Марш Турецкого
Шрифт:
– Генерал не приказывал с утра "жуки" поставить? с надеждой спросил Турецкий у майора Николаенко.
– Да нет, мы только два часа назад получили приказ сюда выступать.
Турецкий молча кивнул и с горечью подумал, что дело может кончиться плохо из-за неоправданных амбиций руководителя РУОПа. Мог бы на всякий случай насовать микрофонов и туда, и сюда, если не совсем поверил Турецкому. Но теперь уже поздно. Александр Борисович посмотрел на плоскую крышу, надеясь увидеть какую-нибудь вытяжную трубу, идущую из банкетного
Какие- то непонятные, приглушенные звуки донеслись из ресторана, и то только потому, наверное, их услышали оперативники РУОПа, что задняя дверь на кухню была приоткрыта, из нее на улицу пробивался легкий парок. Судя по тому, как встревоженно закрутили головами "быки", шум такого рода не был предусмотрен программой поминок.
– Шампанское, что ли, открывают? спросил вслух Александр Борисович, человек сугубо штатский.
Майор Николаенко взглянул на следователя с легкой насмешкой и уточнил:
– Боюсь, что это пушки с глушителями.
– Сейчас бы хорошо "Черемухи-7" туда забросить, посоветовал Турецкий, не отрывая взгляда от окон.
– Как же, разбежались! сердито откликнулся майор. Патроны еле выпросили!
Он отдал короткие и резкие команды своим подчиненным, затем взял из машины громкоговоритель и рявкнул в него:
– Граждане воры и положенцы! Ваш кабачок окружен спецназом! Просьба прекратить разборки, или будем брать здание штурмом. Даю минуту на дисциплинированный выход из-за стола!…
Тем временем бойцы в кевларовых сферах, бронежилетах, с автоматами и прозрачными щитами в руках показались из окружающего площадку кустарника, несколько человек спрятались среди машин, не только сберегая таким образом себя от бандитских пуль, но и перекрывая ворам дорогу к автомобилям.
После нескольких секунд мертвой тишины из ресторана послышался гул грубых мужских голосов, изредка прерываемый женскими взвизгами.
– Не официантки случайно? забеспокоился Турецкий.
– Да нет, успокоил его майор. Если сходняк серьезный, там даже прислуживают за столом свои, чтоб никуда агентура не воткнулась. Это особо доверенные марухи забоялись.
Подруги воров, возможно, и забоялись, но воры оробели далеко не все.
В ответ на ультиматум майора участники воровского съезда не начали выходить из дверей с покорно поднятыми руками. Наоборот, лязгнули запоры на дверях, зазвенело разбитое стекло круглого окна…
Николаенко дернул Турецкого за рукав, приглашая таким невежливым образом под прикрытие автобуса. И вовремя воры из окон начали палить, причем не только из пистолетов и обрезов, но даже из автоматов.
– Будет хозяин кабака голову
– Надо их быстренько подавить! резко сказал майор Николаенко. Палят как дурные, а кругом дома!
– Подождите-подождите, как вы собираетесь подавлять?
– Огнем, как же еще!
– Подождите!
Да в чем дело?!раздраженно уставился на следователя майор. Если вы думаете, что они сейчас же начнут колоться у вас на допросе, вы ошибаетесь!
– Не первый год работаю! парировал Турецкий. Дело в другом, там может быть наш человек…
– Где вы раньше были?! вызверился майор.
– А что же вы норовите все стрелять? Надо учиться и в плен брать!
Николаенко отвернулся.
– Ладно, не будем горячиться, сказал примирительно Александр Борисович. У меня есть план. Какое у вас задание?
– Проконтролировать! буркнул майор.
– Вот отзывайте своих воинов и контролируйте. А с ними поговорю я. Давайте матюгальник.
Несколько удивленный Николаенко протянул Турецкому громкоговоритель с черной рубчатой рукояткой, как у пистолета, а сам начал с помощью портативной радиостанции переговариваться со своими солдатами.
– Господа воры! Внимание! закричал Александр Борисович, и усиленный мегафоном звук его голоса начал эхом дробиться среди строений кемпинга. Господа воры, с вами говорит старший следователь по особо важным делам из Генпрокуратуры Турецкий! Следствию нужен Геннадий Бобров по кличке Секач. Если он добровольно сдастся, я гарантирую, что всем остальным дадут спокойно уйти отсюда! На раздумье не больше пяти минут.
Турецкий опустил мегафон, и тут же к нему подошел Николаенко:
– Вы думаете, что делаете?! Там же стрельба была, наверняка есть трупы! И всех отпустить? Вы настаиваете?
– Да. Мы отпустим их под мою ответственность, твердо сказал Александр Борисович.
– Ладно, с видимым облегчением согласился майор. Под вашу личную ответственность!
Через несколько минут из ресторана крикнули:
– "Важняк"! Зачем тебе Секач?
В резко наступившей после выстрелов тишине слышимость была очень хорошая, поэтому Турецкий тоже закричал без помощи мегафона:
– На нем два убийства висят, а он ни разу не привлекался!
– Значит, не в законе?!
– Нет!
– Местный или залетный?!
– Залетный! И хорош торговаться!
Еще через пару минут тот же голос крикнул из ресторана:
– Тут нет такого, "важняк!"
– Не врете?
– Зачем так говоришь? Уговор дороже денег!
– Кто это мне слово дает? спросил Турецкий.
– Гриша Месхиев! Слыхал?
– Доводилось!
– Так дай уйти, на хер! Мы в карман не спрячем твоего Секача, тем более что его нет!
– Тогда выходите по одному и уезжайте!