Мальтийское Эхо

Саврасов Игорь Фёдорович

– Сядьте здесь, Андрей Петрович, - сказала Мария Родиславовна повелительно. Его это задело, и он съязвил:

– Извините, Мария Родиславовна, а вы своих крепостных, - он указал на себя, - в городок погулять на пару часов выпускаете?

Анна Никитична вкатила одну, затем другую тележку с едой. Ужин легкий, кефирно-молочный, фрукты, овощи.

– Если вам, Андрей Петрович, нужно в храм, Дмитрий Платонович может вас отвезти к литургии, - взглянула неодобрительно на Андрея.

– Да нет, я просто водочки хотел прикупить, - соврал Андрей назло.

Пауза.

Бабушка время от времени

перебрасывалась с внучкой незначительными фразами хозяйственного плана, потом встала.

– Спасибо. Я пойду к себе. Спокойной ночи.

Ирина поцеловала бабушку, попрощалась и обернулась к Андрею, когда та вышла из гостиной. Девушке было явно неудобно за бабушку, но досталось преимущественно Андрею.

– У бабушки иногда к вечеру бывает дурное настроение, а чаще она после ужина просит меня поиграть на рояле. Ну, зачем вы про крепостных? И про водку?

– А что она так строга со мной: "Сядьте, Андрей, здесь". Ладно, завтра за завтраком буду искать с вашей бабушкой самый нежный контакт. И, в конце концов, меня тоже можно понять. Я только "соскочил" в отпуск после всех этих идиотских зачетов и экзаменов, и вдруг попал на вашу... "планету". Здешний уклад мне по душе, но не привычен, я же сейчас "отвязанный", почти свободный отпускник.

Они улыбнулись друг другу.

– Вам, Андрей Петрович, ваша работа не по душе?

– В образовании все без конца реформируют, историческую науку перекраивают. Людям моего поколения стало трудно работать, а молодежь в науку и преподавание не стремится.

– Не бойтесь перетасовать колоду жизни, может быть, ваши козыри ждут вас. И вообще, отнеситесь к положению "здесь и сейчас" с доверием, - она как будто заглянула ему в душу, - и еще: бабушка из средневекового рода Яромира, поэтому бывает и ярой и миролюбивой, - она снова улыбнулась.

Андрей вновь внимательно и с любопытством посмотрел на девушку. На ней была кремовая шифоновая блузка, заправленная в юбку из тонкой джинсовой ткани цвета "хаки", обута в туфельки, бежевые, на невысоком каблуке. Девушка заметила его взгляды, и, судя по тому, что он втянул живот, поняла, что оценка была выше удовлетворительной.

– Давайте прогуляемся, - весело предложила девушка.

Еще не было прохладно, но она накинула на плечи коротенький вязаный жакетик. Надела спортивные брючки и кроссовки.

– Вы готовы, Андрей Петрович?
– Она постучала в комнату мужчины.

У Андрея не было с собой такого разнообразного гардероба, да и вообще не было. Он лишь поменял брюки на треники, еще приличные, и туфли на кеды.

– Готов хоть на край света, - отозвался из-за двери.

– У нас в семье не любят фразу "край Света".

Пошли другой тропинкой, нежели днем. Снова вышли к берегу Волхова, но в этом месте обрывистому, крутому. С этой точки обзора река была иной, серой, тревожной, с мощным напором течения. И это замечательное, вечернее ленинградское небо, тоже серое, с чередованием рваных черных и оранжевых пятен, пятен истории Петрограда.

"Да, - подумал Андрей, - понятно, почему на Ростральных колоннах одна из символических рек - Волхов. Струи, как гривы и бороды древних волхвов".

Андрей с обрыва посмотрел вниз. Гряда огромных валунов, как будто утоляющий жажду

сказочный дракон, уходила в воду. Оттого и волнение в реке. Он не успел и рта открыть, как девушка, совершив какой-то невероятный слалом, оказалась на узкой полоске песка у реки.

– Я, Ирина, дорог вашей бабушке своим Назначением, и не могу рисковать.

Мужчина осторожно, держась руками за что попало, позорно сползал с обрыва. Руки у него сильные, в отличие от ног.

Прогулка заняла примерно час, после чего девушка сказала:

– Нужно возвращаться, я должна заглянуть к бабушке. В десять она ложится спать, а сейчас уже без четверти.

– Не забудьте надеть красную шапочку, взять пирожков и спросить, почему у нее такие острые зубки, - сострил Андрей.

– Я оценила ваше остроумие, Андрей Петрович. Только вот про зубки - лишнее. Она добрая, просто сегодня день был непростой, она вас совсем не знает и... Наши семейные секреты раньше не открывали.

Зашли в дом.

– Спокойной ночи, - попрощалась девушка.

– Добрых снов, - протянул Андрей.

– Если завтра, - улыбнулась, - вы с бабулей не поцапаетесь, мы втроем после ужина посидим в гостиной или в библиотеке, я могу поиграть на рояле, а можем поиграть в лото или карты, бабушка научит вас гадать и раскладывать пасьянс. Если у нее будет хорошее расположение духа, она покажет вам семейные альбомы (старинные, жуть). А какая она рассказчица! Еще у нас есть старинные гравюры, карты, описания походов русских мореплавателей.

– Спокойной ночи, Ирина!

– Я вам на стол поставила дядин парусник. Смотрите на него, мечтайте о дальних странах.

– Тогда мне приснятся детские сны.

– Вот и прекрасно.

Первый день в этом заповеднике "тайн" действительно был им чересчур насыщенным, и в надежде, что никто из призраков, полагающихся в приличном старинном доме, его не потревожит, он сладко отдался Морфею.

– 5-

Проснулся Андрей Петрович рано. Отлично выспался. Видимо, в природных (не городских) условиях солнце в окошко буквально стучится: "Вставайте, граф, вас ждут великие дела!". "Ну вот, поспал ночку в дворянском гнездышке - уже и граф" - усмехнулся Андрей. Птицы пели, как сумасшедшие. Зовут из дома. Эх, прямо на речку, искупаться!

Он подошел к крутому бережку, надеясь потренироваться и спуститься к воде как-то более удачно, чем вчера вечером. И без помощи рук! Это у него получилось.

Поплавал и быстро, как ящерица, взобрался наверх.

Завтрак был в столовой. Когда пришел Андрей, Мария Родиславовна пила чай. Пила, как положено дворянке и бывшей заведующей интернатом: сидя с прямой спиной, как-то торжественно, и в то же время неспешно, позволяя утренним облачкам размышлений растворяться в чайных парах. На ней было платье с белым кружевным воротничком. Чепчика, однако, не было. "Модничает, бабуля. Как без чепчика- то?" - подумал Андрей. Но седые волосы были причесаны и уложены очень красиво.