Маска одержимости

Стайн Роберт Лоуренс

Удивление застыло на ее лице. Она обошла Карли Бет сзади и пощупала ее шею.

— Да что там такое? — с беспокойством спросила Карли Бет. — Что стряслось?

Сабрина запустила руку в свои черные волосы. На лбу от напряжения у нее появились морщинки.

— Карли Бет, — проговорила она, наконец, — здесь что-то не так. Все это очень странно.

— Да о чем ты? — не понимала Карли Бет.

— У маски нет нижнего края.

— То есть? Что ты хочешь сказать? — Карли Бет подняла руку и потрогала шею. Она лихорадочно водила

пальцами, пытаясь найти основание маски. — Что!

— Да разве ты не видишь? — проговорила Сабрина дрожащим голосом. — Между маской и шеей нет линии раздела.

— Но этого быть не может! — воскликнула Карли Бет. Она все еще лихорадочно искала место, где начинается маска. — Уму непостижимо! Просто невероятно!

Сабрина закрыла лицо руками от ужаса.

— Но это бред какой-то! Какой-то бред! — твердила Карли Бет пронзительным голосом.

Она все водила по шее пальцами и с ужасом убеждалась, что ее подруга не шутит.

У маски не было нижнего края. Она нигде не кончалась. Между маской и лицом Карли Бет не было ни малейшего зазора!

Личина стала ее лицом.

22

У Карли Бет дрожали ноги, когда она пошла в переднюю к зеркалу. Она так и держала руки на шее, машинально водя пальцами по маске. Остановившись у большого прямоугольного зеркала, висевшего на стене, приблизила к нему лицо.

— Так и есть! — вскрикнула она. — Маска вросла!

Сабрина стояла сзади. Лицо у нее было встревоженным.

— Не… не понимаю, — бормотала она, глядя на отражение Карли Бет в зеркале.

Карли Бет тихо ахнула.

— Это же не мои глаза!

— Что ты говоришь? — не поняла Сабрина, продолжая смотреть на отражение подруги в зеркале.

— Это не мои глаза! — причитала Карли Бет. — У меня совсем другие глаза.

— Не волнуйся, — ласково успокоила ее Сабрина. — Твои глаза…

— Да они не мои! Не мои! — кричала Карли Бет, не обращая внимания на слова подруги. — Где мои глаза? Где я? Где я, Сабрина?

— Карли Бет, успокойся! Ради бога! — уговаривала ее Сабрина, но у самой голос от страха тоже дрожал.

— Это не я! — с ужасом глядя на свое отражение в зеркале и прижав ладони к морщинистым щекам маски, причитала Карли Бет. — Это не я.

Сабрина хотела погладить подругу по плечу, но та отшатнулась и с пронзительным криком бросилась в коридор. Яростно дергая дверь, она громко рыдала.

— Карли Бет, стой! Вернись!

Но Карли Бет уже ничего не слышала. Она выскочила в ночную тьму. Уличная дверь захлопнулась за ней.

Она бежала, а за спиной раздавались крики Сабрины:

— Карли Бет! Твоя куртка. Вернись! Ты забыла куртку!

В тишине раздавался стук ее кроссовок. Она бежала, прижимаясь к деревьям, прячась в их тени, не желая, чтобы ее видели, не желая показывать свое безобразное лицо.

Добежала

до тротуара, повернула направо и не останавливаясь помчалась дальше.

Она бежала, куда глаза глядят. В голове стучала только одна мысль: прочь от зеркала, прочь!

Ей хотелось убежать от себя, от своего нового обличья, от этого страшного лика, который смотрел на нее из зеркала чужими пугающими глазами.

Чьи-то глаза. Чьи-то чужие глаза на ее лице!

Но и голова не ее. Это голова отвратительного зеленого монстра.

Снова закричав, в отчаянии Карли Бет пересекла улицу и побежала дальше.

Деревья, черные на фоне беззвездного ночного неба, раскачивались и устрашающе размахивали своими голыми ветвями. Мелькали дома с оранжевыми окнами.

Она бежала по темной улице, тяжело дыша сквозь ноздри сплющенного носа.

Ветер был встречный. Чтобы не так сильно дуло, она согнулась, наклонив свою гладкую зеленую голову.

Куда бы ни обращала она свой взор, всюду видела маску. Она стояла перед глазами, отвратительная, со складками кожи, с горящими красновато-желтым светом глазами и кривыми зубами хищника.

Мое лицо… мое лицо…

Чей-то пронзительный вопль оторвал ее от горьких мыслей.

Карли Бет подняла голову и увидела впереди детишек с мешками. Их было человек шесть или семь. Почему-то они показывали на нее пальцами и кричали.

Она, оскалившись, издала жуткий звериный рык.

От этого рыка вдруг все замерли. Они с опаской смотрели на нее — угрожает она им или дурачится?

— Ты кто? — спросила девочка в красно-белом клоунском балахоне.

Я та, кто хочет быть собой, но не может, с горечью подумала Карли Бет.

Она не ответила. Пригнув голову, повернулась и бросилась прочь.

И тут же раздался смех. Смех облегчения. Они поняли, что им ничто не угрожает.

Горько всхлипывая, она повернула за угол и побежала дальше.

Куда я бегу? Так и буду вечно бежать, подобно вихрю, пронеслось у нее в голове?

Она резко остановилась, увидев впереди тот самый магазинчик.

Вот оно, подумала она. Ну, конечно, это здесь продают товары для вечеринок и праздников. Это здесь я приобрела маску.

А тот странный тип в черном капюшоне… Может, он мне поможет? Он должен знать, что делать.

Этот человек должен знать, как снять с меня маску.

В надежде она ускорила шаг.

Карли Бет подбежала к магазинчику.

Но, приблизившись к двери, надежда сменилась отчаянием, жутким, как витрина магазина. В магазине было темно. Он был закрыт.

23

Ее захлестнула волна мрачного отчаяния.

Руки уперлись в витрину, лицом она прижалась к стеклу. Оно приятно холодило ее разгоряченный лоб. Горячий лоб маски.