Шрифт:
Роковое предложение.
Вечером Павел подошел к матери, таинственно заглянул в глаза и показал синюю бархатную коробочку.
– Что это?
– удивилась Любовь Ивановна, хотя заранее предполагала ответ на свой вопрос.
– Сегодня твой сын станет самым счастливым, - поцеловав маму, ответил Павел. Он встал перед нею одно колено, взял её руку
– Через пару часов я попрошу руки любимой женщины. Ты одобряешь мой выбор?
– Вам уже по двадцать четыре года и вы ни разу не расставались. Всегда вместе, даже на одной парте сидели в школе. Давно пора определиться.
– И на одной скамейке в ВУЗе. Она посередине, я и Василий по обе стороны королевы.
– А как же Василий, он же так любит Веру, что даже скрыть этого не может?
– беспокоилась мама.
– Он должен смириться. Все когда-то и в чём-то проигрывают, но от этого не умирают.
– Всякое бывает.
– Ты хочешь напомнить мне Шекспира?
– Я просто думаю, как переживет эту новость твой друг, не станете ли вы после этого врагами. Такая дружба и вдруг испытание.
Павел подошел к трюмо, причесался, полюбовался на своё отражение - оно ему явно понравилось. Сильный. Уверенный. Спортивного типа фигурой.
– Физиономия вполне, - подмигнул он себе.
Глаза серые, взгляд волевой, правда чуть капризный, но об это не мешает ему быть любимцем женщин.
– К сожалению люди делятся на рабов и господ. К счастью, я принадлежу ко второй категории. А мой несчастный соперник, даже нельзя его так называть, скромен, неразговорчив, подчиняется чужой воле, не может быть любимчиком прекрасного пола. К тому же ему не повезло как мне с предками, он влачит серенькое существование и лучшее что он сделает в жизни - дослужится до майора в своем угрозыске. Не представляю Василия, вступающего в схватку с преступником.
– Люди иногда не сразу проявляют свои волевые качества, - возразила мама.
– Ты столько лет дружишь с ним и так отвратительно думаешь о своем друге.
– Он все эти годы был моим отражением, тенью, и только подчеркивал мои достоинства. Василий всегда проигрывал у женщин, они его не замечали.
– А тебе нужна была постоянная жертва необузданного эгоизма и сверхчувственного самолюбия, - разочарованно произнесла мама.
– Василий - преданный друг и так думать о нём грешно. Он единственный человек, кто бесконечно терпел, молча сносил твои не всегда любезные насмешки.
– У него примитивное представление о дружбе, потому как он объяснил мне, когда я его чем-то обидел, что не порывает дружбу со мной только потому, что хочет исправить мой характер, изменить отношение к жизни. Представляешь? Этот тюфяк - мой воспитатель. Да он просто влюблен в Веру и поэтому согласен был быть моим постоянным отражением, только бы находиться рядом с ней.
– Ясно, - сказала мама.
– Ты считаешь, что ваша дружба продолжалась лишь из-за его чувств к Вере?
– Мамочка, ты страдаешь скудостью представления о моём друге. Вера никогда бы не влюбилась в столь
– Я ухожу, - поцеловав мать, попрощался Павел.
– Завтра у тебя появится возможность хлопотать по свадебным вопросам.
– Передавай Верочке привет и скажи, что мы ждем её в гости.
Не чуя под собою ног, Павел выскочил на улицу, остановил такси, так как за рулем вряд ли можно будет ехать самому после столь торжественного момента.
Водитель попался молодой, весёлый и Павел поделился с ним радостным событием.
– Последний нынешний денёчек, гуляет Павел холостой, - пропел он.
– Значит груз на шею вешаешь?
– весело спросил таксист.
– Приятный груз, - ответил Павел.
– Невеста - картинка. Столько лет её обхаживаю. В одной школе учились и даже ВУЗ один и тот же закончили. Так что пора. И он, не утерпев, показал парню кольцо с бриллиантом.
– Ничего себе, - одуреет от такого подарка.
– Ни одна женщина против золота не устоит, - констатировал Павел свое жизненное кредо.
– Не всегда, - усомнился водитель.
Они быстро подъехали к ресторану.
– Удачи тебе, жених!
– крикнул ему вслед парень.
Павлу понравилось это слово, твёрдое, отражающее совершенное событие, не то, что расплывчатое - ухажёр, кем он был до сегодняшнего дня.
Павел вошел и увидел столик, им же заказанный сегодня. За столом сидел Василий. Веры пока не было.
– Здравствуй, дружище.
– Здравствуй, - как-то смущенно ответил Василий.
– Может быть он уже сам догадался и переживает, - подумал Павел, а вслух сказал: - Такова жизнь, кто-то сегодня станет счастливым, а кто-то огорчённый не будет спать.
– Ты что-то намерен делать?
– Конечно, не век же нам с тобою холостяками ходить.
– Ух, - вздохнул с облегчением Василий, - а я уже собирался...
Что он собирался так никто и не успел узнать, потому что Павел встал и пошел навстречу Вере.
Она вошла раскрасневшаяся, нежный румянец оттенял карие глаза и вишнёвые губы. Стройная, среднего роста, подвижная, она создавала образ изящного цветка, которым можно любоваться, но жалко сорвать с клумбы. Такие женщины обычно бывают добропорядочными жёнами и хорошими верными друзьями, несмотря на то что женской дружбе многие доверяют меньше, чем ветру в поле.
– Как мило, что мы собрались здесь, чтобы отметить...
– Чтобы отметить торжество, которое бывает один раз в жизни.
Павел полез в карман, чтобы достать обручальное кольцо, но Василий опередил его.
– Павел, ты хороший друг, мы с детства не расстаёмся с тобой, но случилось так, что я и Вера полюбили друг друга и решили пожениться. Тебя как первого, самого близкого друга приглашаю быть моим свидетелем на свадьбе.
– Извини, Паша, что не говорили раньше, как-то так случилось, что я не могу жить без Васеньки, - и она подарила самый нежный взгляд его счастливому сопернику.