Малышка для рокеров
Шрифт:
— Я… кхе-кхе… Я отшил Аллу… Послал ее к чертям…
У меня уже началась гипервентиляция легких и я, как могла, старалась сдержать этот порыв и выровнять свое дыхание. Холодные пальцы музыканта коснулись моих предплечий. Это был максимум, который он мог дать мне прямо сейчас. Я так хотела поколотить его, но во мне словно тоже не осталось сил…
— Ну и… ну и дурак! — сквозь слезы прикрикнула я. — Ты мог бы быть счастлив!
Тол закашлялся и снова тихо засмеялся, услышав мои слова.
— Нет. Ведь она не ты…
Каждое новое слово… Каждый его вздох… Будто ножом по моему телу… Я не могла… не могла
— Я ведь л…
Я не дала закончить ему эту фразу. Я знала, что он хочет сказать. То есть, я конечно же могла ошибиться, но в тот момент мне казалось, что я знаю все. Знаю, понимаю и чувствую. Но я не могла позволить ему сказать это. Просто не могла! Ради его же блага. Мне казалось, что я спасаю дорогого мне человека.
Вскинув голову, я чуть отодвинулась назад и снова опустила ее, прильнув своими губами к губам Тола. Резко, но мягко, чтобы не навредить ему. Не сейчас, мой хороший, не сейчас… Не говори этого, пожалуйста. Это просто разобьет твое сердце! Ты ведь такой хороший, просто еще сам не знаешь этого… Прости… Прости меня! Но я не знала, как еще закрыть тебе рот!
Застыв так на несколько мгновений, я отстранилась от Тола, слегка улыбнувшись, сделав над собой огромное усилие ради растяжения губ. Он тут же открыл глаза, словно в один миг ему стало куда легче. Словно с его плеч стащили камень.
— Ты пьян и тебе плохо… Просто поспи, пожалуйста, а потом мы со всем разберемся…
И этот удар в свое сердце я нанесла себе сама. Последний. Можно сказать добивающий. Глядя в его усталые, но такие блестящие глаза.
Глава 45. "Последняя песня"
Наверное Толу было очень плохо как морально, так и физически, а возможно наоборот — он почувствовал сильное облегчение от того, что я сейчас нахожусь рядом с ним, потому что он даже не стал сопротивляться. Послушно закрыв глаза, он попытался уснуть и вышло у него это очень легко. Я чувствовала, что спина моя сейчас переломится, потому что все это время я сидела, согнувшись над ним. Мне не к чему было прислониться и я боялась, что если пошевелюсь, то потревожу зыбкий сон солиста «ДНК».
Не знаю, сколько времени прошло, но я ушла лишь когда убедилась окончательно, что Салтыков уснул достаточно крепко. Стащив с кровати подушку, я придержала его голову, а затем положила ее на мягкий предмет. Везде расстилался ковер, так что за температуру пола я не переживала. Взяв с кровати одеяло, я накрыла им спящего на полу и даже нашла в себе силы слегка прибраться в его номере, конечно же забрав и выбросив все таблетки, после чего оставила на рецепции заказ на завтрак, потому что этот дурачок конечно же не позаботился об этом.
Убедившись, что все сделано, я отправилась… в наш с Эльманом номер. Я видела, что Антон написал мне с полсотни сообщений и звонил примерно столько же раз, но сейчас я не хотела читать все это и видеть хоть кого-то. Отправив Фениксу СМС-ку о том, что я сплю у себя, я просто завалилась на кровать. Как хорошо, что Волков был в соседней комнате и мы даже не пересеклись, потому что он тоже спал.
Некоторое время я думала обо всем, что случилось,
С утра меня разбудил беспокойный стук в дверь. Я глянула в проем соседней комнаты и увидела, что Эльман куда-то ушел. Устало застонав, я выползла из моего убежища и открыла дверь. На пороге стоял Антон с огромным букетом цветов. Я даже не успела ничего сообразить, как он обнял меня изо всех сил, слегка ударив букетом по спине.
— Господи! С тобой все в порядке! Как я рад! Прости меня, пожалуйста…
Тепло улыбнувшись, я обняла Антона в ответ, попятившись в номер, чтобы он вошел туда. Такими темпами наш роман мог раскрыться, но похоже Абрамов слишком испугался за меня, чтобы понять это.
Он опомнился и отпустил меня лишь после звука закрывшейся двери. Притупив взгляд, он отдал мне букет.
— Я сделал что-то не так…? — тихо спросил он.
Я внюхивалась в прекрасный аромат ирисов, но услышанное заставило меня остановиться.
— Что? Почему?
— Ты вчера не пришла… Не отвечала мне… Наверное я тебя очень обидел, поторопился… Я этого совсем не хотел, я…
Наклонившись вперед, я легко поцеловала Антона в губы и он тут же поднял взгляд, посмотрев на меня как влюбленный второклассник. Так мило…
— Вчера все было прошло замечательно… Я… я просто зашла сюда и случайно уснула, потому что очень устала…
Я не хотела рассказывать кому-либо про Тола. Думаю, он и сам не хотел бы этого. И мне опять пришлось соврать, хотя я очень это не любила.
Рассмеявшись, Антон приблизился ко мне и поцеловал меня еще раз.
— Ты меня очень напугала… Хорошо, что все закончилось так… Ладно, тебе ведь надо собираться. Я просто хотел убедиться, что все хорошо…
С этими словами Абрамов удалился, вновь оставив меня наедине с собой. Вскоре мне принесли завтрак и я все думала, стоит ли сходить к Толу и проверить его. Портье уверил меня, что завтрак господину Салтыкову доставили и он взял его. Значит уже проснулся и возможно чувствовал себя не так плохо. Но я боялась к нему идти… Боялась, потому что знала что из этого может выйти. И что виной всему я… На тот момент все прочие события как-то стерлись моей памяти.
После приема пищи сил у меня прибавилось. Я понимала, что это все равно случится, рано или поздно, и уж пусть лучше я буду контролировать этот процесс, чем он будет контролировать меня. Сходив в душ и приведя себя в порядок, я морально настроилась на тяжелую беседу и отправилась в номер Тола.
Он открыл не сразу и меня это обеспокоило, но оказалось, что он просто слушал музыку в наушниках. Выглядел он все так же паршиво, но теперь он хотя бы поспал сколько полагается, а значит путь к полному восстановлению уже начат.