Марш через джунгли
Шрифт:
— Сейчас я буду кричать и махать руками, — сказал он. — Затем мы спрыгнем.
— Давай. Только поторопись.
— Эй, смотрите! — заорал Пла Кидард. — Землянская молниевая пушка!!! Немедленно прыгайте с моста!!!
И, не дожидаясь реакции, он первым последовал своему собственному совету и, перескочив невысокие перила, полетел в воду. Что последовало дальше, он разглядеть не успел.
Гроннинген уже держал палец на спусковом крючке. Выждав несколько мгновений, чтобы убедиться, все ли пасульские часовые спрыгнули с моста
Плазменный заряд, вылетевший с невообразимой скоростью, буквально снес пасульскую караулку, мгновенно превратившуюся в клуб пламени. Маршадских часовых разметало, на лету они вспыхивали, словно комары в пламени свечи. Перед мостом и за ним пламенная стрела выжгла прямую глубокую борозду в прибрежной растительности — сажа и угли в центре, огонь и дым по краям.
Солдаты тут же бросились к мосту, с ружьями и гранатометами наперевес, за ними повалили из города мар-шадцы.
Гроннинген подошел к орудию и нажал на кнопку самосвертывания. Дождавшись, когда «толстушка» сложится, бойцы вопросительно взглянули на командира.
— Мутаби, — сказал Моисеев, повесив ружье на плечо и взявшись за одну из ручек, — пошли.
Звено Бета подхватило тяжелую ношу и двинулось вдогонку роте. Прямо сквозь огонь.
— Замечательно! Великолепно! — ликовал Раж Хумас, хлопая всеми своими четырьмя руками. — Мост захвачен! Жалко, правда, что часовых тоже снесло.
— Ты не предупредил собственную гвардию? — деревянным голосом спросил принц.
— А зачем? Если бы они раньше времени запаниковали, то сорвали бы все наше наступление. — Король посмотрел в сторону Пасула. — Смотрите, они еще даже не начали разворачиваться. Это для них полный сюрприз. Восхитительно!
— Да, — согласился Роджер, когда Панэ подошел к нему, чтобы получше разглядеть вдалеке очертания города. — Пока все идет хорошо.
Элеонора О'Кейси кивнула на стражников, сгрудившихся вокруг короля, и монарх сделал им знак отойти в сторону. Раж Хумасу было хорошо известно, что она была ученым, а не солдатом, и потому вряд ли представляла какую-то опасность.
— Что вы намерены с ними сделать, когда захватите город? — спросила короля Элеонора.
— Ну, торговля диандой меня пока вполне удовлетворяет, — сказал монарх, поглаживая рога. — Так что, вероятно, разрешу им выращивать ячмерис. Ну и пополню армию, чтобы завоевать оставшиеся города.
— И конечно, — вставила О'Кейси, — позволите нам двигаться дальше.
— Разумеется. Вы мне больше не понадобитесь. С объединенными маршадскими и пасульскими войсками я буду господствовать над всей долиной.
— Понятно, — сказала Элеонора, — замечательно.
Увидев, что ворота в Пасул наконец-то открылись, король что-то сердито забормотал. Разглядеть подробности с такого расстояния не представлялось возможным. Четко было видно только одно: пасульские войска устремились из городских ворот к долине — на защиту своих полей.
— Я надеялся, что они все-таки не так быстро сориентируются, — проворчал монарх.
— Ну, — улыбнулась О'Кейси, — как известно,
Перефразировав цитату Панэ на свой лад, Элеонора еле сдержалась, чтобы не засмеяться.
— Смотрите! — воскликнул король, наблюдая за расчетом плазменной пушки, карабкающимся на склон небольшого холма. — Ваша пушка уже почти на вершине!
Затем, поглядев еще раз вниз, он показал на небольшую группу маршадцев, отделившуюся от его собственного войска.
— Думаю, никто не станет возражать, что я послал им в поддержку моих воинов! — Он весело засмеялся, поглядев на Элеонору сверху вниз. — А то вдруг на ваших солдат нападут какие-нибудь дезертиры или бандиты. Вы же не предвидели такого, не так ли?
— О, конечно, — ответила О'Кейси, слегка нахмурившись. — Война — это страшное дело. Никогда не знаешь, чего ожидать в следующий момент.
— Прекрасно, — заметил Гроннинген. — Нам послали нянек. — Великан-асгардец нахмурился. — Долби их конем.
— Вижу, — пробурчал Моисеев. — Действуем по плану.
— Их там штук двадцать, — заметил Мачек. В голосе его не было эмоций — чисто профессиональный интерес.
— Да вижу я, — огрызнулся Моисеев, но на этот раз его плохое настроение объяснялось скорее усталостью: тащить на холм кучу снаряжения да еще плазменную пушку — тут любой застонет. — А нас четверо, и у нас своя задача. Так, наверху не отдыхать — ставим игрушки. «Нас гонят туда, где дороги, но чаще — где нет дорог! — заорал он фальшиво. — И лезем, как мухи, на стену, нащупав ногой бугорок!»* [Р. Киплинг].
Заметив, что маршадские войска неожиданно остановились, король засмеялся. Правый и левый фланги составляли в основном самые обычные наемники, профессионалы, которые сражаются ровно до тех пор, пока чувствуют, что битва складывается в их пользу, и ни секунды дольше. Они умели добавить весу успешной атаке, но только дурак мог ожидать от них чего-то большего.
Основные силы были сосредоточены в центре. Земляне стояли впереди, «подпертые» расположившейся непосредственно за ними королевской гвардией, которой было дано указание немедленно расправляться с чужестранцами, если те попытаются убежать или задумают воспользоваться «просеками», выжигаемыми их мощными орудиями в рядах пасульцев.
Гвардия остановилась, чтобы подготовить фланги к атаке, и земляне получили возможность еще раз переговорить перед атакой.
— Сигнал, Джулиан, — приказал лейтенант Ясько.
— Есть, сэр. — Сержант извлек из мешка сигнальную ракету и выстрелил в небо. Сигнал видели все: и земляне, и пасульская армия, и мардуканцы по обе стороны моста...
— Что это было? — подозрительно спросил король, заметив летящий в воздухе маленький зеленый факел.
— Это у нас такой военный обычай, — постаралась как можно безразличнее ответить О'Кейси. — Знак, что войска изготовились к бою и что пора начинать.