Малой. Книга первая
Шрифт:
— Да к чему тут готовится, — возмутился я. — Принесите, лучше, ещё компот, а потом уж займёмся этими процедурами.
Я с удовольствием выпил очередную порцию бодрящего напитка, зажал в руке несколько осколков минерала и погрузился в транс.
В отличие от прошлой медитации, сейчас меня окружала не пугающая тишина. Тихие волны, состоящие из цветных силовых линий, перекатывались вокруг меня. Мой источник в груди, даже на вид был тусклым и каким-то неоднородным. В некогда стройную симфонию ярких красок внедрились чужеродные серые проблески. Они явно мешали моему источнику исполнять свою песню жизни.
Я постепенно, не торопясь заменял
Творческий процесс захватил меня. Как хороший музыкант я старался подобрать единственно верную мелодию к важному событию моей жизни. Музыка играла не только во мне, она разливалась радостной мелодией по всему миру.
Я был счастлив, не только от того, что смог вернуть себе целостность, но и потому что я дарил этому миру новую песню. Я стал творцом этого произведения.
Я улыбнулся, едва успев открыть глаза после медитации. Всё вокруг казалось прекрасным. Только осталось маленькое сожаление от того, что я не могу постоянно слышать эту мелодию, а мне для этого нужен переход в иное состояние.
— Теперь всё хорошо, — сообщил я своим учителям. — Я восстановил свой источник!
Оставшуюся часть вечера мы дружно посветили мелким бытовым заботам. Смеялись, разговаривали и спорили. Но за всем этим чувствовалось напряжение. Вольно или невольно, мысли возвращались к предстоящей поездке в поселение. Что там случилось? Как там люди?
Даже столь любимый стариками кауфе не принёс обычной радости. Надо подождать до завтра, потом всё будет ясно. Как тяжело ждать.
Ещё перед сном мы договорились, что Агал и Куим с первыми лучами светила уедут в поселение.
Всё утро я провел в медитации. Только это помогало отвлечь свои мысли от Винзура. Сегодня, после входа в транс, я не упал в знакомую воздушную яму. Я оказался в лесу. Это был шок. Лес, который я видел только в планшете, оказался вокруг меня. Правда это был не совсем обычный лес с травкой и деревьями. Окружающий меня лес поражал своей неестественной красотой. Переплетение изумрудно-зелёных линий, яркие до невозможности, сверкающие охапки цветов и особенный запах. Эти ощущения невозможно забыть. Изи этого волшебного леса звучала мелодия приветствия. Лес встретил меня радостью узнавания. Всё было настолько гармонично и хорошо, что я с неимоверными усилиями вышел из этого леса. А покинул лес я только после того, как понял, что ещё немного и я навсегда останусь здесь.
Я вышел из медитации и продолжал сидеть на месте. Внутри меня всё также звучала дивная мелодия леса. Она обостряла мои чувства и мне стало казаться, что это не мелодия внутри меня, а тихий голос этого мира. Мира псионов.
Ну что же, пора устанавливать оставшиеся технические базы знаний. Буду добивать третий ранг. А потом, как и обещал мне Куим, отправлюсь на практику к мастеру Рибусу в Винзур.
Винзур! Как я мог хоть на мгновение забыть о нём! Что там случилось? Почему так долго нет моих дедов, где они?
Что бы хоть как-то сократить время ожидания, я занялся физическими упражнениями. Увы, сложнейшие нагрузки не принесли никакого облегчения. Тогда я вышел в тамбур
Прошёл час. Я услышал, как подъехал наш малыш. Тотчас, нарушая все инструкции стариков, я бросился открывать двери. Вот они. Усталые, мрачные, но живые. У меня от переживаний начало стучать в ушах так, что я не услышал собственного голоса: — Ну, что там? Как обстановка в поселке?
— Сейчас, Малой. Мы всё расскажем, дай пройти, — пробурчал Агал и начал укрывать своего малыша различным хламом.
Я с нетерпением переминался с ноги на ногу и ждал хоть каких-то новостей от стариков. Учёные молча проследовали в столовую, не говоря ни слова выпили воды и устало опустились на стулья. Моё напряжение достигло максимального уровня.
Старики переглянулись и молчаливое право первым начать рассказ получил Куим: — Мы быстро доехали до поселения, но уже подъезжая почуяли что-то неладное. Не было охраны на контрольно-пропускном пункте. В поселке отсутствовало всякое движение. Живых людей нигде не было видно. В воздухе стояла тяжелая, едкая вонь от сотен растерзанных тел. Мёртвые лежали на дороге, в домах, повсюду… Мириады мух кружились вокруг. Мужчины, женщины, очень много детей. Тяжело об этом говорить, а уж смотреть на всё это… просто невыносимо.
— Агал, рассказывай дальше сам. Мне трудно, — прошептал Куим и сел на стул, закрыв глаза.
— Что тут ещё говорить, — мрачно продолжил профессор Агал. — Через некоторое время мы услышали крики. Оказывается, остались живые люди. Спаслись те, кто находился в труднодоступных для крыс местах. Немногое они смогли нам рассказать. Вечером практически все разумные находились дома. Внезапно, одновременно все люди потеряли сознание. Что было дальше почти не известно. Когда выжившие пришли в себя и выбрались из помещений, их глазам предстала страшная картина… Горы растерзанных тел, вонь и тишина. Ни одной живой крысы. Только несколько сотен дохлых тварей, в том числе двенадцать вожаков мутантов.
— Мы потом по камерам посмотрели. Эти отродья напали на поселение только после того, как все люди потеряли сознание. Они шли сплошным потоком пожирая всех, и живых, и мёртвых. Всех, малыш. Это было страшно. Что уничтожило всех вожаков мутантов, неизвестно.
— Наш юный герой! Я и профессор Куим, считаем, что именно твоя пси-атака на мутантов убила их всех. Если бы не ты, в Винзуре не осталось бы больше людей. Ты смог спасти большую часть людей, хотя сам оказался на краю гибели. К сожалению, именно сейчас нельзя предавать огласке твоё вмешательство. Поверь, у руководства посёлка найдутся свои, домашние герои. Но именно ты являешься настоящим спасителем Винзура. Спасибо тебе. Не знаю, как ещё выразить тебе нашу признательность и благодарность.
С этими словами оба моих милых старика подошли и обняли меня. Это было так неожиданно и приятно.
Потом, когда профессора попили кауфе, немного перекусили и успокоились. Они решили дополнить свой рассказ о трагических событиях в поселке.
— Всего, по предварительным подсчётам, растерзано полторы тысячи человек. Если бы не ты, то погибших было бы раза в три больше, — произнёс Куим. — Кстати, мастер Рибус и владелец бара, твой «дядюшка» Умо, живы. Как и живы все их родные и близкие. Их благодарность не знает границ. Они так и сказали: мой дом — ваш дом. Всё, что есть у нас, теперь ваше. Понятно никто из нас не собирается ничего просить или брать у этих достойных людей. Но, хорш возьми, как хорошо, что эти люди живы.