Маска Гермеса
Шрифт:
Визант терялся в домыслах насчет того, зачем все же она вызвалась на тайную встречу с ним. Искала в нем союзника против своего навязчивого опекуна, или же шпионила на него? Тем временем, медленным движением Рита сняла пальто, призывая его соблазнительным взглядом.
– Как мне с тобой связаться?
– тихо спросила она.
В истоме он уткнулся в ее атласное плечо. Этот простой вопрос никак не мог его пробудить от приятного состояния.
– Через Интернет. Я дам тебе электронный адрес.
Рита вздохнула и стала торопливо собираться, будто
Спирин знал о встрече Риты с Византом, поскольку его люди прослушивали телефон его отца. Ревность Спирина компенсировалась удовлетворенной страстью интригана.
Сейчас его заинтересовала другая тайна.
Накануне освобождения Визант имел разговор с настоятелем лагерного прихода, единственным и подозрительно длинным. Спирин стал наводить справки об этом отце Сергии, Феликсе Отисе, в миру. Вскоре он имел досье на это некогда громкое дело, настолько достоверное, насколько позволяли доступные источники.
Спирина приятно удивило то, что ниточка вела к самому заместителю министра внутренних дел, и его нынешнему сподвижнику, Юдину. Причудливым образом сюжетные линии реальности сходились. Ему ли, технологу тайных операций, не знать, какие метаморфозы могут происходить в этом неустанном конспирологическом покере. Явно запахло удачей.
Тогда, лет тридцать тому назад, относительно молодой, но уже опытный следователь МВД Юдин, входивший в следственную группу, отрабатывал заказ спустить одно громкое дело на тормозах, в пику главному инициатору, КГБ, враждовавшему в тот момент с другими силовыми органами. Главная задача заключалась в том, чтобы вывести из-под удара чиновников, покрывавших подпольных производителей, собиравших немыслимую жатву во времена всеобщего дефицита. И видимо, силам МВД и прокуратуры это удалось, в чьей команде, по счастью оказался и Юдин. Такие как он всегда нужны системе. Не будучи сам запятнан, умело отстаивая честь мундира, Юдин быстро продвинулся по карьерной лестнице.
А этот некто Феликс Отис, один из фигурантов дела, мог стать хранителем богатств, как один из немногих выживших, а масштаб финансовых махинаций говорил в пользу того, что вряд ли все спертые у государства средства вернулись в казну.
Полгода спустя, прогремело еще одно дело, названное «алмазным», в честь огромных утечек драгоценных камней с алмазодобывающих предприятий. Краденые бриллианты продавались на черном рынке и контрабандно вывозились за рубеж. Но кто мог их покупать внутри страны, с бедным населением? Не трудно было предположить. Конечно подпольные производители, у которых накопились несметные суммы денег, не имеющих настоящей стоимости, и им ничего не оставалось, как конвертировать наличность в драгоценности. По делу скоро осудили нескольких незначительных начальников, то есть, по сути, замяли и его, а в следственную группу также входил Юдин, но уже в повышенном звании.
Имел ли Юдин отношение к сокровищам, не известно, но эти два дела связывались воедино сами собой.
Очень может быть, что именно Визант становился неким графом Монтекристо, или уж во всяком случае, распорядителем части алмазов, тайна которых была доступна Отису. У Отиса же имелась дочь, через нее, и следовало бы, охотится на Византа.
Нужно было свидеться с некто Ивлевым, директором охранной организации, бывшим оперативником, выполнявшим неофициальные поручения для Спирина. Именно с его помощью устранили Сотника в лагере, поскольку Ивлев имел связи в системе исполнения наказаний, равно как и в уголовном
Сейчас Ивлев мог бы пролить дополнительный свет на открывшиеся обстоятельства, потому что, будучи некогда в подчинении у Юдина, он знал некоторые его тайны и поддерживал отношения за спиной Спирина. Значит, донесет о его интересе к этому вопросу, Юдин забеспокоится и предпримет шаги, чем и выдаст свою причастность к делу.
Встреча происходила в кабинете ресторана.
– Я помню это дело, - не без заинтересованности высказался Ивлев, коренастый мужчина лет пятидесяти, до сих пор пышущий силой и здоровьем, возраст которого выдавался залысинами и проседью у висков.
– Меня интересует, есть ли люди, притязающие на эти богатства, если они вообще существуют. Срок Отис отмотал, но здесь так и не появился. Значит, чего-то опасается.
– Отис, скорее всего мелкая сошка, - изрек Ивлев.
– На мелких сошках иногда прогорают и крупные дела, Василий, - парировал Спирин.
– Это уж точно?
– хитро воскликнул Ивлев.
– В общем, вы хотите от меня свежих сведений на сей счет?
– Именно. Но это дело прежде всего твое. Хотя собирать урожай будем вместе. Меня то интересует некто Визант. Хочу предупредить, что он может быть наживкой у конторы. Нужно оставаться предельно осторожными, - объяснял повелительным тоном Спирин.
– Наживкой на кого?
– доселе послушный Ивлев удивился в хитро наивной манере.
– Кто попадется, Василий. Так что постарайся не попадаться.
Ивлев изобразил опасливо изумленный жест, потом принял ледяное выражение лица.
– Почему бы его раньше, за компанию, вместе с тем, - пальцем он уткнул в кадык, жестом изображая понятное действо.
– Он полезная пока фигура, - властно одернул его Спирин, раздражаясь тем, что подопечный излишне любопытен.
Всегда так бывает, когда приближаешь подельников, они уже не удовлетворяются беспрекословными поручениями, хотят быть самостоятельными, повлиять на ситуацию, поставить в зависимость от себя хозяина, соперничают с ним. Может это отчасти и укрепляет команду, но является залогом провалов и предательств.
Должна быть и некая объединительная идея. А что связывает его, Спирина с такими как Ивлев, кроме тяги к деньгам и власти? То, что в Спирине Ивлев видел себе подобного, такую же сволочь как и он? Ивлев терял страх, расплачиваясь с боссом пренебрежением, что подрывало у Спирина уверенность в себе. Сейчас, походя, он озадачился и тем, как бы сильнее привязать Ивлева, сделать его еще более зависимым от себя.
ГЛАВА 8. В СТОЛИЦЕ ВЕЧНОГО ПРАЗДНИКА.
Александр снял небольшую квартиру в Латинском квартале Парижа. В ожидании последующих директив, отправился осматривать город мечты, столицу родины предков. Зная их язык, он и хотел проверить его среди парижан. К тому же, дабы влиться в эту индивидуализированную толпу, ему следовало бы приодеться соответственно, благо, что он не был особенно стеснен в средствах и от государственного жалования, и от частного гонорара.
Не мудрствуя, он посетил Форум Центрального Рынка, после чего не отличался в одежде от среднего парижанина, купив плащ, куртку, кепку, пару брюк и джемперы. Он не был похож на студента, или зажиточного клерка, а смахивал на представителя неустойчивых профессий, вроде официанта или таксиста. Теперь только легкий акцент выдавал его и внушал некоторую неуверенность.
– Мари, в ближайшие дни я отправлюсь в Париж, - заявил Воленталь без энтузиазма, в ее квартире, служившей ей и мастерской.