Марой и хранители

Эфф Юлия

– Хочешь продолжить?

– Я не против, малыш, посмотреть, каким нежным ты бываешь,– подмигивая, ответила хитрая сволочь, умудрявшаяся бить шутками не хуже, чем мечом. Бросил оружие и ухватился обеими руками за возвышавшийся торс, холодный от пота. Округлил глаза. – Кстати, всегда ли ты внимателен, малыш? Видел тень в коридоре?

– Что? –

опешил Анри, но, спохватившись, сильнее прижал меч к шее северянина, не обращая внимания на выбегающую струйку крови.

– Нас, возможно, не слышали, но кое-кто видел всё. И это мне не нравится.

– Не заговаривай мне зубы! Проваливай из этого тела, тварь!

– Я, может, и лишён силы, но заметить призванную тень ещё в состоянии, – Рене расслабленно усмехнулся.

Не делая попыток освободиться, рассматривал своими невинными светлыми глазами возвышающегося Ленуара, от чего в том начинал по новой закипать гнев.

Но стоило прозвучать в дверях знакомому голосу, преодолевшему границу тишины, Рене весело подмигнул Ленуару и закрыл глаза, чтобы распахнуть их, на этот раз испуганные.

– … сошли? Анри! Что ты делаешь?! – Арман задохнулся от изумления. Интуиция заставила его прийти сюда, и, как оказалось, не зря.

Рене, продолжая испуганно молчать, закусил губу, и этой невинной мимикой, напоминающей Мариэль, вывел из себя Анри:

– Не смей так делать! – рыкнул Ленуар, наклоняясь и обдавая холодом зелёных молний.

Арман схватил его за кисть руки, держащей меч у горла северянина, с трудом отодвинул в сторону её, сведённую судорогой ярости:

– Отпусти! Он – гость моего дома! А ты перешёл все границы! Анри! Ты же инквизитор! Где твоё самообладание?!

Не без помощи друга, Анри сместился, сполз на пол и остался сидеть на нём, выравнивая дыхание. Рене, наоборот, вскочил на ноги, подхватил первую попавшуюся рубашку и взмахнул ей, как флагом:

– Вы оба придурки! Стоите друг друга!

– Я-то тут причём? –

изумился Арман, не зная об истинной причине воплей Рене.

– Отдай, что обещал! – заорал северянин, поднимая голову к потолку. Вслед за воплем что-то зазвенело, катясь по полу, Рене наклонился, подобрал и прошипел. – Чтобы я вас обоих больше не видел и не слышал!.. Придурки…

Злой пошёл на выход.

– Вы точно с ума посходили! – Арман покачал головой и повернул её к Анри, продолжавшему сжимать рукоять меча. – Не знал, что ты такой обидчивый. Готов убить за шутку над инквизиторами?

– Мы тренировались, – Анри презрительно усмехнулся, поднялся, ухватившись за протянутую руку.

Арман сузил глаза:

– Ночью? На железных мечах?

– А когда ещё? Самое время, – усмехнулся Анри. – Пойду помоюсь. На!

Вручил оружие изумлённому другу, похлопал его по плечу и расслабленной походкой двинулся к выходу. По пути подобрал рубашку, жюстокор, заметил забытый сюртук Мароя, прихватил и его.

– Какие молодцы! – пробормотал Арман. – Они сходят с ума, а мне убирать!.. Ты должен извиниться перед Рене, эй!

Пока он возвращал мечи в инструментариум, Ленуар покинул зал для тренировок, у входа щелчком пальцев снимая шатёр беззвучия.

У себя в комнате Анри обнаружил на влажной рубашке вышитый вензель «А. В. Р. Д.», надел свою запасную сухую и понёс чужой сюртук и рубашку к Рене, который, очевидно, теперь будет по праву спасителя донашивать вещи Армана.

Стук в дверь был проигнорирован, поэтому Анри зашёл без приглашения, намереваясь лишь оставить вещи. И передумал, услышав отчётливые всхлипы в уборной и плеск воды. Заглянул в соседнюю уборную.

Рене сидел в лохани, от которой стелился пар, и с ожесточением тёр намыленной тряпкой тело, бормоча непонятные слова и хлюпая носом.

Конец ознакомительного фрагмента.