Мануэла
Шрифт:
Они решили продолжить беседу в более удобном месте, чем площадка для занятий верховой ездой. Эмилио переоделся — как у постоянного члена клуба, у него был свой шкаф. Молодые люди отправились в небольшой уютный ресторанчик неподалеку от клуба и заказали себе спиртного и кофе.
— Я ведь тебе не сказал, что Исабель моя невеста, ты неправильно меня понял. — Эмилио нравился этот Фернандо, и он не видел ничего плохого в том, что немного откровенничал с ним. Тем более что Исабель очаровала и Фернандо. Это их делало и друзьями
— Объясни мне, — попросил его Фернандо.
— Понимаешь, — начал Эмилио, — это не так все просто и в двух словах не объяснишь.
— Ничего, мне спешить некуда, — успокоил его Фернандо и заказал еще по стаканчику спиртного.
— Она очень долго училась в Калифорнии, — продолжал Эмилио, — и поэтому наши отношения возобновлялись лишь во время ее каникул, когда она приезжала домой. А времени на меня у нее всегда не хватало. В Буэнос-Айресе у нее на первом месте проблемы с матерью, дом и прочее.
— Но, думаю, — предположил Фернандо, — ей известно о твоих чувствах?
— Не знаю, — пожал плечами Эмилио. — Вполне возможно, а может быть, и нет. Прошло столько времени с тех пор, как мы встречались в последний раз. А сейчас опять не слишком удачное время для выяснения отношений. Эта болезнь ее матери, сеньоры Герреро. Если вдруг ее не станет, Исабель придется решать совсем другие проблемы.
— А какого рода проблемы могут возникнуть у Исабель? — полюбопытствовал Фернандо. — Ведь рано или поздно все родители покидают своих детей.
— Ну, во-первых, Исабель останется совсем одна, — начал рассуждать Эмилио. — Ведь у нее, кроме матери, нет близких родственников. Лишь дальняя родня во Франции. Какие-то двоюродные братья или что-то в этом роде.
— М-да… — Для Фернандо это были действительно новые сведения об Исабель.
— С другой стороны, — продолжал Эмилио, — я поинтересовался финансовым положением мадам Герреро. — Он помолчал. — Увы, они тоже не блестящи.
— Невероятно, — невесело улыбнулся Фернандо. — Финансовые проблемы и многое другое, о чем не подозревает Исабель, но что может обрушиться на нее в скором будущем, обсуждаем мы с тобой, а не она.
— Могу сказать тебе, что ее отец когда-то оставил довольно большое состояние, но сеньора Герреро не смогла распорядиться им как следует, — Эмилио продолжал откровенничать. Может быть, потому, что это было необходимо в первую очередь ему самому, а не Фернандо. — Путешествия в Европу, многочисленная прислуга, обучение в лучшем закрытом колледже Калифорнии. Иными словами, жили на широкую ногу, далеко не по тем средствам, которые у них оставались.
— А как ты думаешь, — спросил задумчиво Фернандо, — Исабель догадывается об этих затруднениях?
— Почти наверняка могу тебе сказать, — подумав, ответил Эмилио, — что Исабель ничего об этом
— Да, — кивнул Фернандо, сложив на груди руки. — Но есть еще одно, что я хотел бы узнать.
— И что же? — Эмилио не отвел своего взгляда.
— Адрес Исабель, — улыбнулся Фернандо. — Я до сих пор так и не узнал, где она живет.
— Думаю, что во время этой долгой беседы… — начал Эмилио, затем остановился и уточнил: — Во время этого долгого допроса ты от меня кое-что утаил, тогда как я с тобой был откровенен.
— Что именно? — удивился Фернандо.
— В связи с чем возник твой большой интерес к Исабель?
— Я мог бы тебе сказать, что речь идет о возможной крупной торговой сделке между семьей Герреро и моей фирмой, — ответил Фернандо.
— В это не поверит даже грудной младенец! — воскликнул Эмилио.
— Поэтому-то я и не говорю тебе этого, — закончил мысль Фернандо. — Я мог бы тебе сказать, что Исабель, когда летела со мной в самолете, забыла там шарфик, и я хотел бы вернуть его ей. — И он опять замолчал, ожидая, какая последует реакция со стороны Эмилио.
— Исабель никогда не носила шарфиков, — не заставил себя ждать с ответом Эмилио.
— Именно потому я не говорю тебе и этого. И раз ты был откровенен со мной, я хочу отплатить тебе тем же. — Он прямо посмотрел в глаза Эмилио. — Исабель мне нравится, очень нравится. И я хотел бы знать о ней все. И еще, — добавил он, — я очень хочу, чтобы она стала как можно скорее моей невестой.
Тереза словно с ума сошла с новым своим возлюбленным, итальянцем Марчелло, очень красивым молодым человеком, немного моложе самой Терезы. Она забыла с ним все правила приличного поведения в общественных местах и скорее напоминала пятнадцатилетнюю девчонку, чем женщину тридцати лет, имевшую уже не одного официального мужа.
Они бродили с Марчелло по городским улочкам, заходили в маленькие кафе выпить чашку кофе, целовались при всех на улицах, если им этого хотелось, а хотелось им этого каждые пять минут. Порой Тереза снимала свои туфли на высоком каблуке и бегала босиком по газонам.
Она и думать забыла о «мерседесе», который хотел забрать у нее бывший муж Орландо, да и о нем самом тоже забыла. Наконец усталые, но счастливые, голодные, они решили остановиться в небольшом кафе и перекусить. Столики этого кафе располагались под открытым небом на площадке, огороженной изящной решеткой. Кафе пряталось от солнечных лучей в тени больших деревьев. Под их густыми кронами было прохладно и уютно.
— Спасибо, — поблагодарила Тереза своего кавалера, когда тот помог ей сесть за стол. Она вела себя жеманно, продолжая игру в юную девочку.