Мародер без диплома
Шрифт:
До Кольцово я добрался еще по темноте. Увидел вдалеке светящиеся окна питомника и сбросил скорость до минимума и выключил фару.
Заглушил двигатели, отстегнул страховку, выбрался из кресла.
В коленях ощущение киселя, в ушах — все еще вата и остаточный звон.
Постоял над люком с минуту, ловя за хвост ощущение, что страшновато выбираться из брони на открытый воздух.
Усмехнулся, потянул на себя рычаг. Люк скрипнул, лязгнул и послушно распахнулся.
Я соскочил вниз, на траву.
Поежился от прохлады, вдохнул свежего воздуха.
Сквозь пелену шума в ушах начал пробиваться стрекот ночных насекомых. Я прикрыл глаза и постоял, наслаждаясь тишиной.
Ну
Мысленно пожелал удачи Арине.
Потом поставил ногу на коленный сустав шагохода, схватился за скобу и забрался наверх. Согласно инструкции, там вроде должно быть место для «наездника».
Ну, такое... По конструкции предполагалось что-то вроде слонового седла с защищенными голенями. Но металлические «доспехи» покорежены, так что правая нога в проем не влезает, а перила, чтобы держаться, сломались вообще хрен знает когда. Ну, то есть, удержаться здесь как-то можно, но если запустить гусака бегом, то вылетишь как нефиг делать вообще. Не говоря уже о форсаже. Тогда вообще рухнешь вперед, и потом еще шагоход по тебе ногами пробежится.
Но пока стоит, нормально. Зато высоко и можно оглядеться.
Вокруг было тихо, стрекотали кузнечики, никаких посторонних фар на дорогах вроде незаметно.
Я похлопал гусака по бронированной спине, вытянул ноги вперед и запрокинул голову. Небо на востоке уже светлело. По идее, Бюрократ, Гиена и Натаха должны добраться досюда еще часа через два. Пешим ходом все-таки, небыстрое дело.
Когда стало светлее, я слез с гусака и направился к дороге. Чтобы посмотреть, насколько эта гора ржавого железа привлекает внимание. Угнать его, конечно, нельзя, но столпившиеся вокруг зеваки — это тоже далеко не все, что нужно.
Три фигуры вывернули из-за деревьев как раз, когда я размышлял, перепарковать ли мне гусака, или и так сойдет? Кабина, конечно, торчала над кустами, но с дороги было не очень понятно, что это такое. Шагоход был похож скорее не на замаскированную боевую машину, а на гору металлического хлама. Вещь, в целом, тоже ценная, но в Новониколаевске и окрестностях люди суеверные, и в Кольцово старались лишний раз не соваться.
Рыжие волосы блеснули в лучах рассветного солнца. Высокая и тощая фигурка слегка прихрамывала. Я помахал рукой.
Я облегченно выдохнул. Почувствовал, как напряжение отпускает. Все-таки, ночная дорога, мало ли, что могло произойти.
Мы с Натахой остались у гусака, а Бюрократ и Гиена отправились в питомник. Нашей задачей было освоить парное управление шагоходом, а Бюрократ тем временем сообщит, что мы готовы к выполнению поставленной задачи, и если все окей, то даст нам отмашку, чтобы мы вели нашего бронированного погонщика мамонтов к загону.
— Так, понятно, — Натаха поерзала в кресле стрелка, прилаживая страховчные ремни. — Вот тут крепление было для пулемета, но его вырвали вместе со скобами. Варвартство какое...
— Там еще должны быть педали внизу, — сказал я. — Чтобы вращением платформы управлять.
— Ага... — сказала Натаха, потом раздался ржавый скрежет. — Ой. Лучше я не буду, а то заклинит еще. Похоже, тут проржавело все.
— Попробуй выдвинуть манипуляторы, — озвучил я призрачный голос инструкции в своей голове. — Там должно быть что-то вроде рычагов с кнопками по бокам кресла.
— А как мы будем друг друга слышать, когда все моторы заработают? — спросила Натаха.
В общем, через час механической возни, недоумения и хихиканья мы с Натахой научились более или менее слаженно управлять руками и ногами гусака. Для боевой ситуации этого, пожалуй, было еще маловато, но мамонтам должно
Гиена вернулся один. Некоторое время стоял и смотрел, как мы с Натахой гоняем гусака по небольшому распадку за холмом, чтобы с дороги было не видно. Шагоход послушно приседал, прыгал и размахивал «руками». Вообще с мамонтами надо быть осторожнее, если эта куча мяса попрет на таран, то может гусака и опрокинуть.
— Эй, Гиена! — я высунулся из люка. — Что там? Где Бюрократ?
— Все в ажуре! — сказал Гиена, спускаясь по травянистому склону. — Ученая дама дала добро!
— Забирайся тогда наверх и потопали, — сказал я и вернулся в кресло. Заставил Гусака присесть пониже. По броне топали сапоги Гиены, но машина даже не шелохнулась. Страшно представить, сколько весит эта штука...
— Он сел, — сказала Натаха. — Можно шагать.
Идея была в следующем — мы с Натахой гоним мамонтов в Буготак. Это около пятидесяти километров, скорее всего, у нас на это уйдет дня три. Может, четыре. С расчетом на то, что мамонтята могут устать топать в день по двадцать километров. А Бюрократ и Гиена остаются в Новониколаевске и ждут нас, не привлекая к себе внимания. Гиена как человек, лучше всех знакомый с местной спецификой и самыми разными людьми, а Бюрократ — потому что его лицо, вроде бы пока что не украшает собой все розыскные листы. Это же мы с Натахой немного нашумели. Наверняка сейчас Матонин развернет по поводу нас довольно бурную деятельность...
Встретиться договорились здесь же, в Кольцово. При успехе нашей экспедиции, хозяйка питомника получит телеграмму, и тогда... В общем, так далеко мы не планировали.
Тот же молодой паренек, который нас встречал на крыльце, повернул рубильник на распределительном щите, и электрическая ограда превратилась в обычный забор. Ворота автоматически распахнулись, и пацан поспешил в укрытие. Помахав, что, мол, наш выход. Я поставил гусака в режим «боевой, пересеченная местность», чтобы тот поставил ноги пошире и поустойчивее, и пошагал к загону. Меланхолично пасшиеся до этого момента мамонты заволновались. Одна из мамонтих угрожающе подняла хобот и затрубила. Но в атаку никто из них идти не торопился. Гусак почти не уступал им в росте, видимо поэтому... Но расслабляться было рано, мало ли, что там у этих чудищ на уме.
— Богдан, пни вон ту мохнатую жопу, — услышал я голос Натахи в наушниках шлема. — А то она, кажется, намылилась в сторону бежать. Я выкрутил окуляры вбок, двинул рычаги и аккуратно, на полусогнутых ногах подкрался к осмелевшей мамонтихе, которая толкала своего мамонтенка совсем не в том направлении, куда нам было нужно.
Вообще, если кто-то скажет, что перегон мамонтов шагоходом — это простое и веселое дело, то я ему нос сломаю. Эти твари совсем на коров не похожи. Тем направление выдал, и они телепают себе потихонечку. Хотя я сомнительный специалист, коров только вприглядку видел. Но почему-то мне кажется, что вряд ли рогатые постоянно палят за пастухом и ждут, когда он расслабится. Мамонтихи гусака опасались. После того, как мы навыдавали им легких затрещин, конечно. Но вели себя совсем не как покорные коровки. Стоило чуть-чуть расслабиться, как кто-то из них обязательно начинал реализовывать один из планов побега. Первый вариант был такой: «Ой, что-то я хромаю, наверное, скоро умру, бросьте меня здесь, я не хочу вас задерживать». Второй: «Голод, страшный голод! Вы ведете нас по совершеннейшей пустыне, где даже листик завалящий сорвать не получается. И если я не объем вот то деревце, то никуда не дойду! Вооон то, далеко справа. Да не отвлекайтесь вы, я просто пожру и вернусь». И третий: «Аааа! Паника! Ужас! Надо бежать! За мной гонятся саблезубые тигры!»