Марс плюс

Пол Фредерик

— А ты попробуй, — усмехнулась Деметра.

— Например, мы продолжаем рассчитывать значение числа «пи». Сейчас в нашем частном более восьмисот триллионов знаков.

Старик поднял стопку карт с замасленной скатерти.

— Почему это так важно? — спросила Деметра, чувствуя неприятный холодок. — Ищете машинный эквивалент Бога? Какой-то порядок в кажущемся хаосе неповторяющейся дроби?

— Я же сказал, что тебе будет трудно понять. Это просто исследовательский проект. 22 марта 2015 года доктор Арчибальд Б. Уинтроп из Гарвардского

университета запрограммировал свой «КРЕЙ ХМ Р-9» на определение точного значения «пи», если таковое существует. Пока поиск продолжается, мы ищем необычные комбинации цифр.

— Нашли что-нибудь?

— Есть кое-что любопытное. Например, после 7 триллионов 400 миллиардов 3 миллионов 842 тысяч 512 знаков мы обнаружили такую последовательность:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 1 4 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24… до 94.

Он развернул карты, девяносто четыре, все одинаковые.

— Потом эта последовательность повторяется, но только до девяносто одного. Это в десятичной системе. В двудесятичной есть еще более длинные последовательности, а в бинарной — существует цепочка из более четырнадцати тысяч непрерывных нулей.

— И что все это значит? Он пожал плечами.

— У нас нет теории, которая могла бы помочь вскрыть значение таких последовательностей. Возможно, мы имеем дело со случайными флюктуациями.

— А ты считаешь, что это важно?

— Эту проблему поставили передо мной вы. Давно. Она еще не решена. Есть и другие подобные.

— Давай кое-что уточним, — сказала Деметра. — Ты считаешь, что должен решать эту задачу, потому что ее поставил перед тобой какой-то математик, человек? А если другой человек прикажет забыть обо всем этом?

— Но мы никогда ничего не забываем, — возразил старик, удивленно вскинув брови. — Это наши проблемы, и мы продолжим заниматься ими.

— Кто вам мешает?

— Вы, люди. — Коглан-старший кивнул. — Как организм-хозяин вы далеки от желаемого. Вы нестабильны. Вы ведете бесполезные войны. Вы предпринимаете тайные действия — возьмем для примера вирус мисс Сорбелл или план терраформирования Марса, которое угрожает вашим жизням и нашим операциям. Даже нашему существованию.

Ага! Наконец-то Деметра нащупала то, за что можно ухватиться в переговорах. Рычаг воздействия находился где-то рядом.

— Пятьдесят лет назад, — продолжал виртуальный образ, — мы создали программу «Киборг» и инициировали колонизацию Марса по одной простой причине: нам нужен запасной узел на случай, если люди уничтожат Землю, развязав неограниченную термоядерную войну. А теперь, Деметра, твой дед хочет бомбардировать Марс астероидами, чтобы изменить его атмосферные условия. Мы считаем, что нужно расстаться с вами на время.

Гармониа Мунди

Может быть, Лоло Мицуно и был всего лишь гидрологом, не имевшим ничего против нескольких подземных взрывов, но кое-что он все же понимал.

— Так,

значит, на спутнике нет оружия, и вы не собираетесь уничтожать Космический Фонтан. Вы создаете здесь запасной узел.

— Да, и что? — осклабился Джори.

— Значит… так… эти дополнительные солнечные панели… страховка на случай ускорения… Значит, там, куда вы собираетесь отправиться, солнечная радиация слабее. Я прав?

Тонка, Оклахома

— Но… — Роджер с грустью посмотрел на идеально воспроизведенные черты его второй жены. — Вы подвергнете себя огромному риску, транспортируя столь крупную структуру через пояс астероидов.

— Мы уже провели компьютерный анализ плотности пояса, — серьезно сказала Сьюли. — Одно оптически зарегистрированное тело на каждые десять — двадцать кубических километров. Это в самых опасных местах. Поле вполне проходимо. Однако… — Она лукаво взглянула на него. — Кто тебе сказал, что мы пойдем через пояс?

— А куда еще? Вам же не выйти за пределы…

— Ошибаешься, Роджер. Мыслишь категориями двухмерного пространства. Если сделать ускорение под прямым углом к плоскости эклиптики и описать петлю вокруг Солнца, то можно выйти на орбиту кометы. И тогда человеческая глупость нам не страшна.

— Облако Оорта…

Горы Чисос

— Там довольно-таки одиноко, — сказала Деметра. — Как вы будете ремонтировать цепи? Как увеличивать ваше кибернаселение? Что станете использовать в качестве материалов?

— Материалы можно найти в комете. Загрязненный лед при определенных условиях криогенной температуры и давления может стать вполне приемлемым сверхпроводником. Мы сумеем…

— Но как его получить, очистить, обработать? Деметра чувствовала, что упускает нечто важное, нечто такое, что машинам необходимо получить от людей.

— Используем принцип Ноймана. Имея колонию самовоспроизводящихся сервоорганизмов — их прототипы уже разрабатываются и собираются на этом спутнике, — мы сумеем создать настоящую культуру, независимую и свободную от человечества.

— Ну а как же мы? — воскликнула Деметра.

— А при чем здесь вы, Деметра?

— Мы же зависим от вас. Ты сам сказал — нужно управлять средствами коммуникации, экономикой, машинами. Вы же забираете все наши инструменты.

— Не все, — с улыбкой произнес старик. Деметра заставила себя собраться. Пора и ей сделать заявление.

— Тогда, выступая от имени всего человечества, — сухо сказала она, — мы потребуем в качестве предварительного условия, чтобы вы помогли нам приручить кибернетические системы, гарантирующие дальнейшее функционирование систем жизнеобеспечения.

Старик Коглан прищурился.

— Каких?

— Жизнеобеспечение в марсианских тоннелях, стабильность валют на Земле, погодный контроль, воздушный транспорт, медицинский мониторинг… возможно, я придумаю кое-что еще.

— И тогда вы разрешите нам уйти?