Манкая

Шубникова Лариса

Юлька только головой помотала. Соседки переглянулись.

— Сказал, что уходит от тебя? — снова отрицательное мотание Юлькиной головы.

— Ты его бросила? — вопрос Дора задала, а сама дыхание затаила.

— Я не знаю….! — и Юлька упала на подушку.

Три дамы переглянулись снова и помолчали немного. Могли бы и много, но Фира, неугомонная сестричка, не смогла удержать в себе любопытного чёрта.

— Деточка, что произошло? Нет, мы не настаиваем на ответе, но волнуемся. С тобой плохо, дурно, а мы не знаем, что

случилось.

Юлька утерла слезы, вздохнула и выложила соседкам все, как на духу! Забавно, что по ходу повествования их лица веселели и становились все довольнее и довольнее. В конце Ирина даже улыбнулась, чем и удивила Юлю.

— Ириночка Леонидовна, почему Вы смеетесь? Надо мной, да? Пожалуй, следует плакать! Я такая…такая… — Юля обессилено замолчала и уставилась в потолок.

— Аминь! — Дора перекрестилась! — Фирочка, завтра пойдем в церковь и свечки поставим! Купим самые большие!

— Наконец — то! — выдала Светочка.

И все это заставило Юльку изумиться! Как так — то? Она ведь мужу изменила…ну, почти, а они радуются и чему, спрашивается?

— Вот что, пойдемте — ка — Света подняла упирающихся сестричек Собакевич и стала подталкивать к выходу, — Юль, отдыхай.

Кивнула Ирине и все трое ушли. Правда, в холле был еще какое — то время слышен недовольный бубнёж сестричек. Но, вот дверь захлопнулась и Юля уставилась на Ирэн.

— Что? Я тоже поставлю свечку!

— Я ничего не понимаю… Ириночка Леонидовна…

— А что тут понимать? Праздновать надо! Наконец — то у тебя раскрылись глаза на мужа и симпатичного соседа. Юль, детка, то, что Митя в тебя влюблен давно уже ни для кого не секрет. Но вот ты удивила меня и обрадовала!

— В каком смысле давно? Я ничего такого не замечала…

— Ты бы и слона у себя на кухне не увидела. Все Кирочка застил!

— Ирина Леонидовна… Кира мой муж! Ну, как Вы..

— Как, как? А вот так! И я очень надеюсь, что в скором времени Кира не будет твоим мужем. Если ты его простишь, знай, я тебя не прощу. Расплюемся навсегда, как говорится!

Юлька помолчала, а потом задала вопрос, который простым не был ни разу!

— Тётя Ира…я как моя мама, да?

Симпатичная Наталья Аленникова, мама Юленьки, сбежала когда — то давно в любовником. Мало кто знал, что у них не сложилось, и Наташа, опомнившись, попыталась вернуться за дочерью. Брошенный муж, папа Юли, подключил все свои связи и пошел на всё, чтобы лишить ее родительских прав и наложить запрет на встречи с дочкой. Такова была месть обманутого мужчины. Наталья бродила вокруг дома, но встретиться с дочкой так и не получилось. Вот одним морозным вечером, Наташа возвращалась от дома дочери и угодила под трамвай. Юле ничего не рассказали, потому и осталась наша москвичка в твердой уверенности, что мама ее не любила и бросила. По факту, любила, но так же по факту и бросила.

Ирина не стала выворачивать и перетряхивать прошлое, потому

и смолчала о матери, но сказала следующее.

— Именно так. Как мама. Она тоже долгонько терпела характер твоего отца. О мёртвых не принято говорить дурно, но знаешь, Витя тот еще был…диктатор. Да, она захотела свободы, счастья, любви и упорхнула. Как и ты. Но, одно я знаю наверняка, будь у тебя дитя, бежала бы ты с ним. И сидели бы тут у меня вы двое, или трое. Как Бог бы дал. Не суди, Юлька, маму. Ты понятия не имеешь, что ей пришлось испытать и пережить. Так просто ничего не случается. И вот еще что, любой, кто знает тебя хотя бы немного, вскользь, никогда не скажет о тебе тех слов, которые ты услышала нынче от мужа. Если ты мне веришь, хотя бы немного, ты перестанешь думать о себе дурно.

— Ириночка Леонидовна…я не могу. Митя… Как он обо мне думать будет? Сочтет меня неверной женщиной. Как мне дальше — то быть?

— Вот чудо ты, Юленька! Можно подумать ты сама с собой вчера обнималась! Он, между прочим, тоже знал, что ты замужем! Так что, виноваты поровну. Митька весь телефон оборвал тебе. Я, уж прости, ответила и сказала, что ты у меня. Он крутился на лестнице долго. Потом ушел. Ты напиши ему, что с тобой все в порядке, а то он дверь выломает, — Джеки засмеялась и всучила аппарат Юльке.

Москвичка наша долго смотрела на дисплей, не решаясь писать к Мите. Потом, вздохнула и …

Юля:

«Митя, со мной все хорошо. Я побуду у Ирины Леонидовны»

Митя:

«С тобой все в порядке? Я могу тебя увидеть?»

Юля:

«Я в порядке, не надо волноваться. А как ты?»

Митя:

«Я могу тебя увидеть, Юль?»

Юля:

«Не сегодня. Ты только не сердись. Правда, все хорошо»

Митя:

«Плакала?»

Юля:

«Нет, что ты! У тебя все хорошо?»

Митя:

«Плохо! Дай мне пять минут!»

И тут же звонок от Мити!

— Он тебя ударил? — такого голоса Юлька еще не слышала у Мити, — Пять минут не дашь, дай хотя бы три!

— Что ты? Нет! Я сейчас выйду, Мить, — Ирина деликатно покинула гостиную.

Юлька заметалась! Сначала в ванную, потом причесаться и заглянуть в зеркало. Глаза красные, точно. Что делать? Глазные капли помогли сразу! Ну и помчалась на лестницу. Дверь открыла, а Митя уже там. Бродит туда-сюда.

— Я здесь, — ей показалось или Митька подлетел?

— Что случилось? Почему ты у Ирины? — а руки его, теплые и сильные уже обхватили Юлькины плечи.

Митька вглядывался в ее лицо, отмечая буквально все. Вот печальный изгиб бровей, вот грустная складочка возле губ.

— Я говорила с Кириллом. Ну, в смысле, я спросила, где он был и… — Митя понятливо кивнул.

— Ты не вернешься туда? — Юля задумалась, а Митька сдвинул брови, — Только не говори мне, что простишь ему.

— Митя, пожалуйста, дай мне время. Я так не могу…Я вообще никак не могу!