Манускрипт
Шрифт:
— Ясно, — кивнул я со вздохом. — Ладно, оставим эти разговоры, в конце концов я пришёл к тебе по делу. Ты как относишься к идее открытия Второго фронта?
После этого я изложил суть вопроса, предложив Кэрол подписать контракт на 10 тысяч долларов ради одного-двух съёмочных дней для агитационного ролика.
— Знаешь что, — протянула задумчиво она, когда я закончил. — Знаешь что, Фил, я соглашусь.
— Отлично! Контракт можем подписать уже сегодня…
— Да не нужно, я снимусь бесплатно.
— В смысле?
— Что в смысле? По старой дружбе я готова сняться
— Ну да, но…
— Профсоюзы ерепениться не будут, не переживай. А денег мне и так хватает.
— Что ж, немного удивлён, но спасибо тебе.
Она накрыла своей ладонью мою, отчего меня словно бы пронзил лёгкий разряд электричества, улыбнулась и встала, давая понять, что разговор окончен. Ух, ну и хороша же эта стерва! Неудивительно, что Гейбл запал на неё. Ну ничего, моя Варя по-своему даже ещё лучше. Нам ни к чему Снежные королевы, нас и Варвара-краса устроит. Тем более что через связного я получил информацию — Варя в Москве, жива и здорова. Насчёт переброски её в Штаты пока ничего неизвестно, но уже и это как следует меня подбодрило.
А вот последствия ограбления храма росли, как снежный ком. Волна протестов против англичан охватила всю Британскую Индию, включая территорию будущего Пакистана. К бунтующим буддистам примкнули даже представители других вероисповеданий. В итоге всё это вылилось в широкомасштабное восстание, и, как я понял из сводок новостей, англичане попросту не имели достаточного количества войск, чтобы усмирить ещё вчера покладистых и миролюбивых индусов. Полуостров полыхал, и неизвестно, чем там вообще дело закончится.
Ближе к своему дню рождения я решился-таки позвонить Герберту Кларку Гуверу. С той самой встречи в саду я вспоминал его слова насчёт финансовой поддержки Стэндфордского университета. Ну а что, сотня-другая тысяч долларов погоды для меня не сделают, особенно после того, как мы запустим нашу медиасеть в Канаде. А бонусы с благотворительности и впрямь, наверное, можно получить. Вряд ли экс-президент Гувер бросает слова на ветер. И ещё у меня мелькнула мысль, не пригласить ли после войны на обучение в Стэнфорд перспективных советских студентов? Не все же имеют возможность учиться в МГУ и других столичных вузах, а ведь сколько способных ребят пропадают в провинциальных городках. Глядишь, под этим соусом и разведсеть увеличится… Хотя это меня куда-то не туда понесло. Вряд ли в Штатах будут ждать русских с распростёртыми объятиями, особенно учитывая грядущую «холодную войну». Если она, конечно, случится в этой ветке реальности. А вот почему бы не пригласить на учёбу просоветски настроенных студентов из капиталистических стран? С дипломом престижного американского ВУЗа они смогут сделать хорошую карьеру в своих странах и со временем занять ключевые посты. Этакая бомба замедленного действия.
А может, и в Вегасе затеять свой университет? Хм, мысль очень занятная. Если со Штатами после войны отношения у СССР не испортятся, почему бы не назвать его Русский университет и не приглашать на обучение как советскую молодёжь, так и потомков русских эмигрантов? Заодно можно подтянуть культурно-близких балканских
Пожалуй, идею стоит обдумать, а пока для начала озаботимся собственными перспективами, и благотворительность в этом случае — не самый плохой вариант заработать себе доброе имя в ещё не совсем загнившем мире капитализма.
Опять же, если я стану вхож в высший свет, то смогу сыпать рицином направо и налево. Кто там считался после войны врагом СССР? Гарри Трумен, Джо Маккарти, братцы Джон и Аллен Даллес? Наверняка найдётся ещё с десяток имён, достойных того, чтобы их жизнь чуть укоротилась. Но это дело точно не ближайшего будущего, тем более что пока эти имена в прессе если и мелькали, то крайне редко. Возможно, мне удастся параллельно с ними войти в силу и стать на одну ступень.
В итоге через неделю я сидел в кабинете ректора Стэнфордского университета Чарльза Бэрроуза, с которым мы обговорили условия нашей сделки. Пришли к выводу, что именная стипендия будет неплохим вариантом.
— Мы, конечно, не «Большая восьмёрка», но наши выпускники давно уже заявили о себе, а новых гениев со временем будет ещё больше, — уверял меня ректор. — И чтобы их поддержать, дать толчок к новым свершениям, материальная помощь пришлась бы кстати. У студентов точных наук и технических специальностей спонсоров хватает, а вот гуманитарии оказались на обочине. 5 тысяч долларов лучшим студентам-гуманитариям по итогам каждого семестра вас не сильно вас разорит?
— 5 тысяч? Да без проблем. А много их, потенциальных стипендиатов?
— Семь факультетов. 35 тысяч за семестр для бизнесмена такого уровня, как вы, уверен, не сильно скажется на вашем благосостоянии. А вот доброе имя вы себе заработаете.
— Я рассчитывал сделать вложения побольше. Может, вам ещё на что-нибудь нужны деньги?
Выяснилось, что деньги нужны всегда. Тем более что учебному заведению, расположившемуся в полусотне миль южнее Сан-Франциско, требовалось новое оборудование для физической лаборатории. Составив список необходимого, мы ударили по рукам, после чего Бэрроуз устроил мне экскурсию по университету, знакомя с его инфраструктурой. Мы не заходили в аудитории, где шли занятия, зато побывали в двух столовых — для студентов и преподавателей, в бассейне, осмотрели спортивные объекты и музеи разных наук. На всё про всё ушло больше двух часов. Так что к концу экскурсии я выглядел слега уставшим, а вот ректор продолжать вырабатывать просто-таки бесконечную энергию.
— Скажите, мистер Бэрроуз, а индуистику у вас кто-нибудь преподаёт? — спросил я его, когда мы вернулись в кабинет.
— У нас есть направление по Азии, и там преподаёт в частности профессор Алан Рикман. Он много лет прожил в Британской Индии, и мог бы быть вам полезен. А, кстати, почему вы спросили? — запоздало поинтересовался ректор.
— Я тоже бывал когда-то в Британской Индии, приобрёл там в лавке древностей одну книжицу, но вот перевести её не получается.
— Тогда вам точно к нему. Мистер Рикман, правда, человек… хм, скажем так, весьма оригинальный, но, быть может, вы с ним столкуетесь.