Маска
Шрифт:
Хах.
— Спасибо, не стоит. Съешь сам. А я поем дома, — я хмыкнула и собиралась спрятаться за дверьми.
Не хочется признавать и даже думать это слово… Но… Мило.
— А вы что, не пойдёте сегодня на репетицию?
— Я планировала, наконец-то, прислушаться к твоему совету, и посетить само мероприятие. Для галочки, — только наверное уже ради виду. Потому что план-перехват музыкального номера Муратова и Гончаровой с треском провалился. — А Лизе передай, что я не против, чтобы вы выступили.
Ну вот. Поучились, можно и
— А кто это? — я переступила через порог кафедры и нащупала выключатель.
Забавно.
— Как кто? Магистрантка, с которой у вас дуэт…
— А-а-а… — Лекса наигранно притворился, что я как-то могла воспрепятствовать его появлению на сцене. Одобряюще опустил уголки губ и закивал. Вот же говнюк… — Спасибо. Но ведь Александр Вадимович ещё в корпусе. Он заглянет на репетицию, а вас не будет. Ему что-то передать?
— М-м…
Передай, что сегодня один студент довёл меня до нервного срыва.
Глава 14 «Только его одного»?
Мысленно я уже разлагалась… Располагалась на кровати. Утирала рот после жирного вредного ужина. А Муратов опять заладил про декана! То он меня выдворяет с репетиций, то щекочет нервишки визитом руководства, чтобы я… Осталась? А зачем ему это? Точно, адреналиновая зависимость!
Вот, Виолетта Сергеевна. Кичишься авторитетом, самоуважением. Вилка строгая, Вилка… Справедливая. Вообще-то, мне редко случалось менять своё мнение о студентах. Но о декане так вообще… Думаю одно, подразумеваю второе, а сама улыбаюсь и на всё соглашаюсь. Надеюсь подсидеть что ли… Заметно ли это со стороны всяким щенкам? С чего он взял, что меня можно напугать поддатым старикашкой? Вилка сама себе хозяйка! Хочу — и не иду на ваши сатанинские пляски!
— У вас вот тут… Красное, — Лекса указал на уголок своих посмеивающихся губ. — Может, остановимся? Нормально прожуете.
Я нахмурилась, на ходу уничтожая жадными укусами треклятый пирожок. Липкое варенье вытекло в пакет и попало на пальцы.
— Муратов, куда остановимся? Уже полвосьмого!
— Да не переживайте так. Сначала же старые танцы повторяют…
В быстром темпе мы преодолели переход и вышли к актовому залу. За дверью раздавались Иришкины реплики, подзвученные микрофоном. Перед входом Алексей скинул на подоконник сумку, прислонил гитару и отвернулся, чтобы снять куртку. Удачный момент, чтобы облизать сладкие пальцы. Боже, вишня — это какой-то деликатес…
Я избавилась от липкого шуршащего пакетика, не с первого раза отставшего от моих рук, скомкав его и швырнув в урну. Кудрявая Башка обернулся. Мельком осмотрел моё непринужденное, надеюсь, чистое лицо, руки и сдавленно хохотнул.
Чего такое?
— Прошу вас, — подготовившийся к репетиции парень приблизился к двери и приоткрыл её. Его учтивая и даже интимная интонация рассыпалась на сотни потрескивающих искорок в хрипящем голосе.
Я чуть не пропустила мимо ушей неожиданно приятную любезность.
Ну конечно, если уделять достаточно времени автоматизации электроэнергетических систем, вести себя хоть немного культурно по отношению ко мне, я не стану трепать нервы. Это же очевидно! Но Лекса, похоже, впечатлился моей "добротой" на досдаче. Интонация у него… Не знаю… Алексей просто такой человек. Манерный, наслаждающийся… Своими природными данными. Пора было уже попривыкнуть.
— Спасибо, — постаралась кинуть я как можно более равнодушно.
Зал кишел танцующими студентиками. Я вошла и задержалась возле порога. При виде мелькающих ярких платьев и распространившихся по лицам, как зараза, масок сделалось как-то неловко. Муратов остановился за моей спиной, осторожно прикрыв дверь.
Почему так много нарядных девушек?
— …Три, четыре! Пустите опаздывающих в круг!.. Быстрее! И раз, два…
Иришка вещала из колонок. Я тут же отыскала её, вытанцовывающую на сцене, взглядом и поперхнулась. В одной руке она сжимала микрофон, оборачиваясь к залу, второй — придерживалась за плечо Тёмика. В моих ребрах заклубилось чувство разочарования.
Лекса уложил на переполненный подоконник вещи поверх чужих, а к углу бережно облокотил чёрный чехол. Когда я закашлялась, парень поспешил вернуться и настороженно ко мне склонился.
— Вы в порядке?
Нет! Моя замужняя подружка заигрывает со студентом…
— Твой пирожок поперек горла встал!
Словно плохо расслышав, он тряхнул лохматой головой и растеряно приоткрыл рот.
— Понятно.
Муратов поджал губы и с плохо скрываемым раздражением подтолкнул меня за поясницу в сторону круга. Я по инерции замельтешила к прогалу между двух пар.
Мда, любезности длились недолго…
— Может, вы слишком много их едите? — Лекса обошёл меня, встав спиной к центру, и сурово обернул одной рукой за талию. Я напряглась. Пара нервных клеток умерли, укрощая рефлекторный трепет, когда мы резко закрутились в вальсовом шаге.
Лицо меня точно предало. Не сумев придержать своё изумление, я уронила взгляд в район складки на свитере.
— На что ты намекаешь? — злиться на Ирку, парировать Муратову и двигаться без подготовки одновременно давалось мне плохо.
Закружилась голова. Я стала озираться по сторонам, задыхаясь от негодования, наступать на мужские ботинки. Ну и ладно! Они и так были грязные…
Лекса схватил мою отчаянно трепыхающуюся свободную руку, нагло задавая направление или же просто уводя нас от столкновения с другими косолапыми танцорами. Он будто и не уходил с прошлой репетиции.
— Я подумал, что пирожки вам надоели. А о чём подумали вы? — язвительно пробасил парень.
А-а-а, да? Этот прохвост следит за моим рационом? Хренов диетолог!