Мар. Меч императора
Шрифт:
Не имея привычки ходить вокруг да около, я задал вопрос в лоб:
— Что тебе нужно, Карриан? Ты ведь не для этого столько времени меня искал?
Император помедлил, а затем развернулся и, когда мы скрестили взгляды, все с тем же необъяснимым спокойствием ответил:
— Я хочу задать тебе один вопрос, Мар.
— Какой? — еще больше напрягся я. Зная императора, от него можно было ожидать чего угодно.
Карриан чуть подался вперед.
— Зачем ты заставил меня пережить твою смерть?
Я уставился на императора с искренним недоумением.
Что за фигня? Это был совсем не тот вопрос,
— Тебе напомнить, на какой ноте начинался наш последний разговор во дворце?
— Мы его не закончили.
— Полагаю, он и не подразумевал логического окончания. Но, если хочешь, то можешь считать, что у меня не нашлось в том споре достойных аргументов.
У Карриана чуть сузились глаза.
— И все же ты не ответил на мой вопрос. Зачем, Мар?
— Зачем я подбросил твоим ищейкам чужой труп и вместе с ним вернул твое кольцо? — с горькой усмешкой переспросил я. — Ты не поверишь: выбравшись из дворца, я вдруг осознал, что очень хочу жить.
Под пристальным, буравящим взглядом императора, в котором в этот момент появилось что-то совершенно непонятное, я вдруг почувствовал себя неуютно и на мгновение отвел глаза. Заодно обнаружил, что не только у меня наметились трудности. Оказывается, пока мы обменивались любезностями, к графу подплыла дражайшая леди Эмильена, после чего желание его сиятельства сбежать окончательно накрылось медным тазом. Блондиночка, не стесняясь отца, откровенно жеманилась, призывно махала ресничками. И… кажется, когда-то успела положить глаз на нашего коменданта?
— Я не отдавал приказа тебя убивать, — вдруг уронил император, заставив меня отвлечься на проблемы посерьезнее. Причем сказал он это очень тихо. Весомо. Так, что я, даже поверив, что он не лжет, не сумел удержаться от еще одного невеселого смешка.
— Мне почему-то так не показалось.
— Все, кто тогда тебя ударил, уже понесли наказание.
— Зачем? — в третий раз усмехнулся я. — Они-то как раз все сделали как надо. Император упал — значит, на него было совершено покушение. Если произошло покушение — надо его защитить. Все просто… Не напрягайся, Кар, я уже не злюсь. А если и огорчен, то лишь тем фактом, что мне так и не удалось замести следы. Кстати, позволь спросить: как ты меня нашел? Где я облажался, если ты так и не поверил в мою смерть?
На лицо его величества словно облачко набежало.
— Я верил: следы ты замел хорошо. Да и когда чернеют обручальные кольца, не поверить, знаешь ли, сложно.
— Хм. Но что-то же навело тебя на мысль о том, что я жив?
— Где-то с полгода назад мое кольцо стало возвращать себе цвет, — безэмоционально сообщил император, покосившись на левую руку.
Я тоже туда глянул и удивился: все еще носит? Но потом подумал, что на Тальраме невероятно сильны традиции. И если, скажем, Кару до окончания траура надо было носить это треклятое кольцо, то он и будет его носить, даже если знает, что это бессмысленно. Правда, сейчас оно было покрытой такой же тонкой сеточкой из стабилизирующих нитей, как и остальная
— И что дальше? — спросил я, все еще пытаясь разобраться в себе и в нем.
Кар глотнул вина.
— Ничего. Когда стало ясно, что это не ошибка, я решил еще раз все проверить. Заодно попросил Тариса отправить запрос во все провинции на предмет того, не появлялся ли там кто-то с похожей внешностью. На Карраг мы, правда, не думали, потому что соваться сюда даже для тебя — самоубийство. Но когда один из наших людей дал знать, что в окрестностях Трайна видели огромного белого волка…
— Остальное было уже делом техники, — заключил я. — Все ясно. Почему же ты решил явиться сюда сам? Почему без свиты? Не проще ли было сразу отправить карателей? Или кто там у вас занимается поимкой беглых преступников?
Кар помолчал, как-то очень уж внимательно всматриваясь в мое раздосадованное лицо, а потом на удивление тихо осведомился:
— Что ты знаешь об обручальных кольцах первого императора?
— То, что рассказали Тизар и мастер Зен, — пожал плечами я.
— Значит, про эмоциональную связь они тебя просветили?
— Конечно.
— А про то, что она усиливается при надетом перстне, ты знаешь?
Я неохотно кивнул.
— Догадаться было несложно. Если даже простое касание тут же передавалось обоим… мне только не сказали, насколько эта связь могла окрепнуть, когда перстни были у нас в руках.
— Достаточно, чтобы я в тот же день доподлинно выяснил, кто еще участвовал в покушениях.
ЧТО?! ЧТО ОН СКАЗАЛ?!
— Ты… слышал?!
— Все до последнего слова, — бесстрастно подтвердил его величество, невольно заставив меня вспомнить пыточную графенка эль Нойри.
Тогда этот слащавый мудак разоткровенничался. Похвастаться ему, видите ли, захотелось. О будущем и прошлом поговорить. Там же он содрал с меня храмовый перстень, но, к сожалению для себя, сделал это слишком поздно. Если Кар и впрямь слышал все, что было произнесено в том подвале, вплоть до момента, когда графенок разорвал нашу связь…
Но, наверное, так даже лучше. Значит, герцог эль Соар уже вырвал эту заразу с корнем. Подельники графенка гарантированно мертвы. Так что перстенек оказался более чем кстати и сделал хотя бы одно нужное дело, прежде чем наши с Каром пути окончательно разошлись.
Жаль, правда, что Тизара от правды уберечь не удалось. Но с другой стороны — от Марса он давно отказался, поэтому вряд ли попал под статью. Император ведь не дурак? Не станет палить перед знатью родство с моральным уродом, у которого даже имени родового не было?
— Вот и хорошо, — выдохнул я, успокоившись по этому поводу окончательно. — Значит, еще одной проблемой меньше.
Кар на мгновение замер. Его лицо напряглось, уголки губ дрогнули почти в такой же горькой усмешке, как у меня недавно, но это быстро прошло. И всего через секунду передо мной стоял все тот же Карриан — невозмутимый, жесткий и несгибаемый.
— Что ж, спасибо и на этом, — неестественно ровно бросил он после долгой-предолгой паузы, после чего залпом допил вино и, поставив пустой бокал на поднос мимо пробегающего официанта, решительно двинулся прочь.