Маша попала
Шрифт:
Ну что сказать, госпожа Марья у нас молодец. Шевелюра сиреневого цвета доверия не внушала.
— Да ничего. Просто интересно. Думала, чем народу помочь могу. Теперь знаю — кодировать буду.
Ох, ба, и чего это пометочки у тебя такие коротенькие и не информативные-то?
— Поднимайся, горемычная, народные массы уже толпятся у порога, очередь занимают.
— И много ли их?
— Тут уж как посмотреть… — так загадочно протянул товарищ.
Быстренько приведя себя в порядок, чтобы
— Утречка, добрый люд, первым кто идет?
Аборигены, чуть завидев меня поначалу обрадовались, но всмотревшись в мое «чудесное» и «оптимистичное» лицо как-то поумерили свой пыл. Ну ничего, тем хлопот меньше.
— Я, госпожа Марья, — вперед выступил молодой и симпатичный мужчина. Не скажешь, что сельчанин. И в нашей Дёминке раньше не видывала его.
— Заходь, — крикнула смельчаку и вернулась в свою хатенку поджидать его на диване.
Молодец вошел. Комната была не маленькой, но он будто бы заполнил всё пространство.
С виду лет тридцать, может и тридцать пять. Высок и крепок, но скорее сух как палка, а обманчивое впечатление по вине широкой рубахи и брюк. Его соломенные волосы были неряшливо уложены, а загар скорее свидетельствовал о недавнем прибытии в самом скромном случае с курортных городков Краснодарского края. Ровный и бронзовый…
И когда это я стала столь наблюдательной?
Правильно бабулечка говорила, «Смотри и научишься видеть». А я-то дурёха не понимала, о чем она. Это оказывается о наблюдательности. Гадалки на базаре, скорее всего, заветами ба руководствуются, как прописными истинами.
— Госпожа ведьма, — начал он, но я перебила.
Какая я ему ведьма?
— Ведунья, — поправила его, хлопая ресницами.
— Ведунья Марья, пришел я не просто так. Мне помощь нужна.
— Она всем нужна, — согласно кивнула.
— Мне бы твою предшественницу увидеть. Говорят в народе, хороша в своём деле.
Насторожило немного. Припирается и спрашивает ба загорелый симпатичный мужчинка, старательно косящий под деревенского. Не местный, однозначно. Интуиция (о, Великая Ягуся, интуиция — не слух и она, все-таки, стала просыпаться во мне периодически) подсказывала, что всё это не просто так.
— Мне бы тоже ее увидеть. А тебе, синеокий, зачем? Может я-таки помогу?
— Извини ведьма, но мне бабка нужна. Дружбу с ней водил. Совета спросить бы у нее…
А вот это откровенное недоверие начинало бесить.
— Ну, а всё же? — решительно настаивала на своем я.
— Хотя и ты может сможешь, раз ее хозяйство взяла в свои руки.
Вот оно что. Это как в банке: «Ипотека на пятьдесят лет. Не выплатишь сам — выплатят внуки!». Бабулечка отчалила оздоравливаться, а расплачиваться мне с её другом.
—
— Иваном зовут меня. Я из соседней деревни прибыл за этим делом. А ты точно ведьма? А тут вспомнил, что Мария Фёдоровна сюда перебрались…
— Ведунья, — снова поправила его, — Так, а надобно чего?
— Смерть твоя! — вдруг подскочил притворщик и потянул ко мне свои длинные руки.
Что, простите?!
6
Кеша стоял, уперев руки в бока. Вид был сердитый, тем и смешной.
— И сколько раз тебе говорить, не таскай мужиков в хату! — тяжело вздохнул Инногентий, осматривая лежащего на полу Ивана.
Это я-то его притащила?!
— Дык клиент ведь, — развела я руками.
— Клиенты обычно не пытаются убить.
Вот тут было сложно не согласиться. Нормальные — не пытаются, а этот словно ошалелый.
Как только мужчина потянул ко мне загребущие ручонки появился Кеша и шарахнул ему по голове сковородкой.
— Что делать будем? — спросила я с надеждой.
— Макрушкики, — только и выдал Тимошка.
М-да…
— Работай, а мы этого, — Кеша кивнул на распластанное тело, — Припрячем в комнате.
«Мы»? Это он что, деда припахать еще хочет?
Я отряхнула платье и нацепила дежурную улыбку. Кинув еще один взгляд на лежащего, пошла открывать дверь новым просителям.
Раздался хлопок. Чёрт переместился с Иваном. Куда — не понятно.
И началась бесконечная череда мук моих. Это всё кара небесная за непослушание в детстве. Бумеранг, знаете ли, никто не отменял.
Бойкая девица требовала зелье ворожбы. Нет бы попросила, а это был почти приказ, пришлось выставить её, всучив пузырёк с настоем валерьяны на медицинском спирту.
— Вот. Возьми, Агафья. По три ложки и тебе и возлюбленному.
— Но как я ему-то подмешаю?
— А ты на чай пригласи. Иди-иди. Ляжет он к ногам твоим, все сомненья словно дым, рассеются.
Рифма — это так, для эффектности.
Соседский мальчишка прибежал жаловаться, что учитель в школе оценки плохие ставит. Ума бы ему, чтобы матушка хвалила.
Мне бы тоже ума, но чего нет — того нет.
— А ты пробовал учить?
— Нет, так девченки — заучки, а мне незачем дело это. Да и хлопотно.
— Завтра приходи, зелье сготовлю — дам.
Рыбак заходил, просил сеть найти, что в прошлом году потерялась под змием. А вот нечего пить что попало и сколь попало.
— Вот, возьми, — я протянула ему остатки своего вчерашнего настоя, — Выпей в вечере перед рыбалкой.
Бабенка заскакивала узнать, как продвигается поиск кошечки.