Марго

Энканта

И все же Ник почти ненавидел себя за секундную панику на ее лице, когда он сказал:

– Тома, нам надо поговорить.

Она все поняла сразу, но позволила ему сказать это вслух, кивнула, спряталась за натянутой злой улыбкой и обхватила себя руками.

– Хорошо. Уходи. Помочь собрать вещи? – таким же злым, как ее улыбка,

тоном предложила она.

– Я справлюсь.

– Отлично. Мне надо на работу, так что…

– Конечно, иди, – сказал он, понимая, что если она не убежит, то обязательно взорвется. И он хотел, чтобы она убежала.

Так что, когда через десять минут хлопнула дверь, Ник испытал громадное облегчение. И в этот самый момент окончательно понял, что принял правильное решение.

Оглядываясь назад на все время, что они прожили вместе, он видел это как черно-белую цепочку плохих и хороших периодов. Черный цвет преобладал. Они постоянно ссорились и мирились. Неделями толком не общались, а потом вдруг тянулись друг к другу, и наступал медовый месяц. После чего снова следовал период охлаждения и новое примирение.

Он каждый раз мечтал, что все наладится, и серьезных ссор больше не будет. Но так никогда не получалось. Возможно, он просто не приспособлен для отношений? Ведь и до Томы многие отношения для него превращались в постоянное перетягивание каната и латентную войну с редкими перемириями.

Переехав в свою комнату в клубе, Ник почувствовал себя на удивление хорошо. Он думал, что ему захочется выпить, накатит тревога, грусть или гнев – но ничего подобного не происходило. Неожиданно для себя он испытал прилив энергии и ушел в работу. А «Сабспейс» нуждался в его энергии – снова настали непростые времена.

На днях они с Максом приняли решение перейти к более камерному формату вечеринок в «Сабспейсе» из-за новостей про вирус. Люди тревожились, количество посетителей резко сократилось – и потому, что им

было не до игр, и потому, что некоторые действительно боялись заразиться.

Ник предложил оставить пятницу для встречи с новичками и мастер-классов, а на субботу, наоборот, пригласить только старожилов. В воскресенье – шоу и аукцион нижних для верхних без пары, по приглашениям. Аукционы, мастер-классы и особые вечеринки – именно то, что нужно для того, чтобы подбодрить людей в непростые времена. И, конечно, заработать максимум денег.

Всю неделю он занимался перепиской с приглашенными и составлением списков вместе с их новым администратором, верхней Лолой. Лола, недавно отпраздновавшая сорокалетие, была настоящей находкой для клуба. Ее кипучая энергия, уверенность и магнетическое воздействие на нижних молоденьких мальчиков помогали поддерживать порядок и в документах, и в разгар клубных вечеринок.

Вначале Ник опасался лишь одного – что она захочет командовать и ими с Максом, но, к счастью, Лола прекрасно понимала свое место в иерархии клуба и хорошо умела отключать доминирующие нотки, когда общалась со своими начальниками. Так что весь месяц, что они работали вместе, Нику приходилось бороться с желанием погладить ее по голове за то, какая она умница. Даже несмотря на то, что эта голова возвышалась над его собственной – в силу высокого роста Лолы и ее пристрастия к высоким каблукам.

Посетители клуба тоже быстро полюбили ее и привыкли к ее экстравагантной внешности. Кроме мускулистых ног, большой груди и пышной задницы, для привлечения внимания у Лолы были ярко-синие длинные волосы, малиновая помада, нарощенные ресницы и длинные ногти, всегда покрытые блестящим гель-лаком. Если бы кто-нибудь попросил Ника описать Лолу в одном предложении, он бы сказал: «Эта женщина, у которой все через край».

Конец ознакомительного фрагмента.