Марина
Шрифт:
Фрау Эдит встретила нас прямо у ворот своего дома, из чего я сделала вывод, что ей было известно не только о нашем визите, но даже и о времени нашего приезда, она знала даже как меня зовут. Вадим оказывается еще и внимательный сын. Наверняка, еще из Киева предупредил о моем появлении.
Мы выпили кофе с пирожными, потом порешали русские и немецкие кроссворды. Здесь мы немного разошлись с фрау Эдит во вкусах. Ей больше нравились русские, а мне - немецкие. Совместная интеллектуальная деятельность несколько сблизила нас. Я перестала думать о том, что могу ей не понравиться. А она, видимо, поняла, что я не совсем дура. Разговор пошел более непринужденный. Фрау Эдит спросила, не соскучилась ли я
– И даже по кискам не скучаете?
– По ним, конечно, очень скучаю. Жаль мне их, каково им с чужими людьми!
– Вы знаете, я тоже обожаю кошек, но у меня в последние годы развилась аллергия на кошачью шерсть. Приходится только издалека ими любоваться. Даже выставки кошек я могу только по телевизору смотреть. Я вчера была у моей соседки, через два дома от моего. Так она завела для детей котеночка. Мне пришлось стоять у ворот, чтобы посмотреть, как этот рыжий чертенок носится по двору. И так стало обидно, что не могу его ни в руки взять, ни погладить. А знаете, давайте сходим к этой соседке! Я обещала ей книгу занести, да и вы душу с ее питомцем отведете. Ну, что? Идем?
– Не знаю, право, неловко как-то к незнакомым людям идти. К тому же здесь, насколько мне известно, не любят незваных гостей. Немецкий менталитет отличается от славянского.
– А она, как раз, не немка. О, она ведь тоже из Киева! Правда уже лет десять, как здесь живет. Трое ребятишек уже у них с Детлевом.
Фрау Эдит взяла со стеллажа какую-то брошюрку, и мы двинулись в путь. Котенка во дворе не оказалось. На звонок к нам вышла невероятных размеров дама, расцеловалась с фрау Эдит и стала приглашать нас в дом. Моя спутница решительно отказалась, сославшись на кошачью шерсть и свою аллергию. Мы решили поболтать на свежем воздухе.
– Простите мне мой старческий склероз, - при этих словах я не могла не улыбнуться, потому что фрау Эдит вряд ли кто мог дать больше сорока с небольшим, а память у нее была, дай Бог молодому!
– Я забыла вас познакомить. Это Марина - подруга Вадима. Она из Киева. А это Раиса. Наша землячка...
– Лиска, это ты?
– Я обомлела. "Лиской" меня называли в одноклассники в младших классах школы.
– Ты что? Совсем меня не узнаешь? Я "коза"! Вспомнила теперь?
Вспомнить-то я вспомнила, но узнать ее было невозможно. Хрупкая черноволосая Райка Сидорова и эта огромная бабища с копной соломенных кудряшек на голове никак не хотели в моем сознании совместиться в одного человека. Но именно ту тоненькую смуглую девочку мы звали "козой". Потому что фамилия у нее была Сидорова, а раз так, то она была для нас Сидорова коза, для краткости просто "коза".
– Ну, узнала, наконец?
– Если бы ты не сказала свое прозвище, не узнала бы ни за что. Что с тобой стало? Ведь ты у нас, как тростиночка была. Помнишь, тренерша на гимнастике говорила: " Перестаньте жевать свои булки с изюмом! Худейте! Посмотрите на Раю Сидорову! Если похудеете до ее размеров, может быть из вас и выйдет что-то путное!"
– Ага! А вы меня обмерили сантиметром и взвесили, а потом каждую тренировку обмеряли друг друга и никак не могли сравняться со мной...
– Вот-вот. А теперь попробуй-ка узнай тебя!
– Ладно, ладно! Тетя Эдит, идите с Маринкой в беседку. Я сейчас принесу туда кофе.
Мы с фрау Эдит пошли себе потихоньку к белой ажурной беседке в глубине сада, а Райка скрылась в доме.
– У вас не сложилось впечатление, что вы никуда не уезжали из Киева? Один мой знакомый имеет обыкновение повторять, что Европа и Америка - это две стороны одной улицы. Если развить его мысль дальше, то Киев и наш Бад Кройцнах можно сравнить с большой комнатой и, к примеру, кладовкой
Мы присели на мягкие сиденья возле небольшого круглого стола под кружевной скатертью. Все было красиво: беседка, стол, стульчики, словно на странице журнала по домоводству. Честно говоря, было удивительно, как это Райка, имея троих детей, успевает содержать свое хозяйство в безукоризненном порядке. В детстве она особой аккуратностью не отличалась. Видели бы вы ее школьные тетрадки!
– А вот и я, - она катила пред собой сервировочный столик, уставленный всевозможными вазочками и корзиночками с кексами, конфетами, конфитюрами и т.п. Я помогла ей расставить все на столе. Райка разлила кофе по чашкам, и мы принялись вспоминать наш четвертый "Б". Дальше у нас общих воспоминаний не было, потому что мои родители получили квартиру в другом районе и перевели меня в другую школу. Так что уже пятый класс мы учились порознь. Потом мы стали говорить о Киеве. Райка не была дома уже больше пяти лет. А фрау Эдит, оказывается, ездит в Киев каждый год. Там у нее осталась уйма друзей и знакомых, что вполне естественно, все же вся жизнь прошла в Киеве. И переписывается она, по ее словам, чуть ли не с половиной населения нашего мегаполиса.
– Вы героиня, - заявила я, - мне было бы лень писать так много писем...
– Еще бы, - ошарашила меня Сидорова, или как там ее теперь, - ты поленилась написать мне одно единственное!
– Здрасьте! Интересно, как это я тебе написала бы, если я только пару минут назад узнала, что ты теперь в Германии живешь?
– А разве ты не получила мое письмо?
– Райка была искренне удивлена.
– Я тебе прошлой осенью написала. Встретила случайно в аэропорту во Франкфурте Надьку Розумовскую. Помнишь ее? Она летела в Париж, а я встречала свекровь из Испании... Надька рассказала мне, что ты бедствуешь, ну, я и хотела, чтобы ты приехала, погостила. Может и придумали бы что-нибудь для тебя...
Терпеть не могу, когда подчеркивают мою бедность! Сидорова так, вообще, заелась! Я с трудом сдерживала себя, чтобы не взорваться. Очень не хотелось, чтобы уже в первый день знакомства мать Вадима увидела меня в облике разъяренной фурии.
Положение спас, как всегда, Вадим. Он пробрался к беседке по своему обыкновению, никем не замеченный.
– Нисколько не сомневался, что Раиса будет вас пичкать сладостями! Ей скучно одной ходить по салонам одежды для крупных женщин. Привет, Рая! Как твои девочки? Как Детлев?
Тема разговора изменилась, и я снова расслабилась...
– У тебя три дочки! Вот повезло! Девчонки - это же прелесть! Маленькие живые куколки!
– Только не мои! Они у меня в Детлева пошли, настояшие сорванцы. Слава Богу, они сейчас у свекрови, не то не сидели бы мы за кофе. Пришлось бы носиться по двору и снимать кого с забора, кого с дерева...
– Это уж точно!
– улыбнулся Вадим.
– Извините, дорогие дамы, но нам с Мариной уже пора ехать. У нас, как вы понимаете, есть дела, которые нужно довести до ума. Мам, ты не обижайся! Мы приедем через денек - другой... Раечка, мой привет Детлеву.