Шрифт:
ГЛАВА 10
Уважаемые партнеры!
Извещаем вас, что в связи с условиями Дополнительного Соглашения от 01.12.2002 года к Договору купли-продажи от 01. 09. 2002 года для выполнения взятого вами на себя объема продаж в 1600000 рублей (один миллион шестьсот тысяч рублей 00 копеек), вам необходимо внести в кассу ООО «Люксхим» до 31.12.2003 года денежные средства в раз-мере 256037руб. 48коп. (двести пятьдесят шесть тысяч тридцать семь рублей 48 копеек).
С уважением, директор ООО «Люксхим»
Я
– Это же дебилизм какой-то! – уставился я на сидящего рядом на домашнем диване отца. – Они что, идиоты!? Зачем такое нам присылать!?
– Мда, – выдал отец и уставился сквозь очки на протянутый ему лист.
– Не, я понимаю, что они не хотят нам выплачивать эти пять процентов с оборота! – развел я руки в стороны. – Но я этого не понимаю!
Отец подогнул одну ногу под другую и принялся чесать рукой кончик носа.
– Естественно, не хотят нам выплачивать, – уставился он на меня поверх очков.
– Да я понимаю, что не хотят! Но так не делается! Это вообще кидок какой-то! Они же прекрасно знают, что мы не выполнили объем продаж только потому, что были сняты у них с производства несколько наименований товара! Ну! А мы тут причем!?
Отец молчал.
– А если б они еще и синьку сняли с производства!? И чем бы мы торговали!? Да мы вообще бы не выполнили и половины продаж! – меня понесло, я заходил нервно по комнате, не в силах успокоиться, внутри все кипело. – Я так понимаю, они и не собира-лись что ли платить нам эти проценты в любом случае!? Нашли бы повод, да!?
– Выходит, что так, – отец отложил в сторону лист и снял очки.
– Зашибись! Нашли дураков, значит!? Типа, пообещали нам премию, а мы такие по-верили, весь год жопу рвали, а в конце года – на, такая телега от них, да!? – Я замолк, вы-говорился, меня мелко трясло. – Вот суки! И Эдик этот и Асланбек, оба козлы!
– Мда, – отец медленно и устало провел ладонями по лицу, думал.
– Надо будет нам что-нибудь придумать! – начал я остывать, мозги заработали на решение ситуации. – Нельзя так это оставлять, а то раз пропустим, сядут на шею. А там придется или терпеть все или бросать работу с ними, а бросать нежелательно, только то-вар раскрутили! Вот, блин. Пойду, чаю налью.
Через пару минут я вернулся с кружкой чая и почти спокойный.
– Это нельзя так оставлять, но надо и без наездов, нормально им отписать, что не смогли выполнить план продаж по причинам снятия с производства ими всех этих пози-ций и посмотреть на их реакцию, – предложил я, отхлебнул из кружки. – Я так думаю.
– Да, это лучше всего, надо будет подсчитать примерно, какой объём мы недопо-лучили по продажам из-за снятия всех этих позиций с производства, – согласился отец. – И напомнить им, что продажи-то планировались с учетом начала производства в мае
– Точно, блин! Чуть не забыл про это! – кивнул я. – Надо будет все посчитать, от-правим им бумагу официальную и посмотрим тогда.
Следующим вечером отец протянул мне лист, мелко исписанный цифрами.
– И что получается? – я взял лист и тут же взглядом нашел конечную цифру.
– Вот, – отец ткнул в нее ручкой. – Миллион шестьсот семьдесят примерно, и это без обещанных новых товаров, только при наличии снятых с производства.
– Значит, мы бы все-таки выполнили их условие, – сказал я.
– Да, выполнили бы точно, – произнес отец.
– Надо им отправить эти расклады, – я вернул бумагу отцу. – Давай, ты напишешь от руки все как надо, а я наберу на компьютере, распечатаю, поставим печать, чтоб все было официально и с утра отправим факсом им, да?
К утру документ был готов. В нем мы сообщали руководству «Люксхима» о том, что считаем снятие с производства после подписания Дополнительного Соглашения нес-кольких важных позиций форс-мажорными обстоятельствами, что данные обстоятельства помешали нам выполнить взятые на себя обязательства по объемам продаж за 2003 год, и что мы считаем справедливым выплату нам премиальных в размере пяти процентов от фактических объемов продаж.
Отправив бумагу по факсу, мы уехали работать. Только выехали на Окружную, как раздался звонок. Звонила секретарша «Люксхима». Мы остановились на обочине, отец заглушил двигатель и взял из моих рук мобильник.
– Ну, чё там!? – сказал я нетерпеливо, едва разговор закончился. – Что она сказала?
Отец закурил, приоткрыл окно и жадно затянулся.
– Сказала, что Асланбек с Эдиком отсутствуют, уехали в командировку, как прие-дут, она обещалась им передать наше письмо, – произнес отец.
– Ладно, фиг с ними, – отмахнулся я нервно. – Поехали на склад, нам работать надо.
Через двадцать минут мы были на месте, начали погрузку.
– Нам надо точно определиться с дальнейшими действиями, – начал я. – Если они согласятся, это понятно, все нормально. Но я в это не верю. Точно откажут. Нам поэтому нужно решить, как мы поступим, когда они откажут. Ты тоже думаешь, что они откажут?
– Ну конечно откажут! Зачем им просто так, за здорово живешь отдавать нам день-ги? – отец смотрел на меня недоуменно, стоя посреди склада.
– И что тогда? Это бред какой-то! Они же понимают, что это автоматически разрыв отношений!? Или нет? – я взял две упаковки «Ерша» и понес их в кузов «газели».
– А почему они должны так думать? – понес отец товар следом. – Нам ведь надо на что-то жить. Они это тоже понимают.
– Ты хочешь сказать, что они думают, что мы это проглотим!? – поставил упаковки я в кузов и пошел за следующими.
– Ну почему проглотим? Формально они правы, мы не выполнили же условия сог-лашения, не продали товара на миллион шестьсот, – отец поставил свою ношу в кузов ма-шины. – Вот и все!