Мама на семь лет
Шрифт:
Мое сердце кровоточит, душа рвется на лоскуты, а щеки обильно краснеют.
Андрей читает в интернете, что мои таблетки не от боли. Это противозачаточные. И понимает, что я лгала ему. Долго, умышленно. Господи!
Я наблюдаю за тем, как сереет его лицо. Каменеет. В воздухе витает разочарование. Оно горчит на языке, впитывается в мою кожу, отравляя кровь в венах.
Он больше никогда не сможет мне доверять. Всё кончено. Я не оправдаюсь.
И одному богу известно, что он со мной сделает!
Я смотрю на него. Тянусь и обнимаю за
Мне вдруг становится всё равно, что со мной будет. Самое страшное уже случилось — он во мне разочаровался. У меня больше нет времени, чтобы растопить его сердце. Нет шансов, построить настоящую семью! Всё кончено.
– Может быть, проложим вечер в кальянной?
– весело спрашивает друг Дымова, который как раз усаживается за стол.
– Наверное, не получится, - начинаю я.
– Да, едем, - резко отвечает Андрей.
Я смотрю на него и киваю, не представляя, что в голове у этого человека.
В кальянную мы едем в такси на заднем сиденье. Друзья Андрея взяли другую машину, поэтому мы наедине. Практически, если не считать водителя. Андрей молчит, хмурится, смотрит в окно.
– Может, нам лучше поехать в гостиницу и поговорить?
– Нет.
– Тогда, может, поговорим сейчас?
– Я не хочу.
– Андрей, мне жаль. Пожалуйста, позволь мне оправдаться.
– Нет.
Я обессиленно опускаю голову и закрываю глаза. Сердце стучит в ушах. Мне никогда не было так горько. Никогда в жизни!
В кальянной Андрей много выпивает и громко смеется. Я раньше не видела его пьяным, и мне становится не по себе. Почему-то кажется, что ему тоже плохо. И больно. Что он не готов со мной расставаться, что он страдает... Но иного выхода не видит сам.
А может, это просто моя больная фантазия. И мне хочется, чтобы жесткий, потрясающий, идеальный бизнесмен Андрей Дымов влюбился в меня.
– Расскажите, как вы познакомились?
– расспрашивает у меня жена его друга.
– Андрей так редко появляется с кем-то на людях, мне не терпелось увидеть тебя вживую, Юля!
– Я пришла устраиваться на работу в его фирму, - говорю честно.
– А потом... я попала в беду, и он помог мне. Очень сильно. Я всегда буду ему благодарной.
– Андрей щедрый, это правда. Ты знаешь, что у него есть благотворительный фонд?
– Нет.
– Андрей много делает для детей. И мы всегда с Сергеем шутим, что ему давно пора завести своих собственных! Хватит уже помогать чужим! Но Андрею всё время некогда. Надеемся, ты сумеешь его переубедить. Андрей будет потрясающим отцом.
– И я надеюсь, - вздыхаю.
Домой мы едем уже совсем поздно. Заходим в номер, разбредаемся по ванным комнатам.
– Завтра поговорим, - бросает Дымов через несколько минут, когда мы вновь встречаемся в спальне.
Он укладывается в кровать и отворачивается. Я занимаю место рядом.
В комнате гаснет свет.
Наша постель, которая все эти дни была самым
В какой-то момент я не выдерживаю. Поворачиваюсь и придвигаюсь к Андрею. А затем, набравшись смелости, крепко обнимаю его и целую между лопаток. Много-много раз.
Давая понять, что он дорог мне. И что я леденею без его объятий.
Андрей напрягается. Я понимаю, что либо оттолкнет, либо обнимет. Сердце колотится на разрыв в ожидании реакции.
Глава 21
Дымов долго не шевелится, и когда мне кажется, что он уснул, поворачивается и впивается в мои губы. В его действиях нет былой нежности, только желание обладать, брать и наказывать. Андрей грубо ласкает, жжёт темнотой своих глаз, двигается во мне мощно и сокрушительно. Пусть накажет, я осознала ошибку и больше не буду пить таблетки. Только бы между нами все было как прежде.
Мы засыпаем изможденные, я испита до дна силой и жаждой Дымова. Просыпаюсь оттого, что кто-то трогает меня за плечо. Фокусирую глаза на Андрее, замечая, что он выглядит свежим и отдохнувшим, но глаза неживые. На робота похож. Скользит по мне беглым взглядом, застегивая на запястье часы.
– У тебя самолет через двадцать минут. Собирайся.
Меня царапает от его холодного и замкнутого вида. Он швыряет в меня блистером с противозачаточными таблетками.
– Выпей. Я передумал. Детей от тебя не хочу. Контракт расторгнут.
Я вмиг просыпаюсь от его слов. Ведь ночью мы... Нет. Не может этого быть, что он ставит точку в наших отношениях. Не верю.
Андрей выходит из комнаты и возвращается со стаканом воды и кивает на таблетки.
– При мне. А потом собирай вещи и пошла вон.
Ком подступает к горлу, пальцы начинают дрожать. Кажется, что я попала в плохой сон.
– Андрей, я сильно раскаиваюсь за свою ложь. Я испугалась. Я... Прости.
– Ты, Юля, жалкая эгоистка, которая думает только о себе и своих чувствах. У нас было соглашение. Я оплатил все твои долги и лечение, накупил цацек и вывел в высшее общество. Если бы ты была умнее и дальновиднее, то семь лет - немаленький срок, а я бы никогда не отпустил преданную и влюбленную в себя женщину, к которой испытываю влечение. Логические цепочки, видимо, не твое? Жаль за твой выбор. Мало быть просто человеком, нужно развивать в себе человеческие качества. Ненавижу лицемерие и ложь.
Эти слова жалят. Мне больно. Внутри горит. Невозможно сделать вдох.
– Прости. Я...
– Таблетки Юля, - обрывает Дымов.
– И на этом попрощаемся.
Наверное я сильно ошарашена происходящим. Не верила в такой исход. Да даже представить подобного не могла! Но разве так можно с людьми как Дымов? Да оступилась, а он вручил контракт на ребенка! И стоило мне чуть оступиться, как собирается вышвырнуть меня из своей жизни, будто я надоевшая вещь? Нашел изъян и в утиль?