Малышка

Сокол Яна

— С чего вдруг? Мы практически выросли вместе, — возмущается он.

— Я не буду повторять, — бросаю я изумленному другу, направляясь к столу.

— Она хорошая, — говорит он, садясь напротив, — не обижай ее.

— Тебя это не касается, — почему-то злюсь.

— Сав, я ее еще мелкой знал, она не твоего уровня девушка, — настаивает он. — Снаружи может показаться, что она сильная, иногда даже стервозная, но это только видимость, — качает он головой. — Повторяю, не обижай ее. Она мне как младшая сестра.

Это

серьезное заявление. Для детдомовских породниться с кем-то значит намного больше, чем для всех остальных. Значит быть верными друг другу до конца. Мне ли не знать.

— Я тебе понял, — киваю ему, и тот свободно выдыхает, доказывая мне, что действительно за нее заступится и пойдет даже против меня.

Мы поговорили о работе и прошедшем задании. Несмотря ни на что, мои мысли возвращались к тому, как подозрительно сияли глаза Киры, когда она уходила из столовой. Она явно что-то задумала. И это точно связано с компьютером, что находится в приемной Виктора. В нем нет ничего секретного. Тогда зачем?

Проходя мимо седьмого корпуса, вижу, как Малышка зло пинает камешек на пути и что-то сердито бормочет себе под нос, направляясь к себе. Она явно недовольна.

Не могу себя остановить и не позлить ее еще больше, а заодно и проверить свою догадку.

Встаю на углу, и, ожидаемо, она в меня на скорости врезается. Черт.

Это как разряд получить. Тот, кого током никогда не било, не поймет. Тебе больно и щекотно одновременно. От груди расходятся маленькие разряды, заставляя тело трепетать.

Хватаю ее за плечи, не столько, чтобы уберечь от падения, сколько желая продлить этот момент.

— Ох, — она поднимает голову и, встретившись со мной взглядом, тут же пытается вырваться.

— И откуда ты идешь такая злая? — отпускаю ее, давая мнимое чувство свободы.

Сделав пару шагов назад, как я и предполагал, она сразу выпускает свои шипы:

— Тебе какое дело? — возмущается, снова задирая свой острый подбородочек. Сжимаю кулаки, чтобы не последовать своему желанию и не заставить эти губки снова опухнуть от моих поцелуев. Член, и так готовый к действиям, от воспоминаний твердеет, еще больше доставляя неудобство.

— Малышка, мы это уже проходили, — усмехаюсь я, напоминая ей о нашем утреннем разговоре. И, судя по тому, как она отводит взгляд и прикусывает губу, я своего добился. — Ну так и где же ты гуляла?

— Майор, у вас, кажется, слишком много свободного времени, займите себя чем-нибудь, а меня оставьте в покое, — шипит Кира, пытаясь меня обогнуть.

— Я уже занят, — отвечаю я в ее уходящую спину. — Тобой, — добавляю и по тому, как напряглась ее тело, понимаю, что послание доставлено.

Что-то она мутит, не понятно пока что. Но я обязательно выясню.

Настроение улучшилось. С ней как на американских горках: то вниз, то вверх. Аж дух захватывает.

На

обеде она не появляется, и я поздно осознаю, что и Алекса нет.

Что-то темное поднимается внутри меня, разливается, опаляет, застилает глаза.

Они вместе? Я же предупредил.

Срываюсь с места. В комнате его нет, бегу к ней. У самой двери останавливаюсь. Упираюсь в деревянную поверхность лбом, пытаюсь взять себя в руки. Ни черта. Открываю, не постучав, и захожу, ожидая увидеться что угодно, но только не спящую Киру. Замираю. Прикрываю тихо дверь.

Меня как магнитом тянет к ней. И я прихожу в себя уже рядом с кроватью.

Малышка спит, подложив ладошку под щеку. Длинные ресницы трепещут, ей что-то снится.Мой взгляд скользит по ее телу. От тонкой шеи к закрытой от глаз уже знакомой мне футболкой груди. Сглатываю слюну. Она без белья. Под тканью заметны очертания ее сосков.

Сжимаю руки в кулаки, от желания нагнуться и вобрать один из них в рот, заставив отвердеть и выступить еще сильнее. К моему сожалению, остальное ее тело прикрыто и нет ни одного оголенного участка кожи, но это абсолютно не мешает моей фантазии, наоборот, позволяет додумать.

С тихим вздохом Кира поджимает ноги и пытается во сне свернуться в калачик. Кажется, ей холодно.

Наконец сбрасываю морок похоти и оглядываюсь. Видно, она не собиралась спать, наверное, просто прилегла. Нахожу в шкафу одело и накрываю ее.

Смотрю долго на ее лицо.

Что же в тебе такого, что меня так корежит?

Нет, без сомнения, она самая страстная крошка, что я видел, но только ли в этом дело?

Мою реакцию несколько минут назад только на предположение, что они с Алексом вместе, нормальной никак не назовешь.

Да и сцена в столовой, что это вообще такое было?

Впиваюсь взглядом в ее губы. Нужно поскорее ее трахнуть.

Но, вопреки своим мыслям и намерениям моего каменного члена, торчащего в ее сторону, поднимаюсь и иду на выход.

Нужно взять себя в руки. Отшпилить Малышку как следует и забыть. Точно. Так и сделаю.

До конца дня ее не видел. Надеюсь, она не заболела?

Узнал в столовой, что она одной из первых пришла на ужин. Надо думать, проголодалась, обед-то пропустила. И опять скрылась.

Где она?

Мои мысли, несмотря на то, что я был занят то парнями, то сообщениями из штаба, неизменно возвращались к ней.

Уже поздно ночью пришел в себя под ее окнами. Темно.

Она уже легла спать? После обеденного сна? Не может быть.

Компьютер. Вечером уходя, я и не вспомнил о том, что нужно что-то запирать. Быстро бегу в сторону офиса и не разочаровываюсь.

С маленьким фонариком в зубах Малышка ерзает под столом. Я знаю, что она там ищет. Я сам забрал кабель, чтобы компьютер невозможно было включить. Его-то Малышка и ищет.