Малькольм

Парди Джеймс

Малькольм принял протянутую руку Джерома и улыбнулся.

— Ты ведь, наверное, ничего не слышал обо мне, — спросил Джером. Его голос выдал смутную надежду.

— Только как о муже Элоизы Брейс, — ответил Малькольм.

— Конечно, в настоящее время Элоиза несколько более известна, чем я, — признал Джером. — Она художник, понимаешь? — Он обвел жестом стены, на которых висели картины, принадлежавшие Элоизе.

Малькольм снова взглянул на картины. То были портреты женщины, странствующей в ночи, женщины в длинном плывущем

одеянии, с длинными волосами и сильным подбородком, но и с мягким, милым, даже немного лунным выражением лица. Женщины на картинах одновременно были и не были похожи на Элоизу, решил Малькольм. Настоящая Элоиза была гораздо злее и старше.

— Разве мистер Кокс не сказал тебе, чем я знаменит?

— Нет, — ответил Малькольм, — только сказал, что вы — муж Элоизы.

— Как это похоже на мистера Кокса, — заметил Джером и продолжил:

— Видишь ли, я сидел в тюрьме.

— Понятно, — Малькольм пригубил вино и кивнул.

— За кражу со взломом, — проинформировал мальчика Джером.

— Как же вы попали сюда в таком случае? — удивился Малькольм и показал на комнату, где они сидели.

— Какой ты милый, — рассмеялся Джером. Он налил Малькольму еще вина.

— Я все знаю про тебя и про твою скамью.

— Но… — удивленный Малькольм начал было объясняться.

— Не нужно ничего говорить, — выкрикнул Джером, подняв ладонь. — Здесь все позволено. Здесь всем все позволено.

— Но вы сказали, что вы — взломщик, — выкрутился Малькольм.

Джером пил вино длинными размеренными глотками. Наконец он сказал:

— Так точно. Сел на десять лет. Федеральная тюрьма.

— Вы, наверное, украли целую кучу, — решил Малькольм.

Джером рассмеялся.

— Почему-то тебе простительно даже такое, — ответил он Малькольму. — Да, Малькольм, я украл чертову кучу всего.

В этот момент Джером будто забыл о Малькольме и вперил взгляд в темные внутренности соседней комнаты. Наконец, он вернулся к гостю и сказал:

— Да, Малькольм, перед тобой не кто иной, как бывший зэк.

— Я горд знакомством с вами, — ответил Малькольм и покончил со вторым бокалом.

— Знаешь ли ты, о чем я говорю, Малькольм? — спросил Джером с большей серьезностью, но все еще очень дружелюбно.

— Да, — ответил Малькольм задумчиво. — Мне вот что интересно: не был ли случайно Эстель Бланк, может быть, не на десять лет, но все-таки, не был ли он тоже зэком?

— Эстель Бланк! — Джером сменил улыбку на взгляд обиженный и шокированный. — Но он человек не нашего класса! Во-первых, он совершенный сноб. С чего ты взял, что он — бывший зэк?

Солнечное спокойствие Малькольма вернуло Джерома в хорошее расположение духа.

Малькольм все же продолжил.

— Понимаете, я совершенно не представляю, как должен выглядеть бывший зэк. Вы, по-моему, ничем не отличаетесь от других приятных людей.

— Других приятных людей? —

Джером улыбнулся.

— Ну, может быть, вы не так грандиозно милы, как, скажем, Жерар Жерар, — передумал Малькольм, — но в чем-то вы гораздо милее, чем он.

— Милее… окей, спасибо, Малькольм, — сказал Джером. Без сомнения в эту минуту он был очень мил и улыбался, думая, вероятно, о том, какой он милый.

— Мы с тобой, Малькольм, люди довольно разные во всем, во всех смыслах, но мы нравимся друг другу и мы похожи, — произнес Джером. — Ну, что же ты не пьешь до дна? — заметил он.

Он налил Малькольму еще вина.

— Видите ли, я не пью, — напомнил ему Малькольм.

Джером снова звучно потянул из своего наполненного бокала.

— Джером, что такое — бывший зэк? — внезапно спросил Малькольм.

Джером перестал пить. Он замер.

— Это человек, который был в тюрьме. Бывший заключенный, понимаешь? — ответил Джером, не глядя на мальчика.

— А вы и вправду были в тюрьме, — Малькольм задумался над этим фактом.

— Я написал об этом книгу, — заметил Джером.

— Это должно быть так тяжело, — заключил Малькольм.

— Хочешь прочесть мою книгу? — спросил Джером тоном жадного предвкушения.

Малькольм собирался сказать Джерому, что он ни разу не прочитал целой книги, но Джером, не дожидаясь ответа, поспешил к маленькому шкафу поблизости, где громоздилась груда книг — все с одинаковым заглавием. Оттуда он принес Малькольму экземпляр.

Книга называлась «За мной могли прийти».

— Какое милое название, — отреагировал Малькольм. — Это вы голый на обложке?

Джером улыбнулся и легонько коснулся уха Малькольма.

Сверху донеслись густые, сытые тона саксофона и контрабаса.

— Тебя прикалывает эта музыка, Малькольм? — с этими словами Джером приблизил свои губы к губам мальчика.

Малькольм полуулыбнулся.

— Я не очень много читаю, — пояснил Малькольм, возвращая книгу Джерому.

Малькольм медленно поднес руку к тому месту на ухе, которого коснулся Джером.

— А это зачем? — спросил мальчик.

— Послушай, Малькольм, — ответил Джером, — я знаю, ты пытаешься прикинуться дурачком, но ты не такой уж дурачок.

Тут музыка наверху затихла, и Джером поспешно отстранился от Малькольма, сел на пол и стал быстро говорить о том, что он писатель и заканчивает исследование преступности среди малолетних.

На лестничной клетке послышались шаги.

— Джером, ты поднимешься к нам или нет? — голос Элоизы Брейс звучал сурово, но слабо.

— Одну минуту, дорогая, — ответил Джером.

— Послушай, — продолжила жена, — музыканты хотят поговорить с тобой об аранжировке нового номера. Пожалуйста, хоть раз в жизни подумай о других. Этот пальчик еще здесь?