Марс наш!
Шрифт:
Борис пододвинул бурлящую малиновой пеной кружку к девушке.
— Ну давай, «Комсомолка», — подмигнул я. — Это ерш. Русские пьют его пинтами.
Лиза решительно прищурилась, а потом протянула руку и со сноровкой бывалого выпивошки почти залпом опрокинула в себя честные ноль-семь литра!
— А ничо так! — облизнув губы, подмигнула наша примерная Гагарина. — Вкусненько.
Для неё это был вызов, и Комсомолка в очередной раз доказала, что не боится вызовов, наивно поведясь на такую простую провокацию.
Но то, как быстро хмельной ерш ударил ей в голову, вкупе со словами о том, что девушка вообще не пьёт, вызвали нехорошие мысли. Ой, неспроста наша румяная «Комсомолка» так категорична. Ой, не с проста.
— Вот, Гагарина, — осклабился Борис. — Теперь мы повязаны, и я могу хоть немного тебе доверять.
— Именно! — подметил я, показав парню большой палец. — Ничего так не сплачивает, как соучастие в преступлении.
— Вы это о чем? — стрельнула осоловелыми глазками Лиза. — Каком преступлении?
— Ну как же? — удивленно развел я руками. — Раскрытие личности перед аборигенами… Передо мной, то есть.
— Два раскрытия! — выставив пальцы буквой «V», гоготнул Борис.
— Даже так?! — удивился я. — Ну хорошо, два раскрытия. И подлог с сокрытием смерти Первого Часового в целях спасения карьеры.
Повисла тяжелая пауза. Я буквально видел, как зеленые глаза «Комсомолки» наливались льдом ненависти.
— Что ты хочешь сказать? — замораживая своей непонятной силой ерш в бокале, процедила она.
Я примиряюще поднял ладони.
— То, что вы с «Чувашом» теперь повязаны! И как бы вы этого ни отрицали, теперь вы в ответе друг за друга. Ведь стоит посыпаться одному…
— Как он потянет другого, — закончила Лиза.
Теперь в её зеленых глазах плескалось понимание.
Четыре кружки спустя…
— Получается, наука действительно может быть неотличима от магии!
Под впечатлениями от сказок попаданцев все больше «разгонялся» я. Каждое прикосновение к технологиям этих двоих вызывало у меня, как у фантаста, детский восторг!
— Сумрак, а хочешь еще магии? — панибратски обратился ко мне Борис.
Спустя всего три кружки спортивный жилистый паренек килограмм сорока весом окончательно свыкся с мыслью, что я и Сумрак — одно лицо. Но что самое забавное, вежливый и учтивый соник-техник перешел на почти хамское «ты». Упрямо продолжая ассоциировать меня со своим супергероем Сумраком.
Едва я хотел осадить паренька, напомнив, что на брудершафт мы не писали, а потому… Ну да ладно. Главное, парень сумел меня удивить!
Направив свою по-стимпанковски выглядящую рукавицу на почти пустую пивную башню, парень совершил почти библейское чудо! Колба,
— Воистину, колдун ебучий! — выдохнул я, завороженно глядя на пузырьки в янтаре пива. — И это тоже наука?!
— Воссоздание молекулярного строения жидкости из темной материи посредством восстановления её нулевым элементом — моя дипломная на втором курсе, — будничным голосом пояснил Борис.
— Ой, а сам-то! — едко хмыкнула Лиза.
Судя по приподнятому настроению, отказ от алкогольного целибата развязал «Комсомолке» язык.
— Мало того, что развлекаешь аборигена дешевыми фокусами, так еще и тратишь нуль-элемент! А это, если что, стратегический для Союза ресурс!
— Ой, не нуди, а, — отмахнулся от нее Борис. — Я, между прочим, Сумраку с погружением в дело помогаю! Напомню, впутать в дело дубликата с Земли 505 было твоей идеей.
Я тоже не остался в стороне.
— Борис прав. Как я понимаю, тебе нормальная характеристика от директора Академии Часовых без надобности?! И потом, у нас, по сути, эпохальный момент подтверждения третьего закона Кларка! — воскликнул я, и тут же его озвучил. — Любая достаточно развитая технология неотличима от магии!
— Хорошие слова, — отсалютовал кружкой Борис. — Философские! Этот Кларк, типа, ваш пророк?
— Типа того, — я неуверенно покрутил кистью. — Как и Азимов, классик мировой фантастики.
— Так, хватит, — не вынеся тягот философских мыслей, всплеснула руками Гагарина. — Я танцевать!!! А вы…
— А мы — не танцуем! — за обоих ответил ей Борис.
С экспрессией фурии и грацией газели Лиза выскочила из-за стола и растворилась в толпе людей на танцполе.
— Сумрак, — Борис пьяно выставил палец, призывая к вниманию. — Падаж-жьи! Азимов, он кто?!
Очевидно, моё мнение по поводу Азимова крайне задевало синего, как изолента, соник-инженера. И он, что называется, хотел докопаться до истинны.
— Айзек Азимов — знаменитый американский писатель-фантаст! — выдал я очевидное. — Создатель трёх законов робототехники Азимова! Вообще он под Нижним родился, но к вопросу это не относится.
— Про законы это правильно, — всё ещё держал указательный палец в воздухе рассуждал пьяненький Борис. — А вот то, что Азимов писатель — брехня! Он же ж робототехник! Создатель нейросети «Коллектив» и человек, чьи законы обуздали Нейро-Рейх!
— «Коллектив»? «Нейро-Рейх»? Что?! — предчувствуя новый поток безумств альтернативной истории, восторженно всплеснул я руками.
— А у вас не так было? — удивился Боря. — Второй Планетной в сорок первом что ли не было?
— Была, — кивнул я. — Вторая мировая война. Против фашистской Германии и Японии.