Маргаритки
Шрифт:
«ГДЕ ЮХАННА АЛЬБИН?» — кричал один из заголовков, намекая, что и с ней что-то стряслось.
— Я понимаю, о чем ты, — ответил Алекс Фредрике. — Конечно, ты можешь быть права. Но причинами странностей могут быть и гораздо менее драматичные обстоятельства. Каролина Альбин не подает голоса, потому что она действительно мертва, а Юханна Альбин — потому что еще не знает, что произошло. Но я согласен, если она не объявится до середины недели, нам придется принимать меры.
— Вы считаете,
— Либо так, либо, как говорит Фредрика, у Юханны есть основания скрываться от полиции.
Он обернулся к Фредрике.
— Теперь о другом, — сказал он. — Ты очень правильно тогда заметила в связи с содержанием мейлов, что на Тони Свенссона, возможно, вышел кто-то, кто посылал угрозы с других компьютеров. Я переговорил с прокурором — мы можем снова задержать Свенссона. И я хочу, чтобы допрос вели Юар и Петер вместе. — Он поднял голову и свирепо взглянул на обоих. — Вместе, — повторил он. — Понятно?
Те кивнули.
— Фредрика позвонит в библиотеку в Фарсте, — продолжал Алекс. — Кроме того, я хочу, чтобы мы продолжали распутывать обстоятельства гибели Каролины Альбин. Узнайте, не объявился ли кто-нибудь, кто спрашивал о теле, его же хоронить надо. Может, у нее был парень, о котором мы ничего не слышали. Свяжитесь снова с больницей и ищите, ройте!
Фредрика кивнула, довольная.
Алекс оглядел свою группу чуть рассеянным взглядом.
— Вот, собственно, и все.
— А полицейский? — удивленно спросил Петер. — Мужик с Норрмальма, с которым говорил Тони Свенссон?
— Его я сам найду, — сказал Алекс. — Следующее совещание сегодня в четыре.
И тут в дверь громко постучали, и заглянул парень из следственного отдела городской полиции.
— Я только хотел сообщить информацию о Мухаммеде Абдулле, с которым вы с Фредрикой беседовали в Шерхольмене на прошлой неделе, — сказал он и посмотрел на Алекса.
— Ну и что? — ответил нетерпеливо Алекс.
— Он мертв, — сказал следователь. — Вышел вчера по делам и не вернулся. Жена позвонила в полицию вечером, но ей ничем не смогли помочь вплоть до сегодняшнего утра. Его нашли с простреленной головой на парковке недалеко от дома.
Ужас и горе охватили Фредрику. Мухаммед был так любезен, так шел им навстречу, хоть и чувствовал угрожавшую ему опасность. И вот его больше нет.
Алекс сглотнул.
— Черт, — тихо выругался он.
— Это еще не все, — сказал следователь. — Вчера вечером мужчина, совершавший пробежку вдоль залива Бруннсвикен, заметил в воде тело мужчины. Тело было невозможно опознать, но первые результаты экспертизы говорят, что его застрелили из того же оружия, что и Мухаммеда Абдуллу в Шерхольмене.
Для
«А вдруг она больна? Вдруг это Альцгеймер? — переживал он. — Что мне тогда делать?»
Страх парализовал его. Вот бы она сама взяла и рассказала, что стряслось! Потому что у него не хватало духу, чтобы спросить самому.
Фредрика буквально ворвалась в дверь — сначала живот, а потом все остальное. Буквально за месяц до родов она словно ожила.
— Я только хотела сказать, что сейчас поеду в Дандерюд.
— Начало многообещающее, — отозвался Алекс.
— И еще я позвонила в библиотеку в Фарсте, — продолжала она, — они обещали перезвонить. У них нет сохраненных данных в компьютере, им надо посмотреть в журнале регистрации.
Парень из криминалистического отдела прервал их, постучав в дверь за спиной Фредрики.
— Да? — резко сказал Алекс.
— Мы тут кое-что нашли, когда занимались абонентским договором супругов Альбин.
— Гм?
— Письменное заявление с просьбой отключить домашний телефон Якоба и Марьи Альбин было послано в «Телию» за неделю до убийства, и по документам договор телефонного обслуживания должен был быть расторгнут во вторник двадцать шестого февраля, то есть в тот день, когда они погибли.
— Кто подписал заявление? — спросил Алекс.
— Сам Якоб Альбин. Который, кроме того, расторг контракт и с мобильным провайдером, в день собственной смерти.
— А мобильный жены?
Техник-криминалист прокашлялся.
— Он был включен до утра среды, после этого абонент был отключен. Кем — непонятно.
— На него кто-нибудь звонил? — спросил Алекс.
Техник кивнул.
— С того момента, как мы изъяли телефон, мобильный оператор зарегистрировал только два входящих звонка: один с неизвестного номера в Бангкоке и один от прихожанина, который, по всей видимости, не знал, что она скончалась.
— В Бангкоке? — удивилась Фредрика.
— Да.
— Он отключил все свои телефоны, — медленно произнес Алекс. — Зачем он это сделал?
— Если это сделал он, — вставила Фредрика.
— Вот именно, если это сделал именно он…
— Что, по всей вероятности, не так, — продолжала она. — Скорее всего, это сделало лицо, немного погодя отключившее номер Марьи.
— Отключить чужой номер довольно просто, — добавил техник. — Контрольные вопросы, которые там задают, касаются простых вещей вроде идентификационного номера и домашнего адреса.