Маска (И)
Шрифт:
Савада Тсунаеши. Иемитсу много рассказывал мне о своем сыне, когда отлынивал от работы. Его буквально невозможно было заткнуть, особенно если он начинал рассказывать о проведенном вместе с сыном времени. То, как они ходили в парк аттракционов или зоопарк, в кинотеатр на мультики, ездили всей семьей в горы или просто гуляли по городу и ели мороженное. Если бы Иемитсу написал о Тсуне книгу, уверен, она была бы не меньше трилогии Толкиена. Но он все же любит своего ребенка в отличие от матери.
Нана казалась на первый взгляд доброй и заботливой. «Прекрасная жена и восхитительная мать!» — так восторженно охарактеризовал мне ее Иемитсу. Он рассказывал, где и как они познакомились, через сколько поженились и как рады были
Сначала я не особо придавал значения его странностям, но синяки на его теле, появляющиеся вовсе не из-за неуклюжих падений или моих тренировок, заставили меня присмотреться к нему. Почти все время в школе он вел себя как обычный подросток: учился (с переменным успехом), общался с Хибари или читал книгу. Но стоит появиться на горизонте девушке или женщине, как он тут же закрывался в себе и старался уйти подальше. Это можно было бы списать на смущение, но он дрожал и заикался от страха.
Самое странное начинается дома, в присутствии Наны. В первые несколько дней, что я был у них, я замечал косые взгляды, что Тсуна бросает на свою мать во время приема пищи. Складывалось ощущение, что он не может поверить, что ему можно съесть все, что лежит на тарелке, будто раньше его так не кормили. Тсуна смотрит на Нану с немым вопросом, и та улыбается, казалось, искренней улыбкой, но парень вздрагивает и быстро утыкается взглядом в стол.
Если вдруг Тсуна случайно прикасается к матери, то едва ли не отпрыгивает в другой конец комнаты. Он испуганно смотрит на женщину и будто ждет, что та его ударит или еще как-то навредит. Он бледнеет и заикается, когда отвечает на ее вопросы, старается говорить быстро и коротко.
Конечно, что Нана, что Тсуна прекрасно умеют скрывать свои эмоции и контролировать свои действия. Они легко могут сыграть счастливую семью перед обычными людьми, но не передо мной. Как киллеру мне жизненно необходимо разбираться в человеческой мимике, чтобы правильно подгадать момент и выполнить заказ. Зачастую такой навык полезен при общении с заказчиком или подставными лицами. Он был необходим мне, когда я только начинал, но и сейчас он является неоценимым подспорьем.
Тсуна пытался скрыть от меня правду, но во время нашей миссии в Какуе, я наконец подтвердил свою теорию. Нана избивает его, скорее всего еще и морально унижает. Но что-то в ней не так. Она не просто домохозяйка, у нее великолепно поставлен удар, и она знает, куда бить, чтобы причинить больше боли. Ужасный синяк на животе, который я заметил во время привала, подтверждает это. Не может обычная, хрупкая женщина, какой умело притворяется Нана, так сильно бить.
Однако в тот момент я меньше всего думал о ней. Пока я исцелял его раны, он внезапно обнял меня. Дрожащий, полностью уверенный, что его сейчас оттолкнут, он напоминал мне маленького зверька, ищущего защиты. На несколько мгновений я выпал из реальности, ощущая его тоненькое тельце, которое, казалось, можно переломить одной рукой. Видимо, он тоже был где-то далеко в своих мыслях, так как через пару минут, осознав, что делает, неловко вывернулся и, старательно пряча глаза, буркнул «спасибо за помощь» и смылся. Я даже не успел закончить его лечение пламенем Солнца!
У меня еще долго не выходил из головы образ Тсуны, такого маленького и доверчивого, обнимающего меня. Такое приятное, теплое чувство поселилось в груди, какое я не испытывал уже много лет. Тсуну хочется оберегать, защищать от всех. А в особенности от Наны. Я больше не позволю ей избивать его, оскорблять или еще хоть как-то
Однако сейчас не самое лучшее время для размышлений. Рокудо Мукуро удалось захватить контроль над Бьянки и Гокудерой, которые теперь вместе с Кеном и Чикусой пытаются нас убить. Удивительно, что Тсуна еще держится. Должно быть, это интуиция Вонголы помогает ему, ведь парень совершенно не умеет драться. Девятый совсем обезумел! Ну как можно было отправить на подобное задание практически не подготовленного подростка? Тут даже его Хранителям пришлось бы попотеть. Ведь Мукуро с самого начала лишь игрался и только теперь показал свои настоящие силы. Даже думать не хочу, что бы было, если бы он с самого начала был серьезен.
Тсуна уже получил огромное число ран и несколько ожогов от динамита, но все еще не сдался. Даже после того, как его накрыл огромный взрыв. Если честно, то в первое мгновение, когда я увидел динамит над его головой, холод пробежал у меня между лопаток. При всей своей скорости он бы не успел уклониться, и я это понимал. Я успел лишь крикнуть и предупредить его. Но мое сердце сжалось, когда я увидел его огромные карамельные глаза, в которых плескался страх.
Я не мог ничего сделать, и это бесило. Старый маразматик запретил мне любую помощь наследнику, кроме советов и пуль. Я мог лишь наблюдать, как Тсуна в последний момент делает рывок и прикрывает руками голову и шею. Теперь я понял, почему он был так рад, когда я появился у него за спиной после подобного взрыва. Он думал, что я мертв. А теперь я не могу дождаться, когда же дым рассеется, и я наконец увижу, что стало с Тсуной.
Глупо обманывать самого себя, поэтому я не стану этого делать и признаю, что Тсуна дорог мне. Я переживаю за него и хочу его защитить. Даже если мне придется пойти против всей Вонголы — я не отступлю. Этот мальчишка одним своим видом заставляет тепло распространиться в груди, а улыбка, которую он дарит всем и каждому, заставляет улыбаться в ответ так же искренне и радостно, как улыбается сам шатен.
Сдавленный кашель вызвал у меня совсем не уместную здесь радостную улыбку, которую я превратил в ухмылку. Он жив. Это главное. Я выкрикнул несколько не самых ласковых слов в адрес Тсуны, но он, кажется, не понял, что я говорил. Его не слабо потрепало взрывом, но он еще держался. Когда Мукуро рассказал про особенность своей техники и то, что у тел есть определенный порог до того, как они «сломаются», Тсуна будто перестал чувствовать усталость и не на шутку разозлился. Если бы можно было убить взглядом, то Рокудо умер бы не меньше тридцати раз. Однако дальнейшие слова иллюзиониста заставили нас напрячься. И если я точно знал, что надо делать, то Тсуна метался в своих мыслях и понятия не имел, что предпринять.
На его лице буквально была видна работа мысли: он то едва заметно улыбался, то бледнел, то злился. Он нервно сжимал кулаки и до крови закусил губу. Мукуро наслаждался видом растерянного паренька и даже прекратил все атаки, что позволило мне подойти к моему ученику. Плечи Тсуны дрожали не то от страха за друзей, не то от напряжения. Но стоило мне прикоснуться к нему, как он тут же успокоился.
— Хватит думать, глупый Тсуна, а то мозги из ушей полезут! — я не сильно, но довольно ощутимо дал ему подзатыльник и заглянул в его глаза. Щеки и кончики ушей парня порозовели. Видимо, в моих глазах он увидел больше, чем я рассчитывал. — Покажи им свои истинные чувства! Таков будет ответ Вонголы!