Маскарад
Шрифт:
— Бедная маленькая Санниа! Неужели думала, я действительно захочу тебя? Ночь с тобой была бы оскорблением! Но твое тело пригодится. Будешь приходить ко мне. Мне не помешает маленькая собачка, которая будет тявкать по первому зову! — выплюнул он.
Ах даже так! У меня и дар речи пропал… все короткое время нашего знакомства он только и делал, что пытался меня унизить! Как же его ненавижу!
А шайн, будто не замечая моего гнева, презрительно прищурился.
— А взамен… так и быть!… я дарую тебе свое покровительство. От тебя потребуется малость. Полное, абсолютное подчинение… уж
Не знаю, как так вышло, но подобное предложение «стать собачкой» оскорбило даже больше, чем предложение отдаться в уплату какого-то нелепого, несуществующего долга. Целую минуту, глядя в бесстыжие глаза шайна, я медленно закипала, как свистящий чайник. Гнев давно меня душил, изредка сменяясь растерянностью, но сейчас яростью. Спас он меня, надо же! От самого себя, видать!
— Никогда в жизни к тебе больше не подойду! Можешь не мечтать, я отказываюсь от… — Я захлебнулась гневными словами, вынужденная терпеть внезапный поцелуй. Он был неглубоким, но обидным, меня попросту им заткнули! И даже отвесить пощечину не вышло, Ариан перехватил мою руку, сжав ее как в тисках.
— Подумай, что хочешь сказать, — процедил он, но я, взъерошенная и помятая, сощурилась и все равно ляпнула.
— Я отказываюсь от твоего покровительства! К тому же, тебя ни о чем не просила! Я…
— Ты, — отрезал шайн, и его глаза с яростью сузились. — Теперь моя. Я могу принудить тебя, и мне слова никто не скажет!
— Я не твоя игрушка, когда ты поймешь?
— Да ну? — хмыкнул он с такой интонацией, будто я сказала самую смешную шутку на свете.
Убила бы! За мою жизнь никто меня так никогда не бесил, как он! Я сощурилась, сжав кулаки. Бог с ней, с ролью собачки, но подписаться на добровольные встречи с шайном — выше моих сил!
Да, я слышала о покровительстве. Гризелла чуть ли не мечтала об этом. Защита от всех горестей мира, нечто вроде особого местечка подле шайна. И для меня, и для Саннии — это лучшее, что могло случиться. Тогда бы и Ларс приставать не посмел, и остальные держались иначе. Это нечто вроде особого статуса ученика. Шайн обязуется охранять подопечного. Подопечный в обмен пляшет под дудку шайна, выполняя его пожелания и являясь по первому зову.
Мне предложили роскошный подарок по местным меркам. И все бы ничего, да предложение исходит от Ариана. А ему вообще ни разу не доверяю! Мало ли, что он запросит в итоге? Чем дальше от него, тем лучше!
Но и он смотрел на меня с ледяным презрением, молча и жёстко, если не сказать, жестоко. Я вдруг поняла, что могу последовать за Нареллой, и он даже не раскается. Всем будет все равно, если шайн избавится от помехи или надоевшей игрушки.
— Спасибо. Но я отказываюсь, — твердо повторила я, и глаза шайна потемнели.
— Не боишься? — он чуть поднял голову, теперь рассматривая меня сверху вниз. — Жаль, — усмехнулся он, резко разжимая хватку и выпрямляясь. От неожиданности локоть сорвался с парты, я чуть не рухнула с сидения, но Ариан даже не посмотрел на меня. Он встал и бросил мне сумку, будто велел убираться.
И… всё? Он просто оставит меня в покое, могу идти? Я так удивилась, что схватила сумку и быстро встала,
Но даже шага не сделала. Дождавшись, когда выберусь из-за парты и, счастливая, попробую улизнуть, Ариан схватил меня за руку и резко развернулся. Нога слетела со ступеньки, я вскрикнула, но он железной хваткой держал меня за талию.
Я оказалась на краешке ступени, в полной зависимости от шайна, отпусти он меня, и полечу вниз с лестницы. От испуга и неожиданности забыла, как дышать, Ариан же, прищурившись, придирчиво осмотрел меня, заострившись на приоткрытых губах.
— Что ты делаешь? — хрипло прошептала я, слушая удары собственного сердца и ощущая пустоту под ногами.
— Отпустить тебя? — улыбкой маньяка уточнил шайн. Я аккуратно покосилась вниз, боковым зрением изучив уходящую вниз лестницу. И замотала головой, понимая, что такими темпами разобьюсь, как кукла.
Но Ариан все же отпустил. Одной рукой, по крайней мере. Он поднял ладонь и смахнул с моего лица тёмные волосы.
— Жаль, — повторил он. — Я не повторяю дважды. Я расскажу тебе, что будет, Санниа. Твоя жизнь станет настолько невыносимой, что ты сама будешь умолять меня о покровительстве. Просто знай. Когда будешь готова, приди ко мне и сделай, что скажу. — Он наклонился к моему уху, обдав его жарким дыханием и протянул: — Тогда все наладится. Я прощу тебя… обещаю.
Это было сказано так мягко, сладко и угрожающе, что по всему телу пробежал озноб. Он игрался со мной, и оставалось лишь гадать, что он имеет в виду под «невыносимой жизнью».
Он хотел меня напугать — и у него вышло. Шайн обещал превратить мою жизнь в кошмар, и пришлось прикусить язык, чтобы не унизиться перед ним согласием, раньше надо было соглашаться. Сразу. Пока не стало вызовом.
А сейчас, соглашусь на это проклятое «покровительство», и он растопчет меня. Цена будет гораздо, гораздо выше.
Я сделала большую ошибку.
Но назад пути нет. Теперь я просто обязана выдержать все, что он для меня заготовил. Я взглянула в его глаза, щурясь.
Посмотрим, кто кого.
Крепись, Санниа, нам с тобой предстоит поиграть с шайном в его игру…. И черта-с-два я сдамся!
— Последний шанс передумать, Санниа, — прищурившись, холодно произнес Ариан.
Он смотрел мне в глаза, не разрывая зрительного контакта, будто предостерегал от неверного решения. На минуту подумалось, что он сейчас меня отпустит и полечу вниз с лестницы… пытался же он меня отправить в кому на незабвенной лекции?…
Но я все равно, собравшись с духом, упрямо выдохнула:
— Я не передумаю.
Его взгляд вспыхнул гневом, но тут же сменился абсолютным равнодушием. Он внезапно резко дернул меня на себя, но не успела обрадоваться, что обрела твердую почву под ногами, как его губы снова накрыли мои, требовательно и внезапно.
Бывают разные поцелуи, но этот подчинял и подавлял, обещая тысячу проблем на мою пятую точку. Даже унижал. Ариан словно издевался, показывая, что это еще цветочки, ягодки будут впереди. Кажется, он раскусил мои страхи и теперь вовсю их демонстрировал.