Марионетки мироздания
Шрифт:
Кристофер провел рукой вдоль металлического стержня.
– Старый съемник Аарона Нортрупа… Я не видел его восемнадцать лет, с того самого дня. У меня такое не получалось, но вы сумели, мистер Бартон.
– Я хорошо его запомнил, – ответил Бартон и вытер трясущейся рукой лоб. – Может, даже лучше вас, ведь я держал его в руке. Кроме того, у меня хорошая память.
– И вас здесь не было.
– Да, Перемена меня не коснулась. Я нисколько не изменился.
Лицо Кристофера посветлело.
– Теперь мы можем действовать вместе, мистер
– Я не помню всего, – буркнул Бартон. – Есть места, которых я вообще не видел.
– Но, может, их помню я? Вместе мы, наверное, помним весь город.
– Может, удастся найти в помощь еще кого-нибудь. Или найти карту всего города и по ней восстановить его.
Кристофер отложил съемник в сторону.
– Я сделаю еще один реверс, чтобы у каждого был свой. Сделаю их сотни, разных размеров и форм. Нося их… – Он вдруг умолк, на лице появилось сомнение.
– Что случилось? – с беспокойством спросил Бартон. – Что-нибудь не так?
– Реверс… – Кристофер поднял свое устройство. – Он не был подключен. – Он подкрутил лампу. – Вы вернули съемник без его помощи, – с трудом продолжал он, казалось, сразу постарев на несколько лет. – Все эти годы… все впустую…
– Нет, – сказал Бартон. – Вовсе нет.
– Не утешайте… – отмахнулся Кристофер. – Как вы это сделали?
Бартон не слушал, мозг его лихорадочно работал. Внезапно он вскочил на ноги.
– Мы должны узнать, – сказал он.
– Да, – согласился Кристофер, резко поднимаясь. Он бесцельно покрутил съемник в руках и подал Бартону. – Возьмите.
– Что?
– Он ваш, мистер Бартон, а не мой. Он никогда не принадлежал мне.
После мгновенного колебания Бартон принял съемник.
– Хорошо, – сказал он, – я возьму его. Я знаю, что нужно делать. Нас ждет много работы. – Он принялся ходить по комнате взад-вперед, держа съемник, как топор.
– Мы сидели здесь достаточно долго, теперь немного походим.
– Походим?
– Посмотрим, можно ли что-то сделать прямо сейчас. В больших масштабах. – Бартон нетерпеливо помахал съемником. – Это только один предмет. Господи, это только начало. Мы должны восстановить весь город!
– Да, – медленно кивнул Кристофер. – Действительно, у нас много дел.
– Может, нам и не удастся. – Бартон открыл дверь и почувствовал дуновение холодного ветра; была уже ночь. – Идемте.
– Куда?
– Проведем опыт на чем-нибудь большом и важном.
Кристофер двинулся за ним.
– Вы правы. Реверс не играет роли, главное, что получается. Если вы можете делать это сами…
– На чем попробуем? – спросил Бартон, идя по темной улице и отмахивая съемником. – Нужно только знать, чем это было до Перемены.
– У меня было достаточно времени, чтобы вспомнить, что было по соседству со мной. Я сделал план этой части города. Вон там, – Кристофер указал на высокое здание, – был гараж и автомастерская. А дальше, вместо
– Чем они были? – спросил Бартон, ускоряя шаги. – Боже мой, как страшно они выглядят. Что там было? Что под ними скрывается?
– Вы не помните? – тихо спросил Кристофер.
Бартон задумался, ему пришлось взглянуть на окружающие холмы, чтобы сориентироваться.
– Я не уверен… – начал он и вдруг вспомнил.
Восемнадцать лет – долгий срок, но он никогда не забывал старого парка с пушкой. Он часто играл там, иногда ел ленч с матерью и отцом. Спрятавшись в густой траве, вместе с другими детьми играл в ковбоев и индейцев.
В тусклом свете он сумел разглядеть ряд покосившихся хибар, в которых когда-то размещались магазины. Вырванные доски, выбитые стекла витрин, кое-где – развевающиеся на ветру старые тряпки. Отвратительные гнилые дыры, в которых гнездились птицы, крысы и мыши.
– Они выглядят очень старыми, – спокойно сказал Кристофер. – Лет на пятьдесят—шестьдесят. Но до Перемены их здесь не было. Здесь был парк.
Бартон перешел на другую сторону улицы.
– Он начинался здесь, – показал он. – На этом углу. Как сейчас называется эта улица?
– Теперь это Дадли-стрит, – возбужденно ответил Кристофер. – Пушка стояла в центре, а возле нее была пирамида ядер. Это было старое орудие, еще с Гражданской войны. Ли протащил его через весь Ричмонд.
Они стояли плечом к плечу, вспоминая, как все здесь выглядело прежде. Парк, пушка, прежний, настоящий город, который существовал до сих пор.
Наконец Бартон двинулся вперед.
– Пойду на тот конец. Он начинался на перекрестке улиц Милтона и Джонса.
– Сейчас это Дадли-стрит и Ратледж-стрит. – Кристофер оживился. – Я начну с этого конца.
Бартон дошел до противоположного края и остановился. В сгустившемся мраке он с трудом различал фигуру Уилла Кристофера. Старик помахал ему и крикнул:
– Скажите, когда начинаем!
– Сейчас! – ответил Бартон. Его охватило лихорадочное нетерпение. Потеряно много времени – восемнадцать лет. – Сосредоточьтесь на своем крае, а я начну с этого.
– Думаете, нам удастся? Ведь парк большой.
– Чертовски большой, – приглушенно ответил Бартон.
Глядя на старые покосившиеся магазины, он напряг все свои силы. Уилл Кристофер с другой стороны тоже напрягся.
Глава 9
Когда появилась странница, Мэри лежала в постели и читала журнал.
Она вышла из стены и медленно пересекла комнату. Она шла с закрытыми глазами, сжав кулаки и беззвучно шевеля губами. Мэри тут же отложила журнал и встала с кровати. Этой странницы она еще не видела – женщина лет сорока, высокая и полная, с седыми волосами и внушительной грудью. Лицо ее было смертельно серьезно, а губы шевелились все время, пока она шла через комнату. Бесшумно прошла она сквозь стул с высокой спинкой, а затем сквозь стену.