Маршал Конев
Шрифт:
9
В середине февраля 1945 года войска 1-го Украинского фронта с боями овладели городом Бунцлау (по-польски — Болеславец). Командующий фронтом маршал Конев 7 марта издал специальный приказ, в котором, в частности, говорилось:
«Войсками фронта занят г. Бунцлау.
До этого города великий русский полководец фельдмаршал Кутузов М. И. довёл победоносные русские войска в Отечественную войну 1812-1813 гг.
28 апреля 1813 г. смерть оборвала победный путь Михаила Илларионовича Кутузова в г. Бунцлау...
В ознаменование светлой памяти фельдмаршала
1. Коменданту города Бунцлау учредить почётный караул у памятника фельдмаршалу Кутузову.
2. Всем войсковым частям фронта и отдельным военнослужащим при прохождении мимо памятника фельдмаршалу Кутузову отдавать воинские почести...»
Узнав об этом приказе, корреспондент фронтовой газеты Иван Барсунов поспешил в этот исторический город. Торжественно выглядело двухэтажное кирпичное здание, в котором М. И. Кутузов провёл последние дни жизни. Над входом в дом висел его большой портрет в фельдмаршальской форме. Слева на красном кумаче были написаны слова: «Да здравствует наша победоносная армия!» Справа: «Да здравствует наша могучая Советская Родина!»
Человеку, не посвящённому в историю этого здания, могло показаться, что оно всегда было таким чистым, нарядным и торжественным. Но нет. Когда в город вошли наши войска, они не сразу обнаружили запущенное и затерянное среди подобных других это историческое здание: так осквернили его немецкие оккупанты. Висевшая снаружи мемориальная доска, указывавшая на то, что здесь жил последние дни и умер Михаил Илларионович Кутузов, была заштукатурена. Внутри, в немногих комнатах ничто не напоминало о великом русском полководце, разгромившем Наполеона. На первом этаже работал магазин, второй занимали обычные жильцы. В запущенном состоянии находилась и могила великого русского полководца, и обелиск, и памятник. Маршал Конев потребовал от коменданта города в кратчайший срок привести кутузовский дом в порядок. Работы велись днём и ночью.
...Когда всё было сделано, у памятника Кутузову, что находился близ Бунцлау, состоялся торжественно-траурный парад частей Красной Армии — славных наследников русских воинов, разгромивших здесь более века назад «непобедимое» войско французского императора Наполеона Бонапарта.
На митинге, посвящённом памяти Кутузова, маршал Конев как бы словами фельдмаршала отдавал войскам фронта приказ:
— Заслужим благодарность иноземных народов и заставим Европу с удивлением воскликнуть: непобедимо воинство русское в боях и неподражаемо в великодушии и добродетелях мирных! Вот благородная цель, достойная воинов. Будем же стремиться к ней, храбрые русские солдаты!
Храбрость свою и великодушие русское воинство доказало много раз. Благодарность иноземных народов заслужило. Даже в мрачные годы раздоров и войн памятные места, связанные с именем Кутузова, поддерживались в должном порядке. Нарушили его лишь фашисты.
Обо всём, что узнал и увидел здесь, в далёком, но памятном городе Бунцлау, Иван Барсунов написал в очерке «История повторяется» и отослал в редакцию своей фронтовой газеты «За честь Родины». Несколько дней спустя он побывал в различных подразделениях, послушал интересные беседы агитаторов, с гордостью сообщавших солдатам, что они имеют честь с боями проходить по историческому пути, по которому в 1813 году проходили полки выдающегося русского полководца Кутузова, разбившего французского завоевателя Наполеона. Уроки Бонапарта, отмечали агитаторы, ничему не научили новоявленного полководца ефрейтора Гитлера, пожелавшего завладеть миром, но и его ждёт
10
После того как 3-я гвардейская танковая армия успешно выполнила тяжёлый манёвр с северо-запада на юго-восток, создавая угрозу окружения немецких войск, удерживавших Краков, командарм Рыбалко вернул своих танкистов в первоначальное положение. Но по пути в район Бунцлау один из его корпусов, а именно 6-й, столкнулся с крупной танковой группировкой врага и завязал с ней тяжёлые бои. В это же время 7-й танковый корпус получил задачу вместе с 23-й механизированной бригадой полковника Головачёва форсировать реку Квейс и овладеть важным стратегическим пунктом — городом Лаубан.
Но и тут положение к этому времени резко изменилось: противник успел сосредоточить здесь три дивизии (танковую, пехотную и моторизированную) и стал обходить армию Рыбалко с востока. Обстановка в течение трёх дней оставалась настолько сложной, что вызывала беспокойство не только генерала Рыбалко, но и командующего фронтом, который находился в расположении войск 52-й армии генерала Коротеева и имел возможность лично отдавать соответствующие распоряжения обоим командармам. Только совместными действиями трёх танковых, обессиленных боями, корпусов при поддержке 52-й общевойсковой армии Коневу удалось разгромить группировку врага, прорвавшуюся северо-восточнее Лаубана, и отбросить её на юг.
В этих тяжелейших боях важную роль сыграла 23-я механизированная бригада Героя Советского Союза полковника Александра Головачёва и он лично. Наступая вместе со всей танковой армией, его бригада одной из первых вышла к Одеру. Противник взорвал мосты через реку. Но один разводной пешеходный мост был ещё цел. Его-то и захватили стремительным броском разведчики и мотострелки первого батальона. Воспользовавшись этим мостом, они к 10 часам утра укрепились на левом берегу реки. В это же время по льду Одера переправился 2-й батальон: бойцы установили миномёты на угольных баржах, вмерзших в затоне в лёд, и всю ночь вели с них огонь по вражеским позициям. Противник долго не мог понять, откуда же их жалили наши «самовары»...
Самоотверженно действовали автоматчики и других батальонов. Все горели желанием как можно быстрее пробиться к Берлину.
Ещё в середине февраля в 23-й мотострелковой бригаде Головачёва побывал маршал Конев и приказал наступать на город Лаубан. В батальонах и в штабе бригады, как всегда перед ответственным заданием, состоялись партийные и комсомольские собрания. Головачёв старался побывать на каждом из них и выступить с пламенной призывной речью: у него это хорошо получалось.
Перейдя в наступление, части бригады с приданной артиллерией и миномётами во взаимодействии с 56-й гвардейской танковой бригадой после ожесточённых боев вышли к реке Квейс у окраины Лаубана. К вечеру под сильным ружейно-пулемётным и артиллерийским огнём, под обстрелом фашистских снайперов на подручных средствах форсировали Квейс и ворвались на окраину города, завязав тяжёлые бои с численно превосходящим противником. Действия бригады обеспечили постройку моста через Квейс для переправы танков 7-го корпуса 3-й гвардейской Танковой армии.