Мартин, Мартин...
Шрифт:
Енс подмигнул Мартину и повернулся к его матери:
— Скажите, вы твердо решил избавиться от этого типа? Не передумаете?
Мать покачала головой.
— Нет, не передумаю, — тихо сказала она.
— М-да. Значит, нужно получить разрешение на обыск, потом прямиком туда, и… держи вора!
— А мне обязательно с вами идти? Если можно, избавьте меня от этого! — взмолилась мать Мартина.
— Лучше бы вам с нами пойти. Вдруг мы не того схватим, кого надо!
— Я с вами пойду. Мне так хочется
Полицейские переглянулись.
— Вроде бы закон это не запрещает, а? — спросил Енс у напарника.
Тот покачал головой.
— По-моему, ничего страшного.
Енс вытащил из внутреннего кармана бумажный листок.
— Распишитесь вот здесь, — сказал он матери Мартина, — и дайте мне ключи от квартиры. Кстати, есть здесь у вас в коммуналке телефон?
— Есть! — сказал Мартин и быстро отбарабанил номер.
— Прекрасно! Повтори, пожалуйста, номер! Так. Значит, мы оттуда вам позвоним.
Енс записал номер коммуналки на оборотной стороне листка, и спустя минуту вся компания была уже на пути к дому Мартина…
Полицейские вошли в парадное. Мартин шел за ними по пятам. На втором этаже захлопнулась дверь. Его дверь, дверь в квартиру Мартина и его мамы. Мартин узнал этот звук, всем существом узнал.
Мамин «приятель» бегом спускался по лестнице. Увидев полицейских, он на миг словно прирос к перилам, но только на миг. Затем, овладев собой, продолжал неторопливо спускаться вниз.
Заметив Мартина, он снова замер на месте и разинул рот, точно силясь что-то сказать, но слова, видно, застряли у него в глотке. Так вот он и стоял, разинув рот, и пялился на Мартина.
— Что ж, вернемся назад? — спросил его Енс.
— Собственно говоря, я собирался… — начал «приятель», но, видно, никак не мог вспомнить, что же он, собственно, собирался сделать…
— Извольте отпереть дверь! — уже наверху сказал ему второй полицейский.
«Приятель» быстро взглянул на него и пожал плечами.
— У меня нет ключа, — заявил он.
— Какое счастье, что я прихватил с собой ключ! — насмешливо произнес Енс. И, тронув мужчину за рукав, добавил: — Так как же, войдем в квартиру?
— Вы не имеете права!
— Все права у нас есть! А вот вы лучше скажите: вы здесь прописаны?
Мужчина покачал головой:
— Нет, просто одна знакомая попросила меня квартиру посторожить…
— Если вы здесь не прописаны, где же ваше настоящее местожительство?
— М-да, на это не просто ответить, — пробурчал «приятель», почесывая затылок.
Енс взглянул на него с любопытством.
— Ничего, не волнуйтесь,
Вошли в гостиную. Новые стереоколонки были сорваны со стены, на полу стояли сумки, картонные ящики. Мартин опознал сумку, которую прежде видел в подвале.
— Там внутри радиоприемник! — сказал он.
«Приятель» наградил его злобным взглядом.
— Не мой это приемник! — отрезал он.
— Ах, как интересно, чей же он? — спросил Енс.
Мужчина промолчал.
— А теперь сядем рядом, поможем друг другу вспомнить все, что нужно, и дело пойдет у нас на лад, — заявил Енс. И добавил: — Мартин, будь добр, покажи Паулю ваш погреб.
— Зря только время потратите! Нет там ничего! — прошипел «приятель».
— Конечно, просто проверим на всякий случай! Сами ведь сказали: память иногда нас подводит, не так ли? А для начала будьте любезны предъявить мне ваше удостоверение личности.
Енс протянул над столом руку и щелкнул пальцами. А Мартин повел полицейского, которого звали Паулем, в погреб.
«Приятель» на этот раз не солгал. Ничего в погребе не оказалось, кроме разного хлама, рвани и мусора. Разбитый замок уныло повис на задвижке.
Пауль осторожно взял его пальцами и спрятал в пустой полиэтиленовый мешочек, валявшийся на полу. Вдвоем они снова поднялись наверх. «Приятель», весь в поту, нервно ерзал на стуле.
— Кто-то взломал дверь подвала, — сухо доложил Пауль.
Енс смерил мужчину пристальным взглядом. Но тот явно повеселел.
— Может, там вор побывал, — решил он попытать счастье.
— Наверняка побывал, — согласился Пауль, — но ничего, мы скоро его поймаем! — Он заглянул в полиэтиленовый мешочек. — Отпечатки пальцев, знаете ли, и все такое…
От этих слов «приятель» взмок еще больше.
Енс вышел в коридор позвонить в коммуналку.
— Квартира свободна, — сказал он, — мы сейчас отсюда уедем. А Мартин вернется к вам на Теннесвай и принесет ключи.
Енс вернулся в гостиную.
— Рад предложить вам стол и дом! — сказал он «приятелю». — Короче, вы арестованы! Должен предупредить: начиная с этой минуты все, что вы станете говорить, может быть использовано против вас, как улика…
Мужчина раздраженно замахал руками.
— Знаю, знаю! — только и сказал он.
— Так, стало быть, мы можем идти.
Все встали.
— Мартин, — сказал Енс, — передай маме, что мы скоро сюда вернемся и вместе с ней проверим, здесь ли все ее вещи.
С этими словами он протянул Мартину связку ключей. И сердито глянул на арестанта.
— Слушайте, дайте-ка сюда ваш ключ! Чистая брехня, будто у вас его нет! Все равно в участке вам придется вытряхнуть карманы.
Мужчина побелел как мел.
— Мне-мне н-надо в уб-борную… — запинаясь, пробормотал он.