"Малыш"
Шрифт:
Не успел я додумать эту мысль, как увидел их вместе, выходящих из ресторана. Ну, что такое?! Мне стоит выйти и вмешаться? Или это только усугубит ситуацию? Рита взяла за руку Женю и притянула к себе поближе. До тошноты предсказуемо… Немного наклонилась и, обнимая за талию, что-то зашептала на ушко, выводя пальцами круги на ее пояснице. Женя повела плечами и немного отстранилась. Еще минуты три улыбчивых бесед и махнув Рите ручкой, Женя двинулась ко мне. Выйти и открыть дверь. Но тело не слушалось. Рита задумчиво и плотоядно смотрела в спину моей
Женя с улыбкой запрыгнула на переднее сиденье и погрузилась в атмосферу моего психа. Конечно, сразу же почувствовав неладное, она уставилась на меня, внимательно изучая. Я боялся смотреть на нее, так как предъявить мне было нечего, а настрой был тяжелым. Молча, я смотрел прямо перед собой, сжимая руль, так как не хотел обидеть ее сейчас своими неконтролируемыми интонациями.
Положив пакет на заднее сиденье, она задумчиво спросила:
– Тебе понравилось то, что ты видел? – я сжал челюсти.
Она хочет Риту?! И что я буду делать с этим?
– Хочешь ее? – зло спросил я, и не выдержав пытки взглядом, отвернулся.
– Зорин. Правило номер один: я спрашиваю, ты отвечаешь как есть, без всяких зае*ов и встречных вопросов! – вцепившись мне в волосы и разворачивая к себе, прорычала она. – Я спросила, тебе понравилось то, что ты увидел?
– НЕТ! – глядя ей в глаза, рявкнул я.
– Это хорошо… – спокойно сказала она, отпуская меня, – этого я бы тебе дать не смогла.
Она не хочет ее! Твою мать, как же хорошо…
– Чего хотела Рита? – расслабился я.
– Я думаю, ты знаешь… Меня… Тебя… Желательно вместе... – усмехнувшись, подтвердила она мои догадки.
– Прости, – окончательно успокоившись, сказал я, понимая, что опять чуть не напортил все своей ревностью. – Просто помнишь тогда, у меня дома, ты поцеловала ее, и тебе понравилось ее присутствие…
Женя мечтательно заулыбалась.
– Она была специей, ты - основным блюдом. Но есть одни и те же специи ложками… Ммм – нет... Мне это не по вкусу!
Я облегченно рассмеялся, поражаясь этой метафоре.
– Люблю, когда ты такой легкий! – подхватила она мои хихиканья.
«Люблю»… по отношению ко мне… Что-то внутри заскулило, требуя открыть рот и обозначить ей свои чувства, но я затолкал это скулящее чувство подальше и просто...
– Готова? – ...имея в виду поездку.
Но ее сверкнувший взгляд выдал совершенно другую интерпретацию моего вопроса.
– Поехали, – шепнула она, облизывая
Улыбаясь и качая головой, я тронулся с места.
Планировал устроить небольшой пикничок на чудесной поляне, где мы иногда тусовались нашей компанией.
Всю дорогу мы болтали о всякой чепухе, аккуратно обходя темы, касающиеся наших отношений.
– Притормози... – попросила она, когда мы проезжали мимо ее домика.
– Зайдем домой.
И это прозвучало так, как будто мы живем вместе. Внутри все согрелось от этой перспективы. Я бы хотел… вернее, даже не так. Я плохо представляю, как теперь проводить какое-то время вдали от нее каждый день, и как расставаться вечером или утром, или… Теперь, когда я почувствовал ее рядом, мысль даже о краткосрочных дистанциях была невыносима.
Закинув в пакет воду из холодильника, пачку салфеток еще какие-то нужности, мы развернулись на выход, столкнувшись в проеме кухонной двери. Дыхание сбилось…
– Возьми купальник… - напомнил я, подхватывая ее за талию прикоснувшись своими губами к её.
– Мы на пляж? - мурлыкнула она, не отстраняясь.
– Нет, но… - начал терять я нить разговора.
– Там можно позагорать.
Мы шагнули в гостиную…
– Там будут люди?
Стена… губы… диван…
– Нет…
Я потянул ее на себя, вынуждая оседлать.
– Тогда, мне он не нужен! Хочу без ничего…
Хочу…
Она впилась мне в мочку уха, потянув полы рубахи в разные стороны.
– Ты мне все еще должен, Зорин, – замурлыкала она, – но ты такой непослушный и неконтролируемый, что я уже начинаю терять всякое терпение.
Выговаривая мне в очередной раз, она, тем не менее, прошлась своими пальчиками под ремнем.
– Малыш, я стараюсь… – расплылся и от ощущений, и от ее близости.
– Ай, ладно, старается он! – закатила она глаза. – Но я придумала, как сделать тебя паинькой…
Меня снесло волной возбуждением от ее слов, но, закрыв глаза, я перехватил ее руки. Мы и так охрененно угробили ее тело прошлой ночью.
– Не дразнись, вредная девочка! Сегодня нам нельзя… – прохрипел, умоляя.
– У тебя критические дни?! – вскинула она брови в притворном шоке.
– Вот язва! – возмутился я и, завалив на диван, прошелся пальцами по ее ребрам.