу, чтобы ты была его частью.
— Я и так его часть, — ответила Лизи, вздрогнув. — Так же как и ты.
— Я не читаю дюжину любовных романов каждый месяц. Я не говорю, что люблю человека, с которым никогда не смогу быть вместе.
— Нет, ты погружаешься в политические эссе и статьи! Это ведь ты больше всех не хотела идти на этот бал, — с укоризной сказала Лизи.
— Я отказывалась только потому, что знала, что здесь нет никого для меня! — выкрикнула Джорджи, красная, как Лизи. — Я знаю, что однажды мне придется принять предложение одного из мужчин, которого мне порекомендует мама, так как у меня не будет средств поддерживать свое существование самостоятельно. Иногда я притворяюсь, что это не так, но мы обе знаем, что я права. И однажды тебе тоже придется выйти замуж, и это будет не Тайрел де Уоренн.
— Не могу поверить, что ты так говоришь! — воскликнула Лизи.
Джорджи успокоилась.
— Если мама больна из-за заботы о нас, я приму предложение мистера Гарольда. Кажется, он больше всех заинтересован во мне, и я не думаю, что его требования будут слишком жесткими.
Лизи почувствовала, что бледнеет.
— Но он старый… он толстый… он лысый… он продает вино!
— А я не надеюсь на красавца вроде Клиффа де Уоренна, — ответила она с грустной улыбкой.
— О, пожалуйста, даже не думай о замужестве с этой… этой жабой! — Лизи хотелось расплакаться. — Давай попробуем найти тебе лучшую партию — прямо сейчас! Здесь так много красивых молодых мужчин.
Джорджи огляделась:
— И никто не посмотрит на меня дважды сегодня.
— Ты ошибаешься, — вспыхнула Лизи. — Ты сегодня очень элегантна.
Джорджи пожала плечами. Бальный зал прилегал к гостиной, и в него можно было войти через многочисленные двойные двери. Он был переполнен, и они столкнулись с итальянцем и его другом. Мужчины поклонились.
— Миледи, — произнес итальянец, и Лизи подумала, что он обращается к Джорджи, — не окажете ли мне честь, присоединившись, ко мне в этом танце?
Лизи поняла, что он говорит с ней, когда Джорджи локтем пихнула ее под ребра. Внезапно огорченная, Лизи поняла, что не хочет танцевать, особенно с итальянцем, который так беззастенчиво
— Мне жаль, но этот танец уже занят, — вежливо проговорила она.
Он понял и с чрезмерными извинениями отошел.
— Лизи! — Джорджи, казалось, была рассержена.
— Я не танцую, — упрямо сказала Лизи.
— Ты не застенчивая, — гневно сказала Джорджи. — Ты просто невозможно глупая!
И она отошла от нее.
Лизи осталась одна. Внезапно она пожалела, что отказала кавалеру, но только из-за реакции сестры. Вздохнув, она повернулась посмотреть на танцующие пары. Убедившись, что Тайрела де Уоренна среди них нет, она принялась оглядывать другие группы людей. Если его не было в бальной комнате, то, должно быть, он в саду, так как ночь была великолепна.
Она почувствовала чей-то взгляд.
Лизи замерла, словно ее подстрелили.
Недалеко от нее стоял Тайрел де Уоренн, в костюме пирата, одетый в высокие сапоги, облегающие черные бриджи, черную рубашку, с черной глазной повязкой и париком на голове, с несколькими тонкими косичками с бусинами. Его рука лежала на бедре, где у него был настоящий меч, и, кажется, он смотрел прямо на нее.
Лизи почти потеряла способность дышать. Он мог бы смотреть на нее так пристально, словно лев, собирающийся наброситься на свою добычу. Она обернулась посмотреть, что за прекрасная леди стоит за ней. Никого не было.
Почти не веря, она посмотрела на него. Господи, он шел к ней!
Лизи запаниковала. О чем она думала? Он был наследником графского титула, богатый, а она бедная и на восемь лет младше. Она не могла понять, чего он хотел. У нее буквально выпрыгивало из груди сердце — и она знала, что снова поступит глупо.
Лизи развернулась и выбежала из бального зала, внезапно напуганная. Она не была ни соблазнительницей, ни куртизанкой. Она была Элизабет Энн Фицджеральд, шестнадцатилетней девочкой, любящей помечтать, и было глупо пытаться соблазнить Тайрела де Уоренна. Она оказалась в игровой комнате, где было полно джентльменов и леди, сидящих за столами и играющих в карты и кости. Здесь она остановилась у стены, переводя дыхание и не зная, что ей делать. Неужели он и правда шел к ней? И если да, то почему?
И внезапно он вошел в комнату.
Его появление было подобно рассвету в серый дождливый день. Он пристально посмотрел на нее. Он остановился перед ней. Лизи стояла спиной к стене, потрясенная.
Она могла только смотреть на него, ее сердце билось с невероятной силой.
— Неужели вы думали убежать от меня? — проговорил он и улыбнулся.
Она невероятно напряглась. Она не могла пошевелиться, но начала дышать не как обычно, а прерывисто и быстро. Она попыталась покачать головой, но ей не удалось. Что ему могло быть нужно? Он перепутал ее с кем-то еще?