Мальчик и Тьма
Шрифт:
– Очень приятно, – буркнул я, провожая взглядом улепетывающих врагов. Вокруг перекликались охранники, слышался чей-то смех. Похоже, потерь не было.
– Тяжело летят, гады, – тем временем сказала жена торговца. – Сперли пару тюков, не иначе.
– И что теперь? – поинтересовался я.
– Теперь? Подождем, пока они не вернутся для настоящей торговли.
Я чуть не сел:
– Вы будете с ними торговать?
– Конечно. Война войной – дело делом. Они порой нас проверяют на прочность,
Гарет сплюнула, словно мужчина, и насмешливо продолжила:
– Только это им влетит в убыток. Теперь муж поднимет цену, а они и пикнуть не посмеют.
Я поглядел на убитого ею Летящего и с удивлением понял, что тот уже окаменел. Превратился в черную зализанную глыбу, сохраняющую очертания тела.
– Данька, а что с твоими глазами? – вдруг поинтересовалась женщина. – Они светятся или у меня лгут линзы?
– Светятся, – доставая из кармана черную повязку, ответил я.
– И то, что ты видишь без очков, связано с этим?
– Не ваше дело, – огрызнулся я и пошел мимо топчущихся на месте быков. Интересно, как дела у Лэна…
Навстречу мне попались несколько охранников, но я уже надел свою «повязку», и те ничего не заподозрили. Лишь один проводил меня взглядом… но не враждебным, а скорее смущенным и виноватым.
Торговца и его рыжую дочку я нашел у самого края болота. Они о чем-то оживленно спорили, торговец держал девчонку за плечо, а та все норовила сбросить его руку.
– С вашей женой все в порядке, – сказал я, подходя.
Торговец кивнул. Вяло как-то кивнул, отводя глаза… И сразу же потянул из кармана очки – прикрыться от Настоящего взгляда. Мне стало нехорошо.
– Что случилось? – спросил я.
– Реату чуть не украли, – хмуро сказал торговец.
Мне показалось, что я понял, к чему он клонит, и перешел в наступление:
– Не украли же! Значит, нечего нас обвинять!
Торговец молчал, а его противная дочка шмыгнула носом.
И тут я понял.
– Где Лэн? – обмирая, прошептал я. – Где Лэн?
– Рассказывай, – хлопая девчонку по плечу, сказал торговец. Посмотрел на меня и добавил: – Мне очень жаль, можешь поверить. Я понимаю, что такое друг, тем более у вас, Крылатых.
Я молчал, глядя на Реату. Та, не поднимая глаз, пробормотала:
– Мы стояли, и Лэн все нудел, чтоб я осторожно себя вела, ну я разозлилась и отошла…
– Где он, дура?! – заорал я.
– Его Летящие утащили, Данька, – сказала девчонка. Вздохнула и с нелепой гордостью добавила: – Он меня смело защищал.
– Откуда ты знаешь, как меня зовут? – неожиданно поразившись ее словам, спросил я.
Реата пожала плечиками:
– Он твое имя выкрикнул, когда его утащили…
Снова вздохнув, Реата самокритично сказала:
– Не надо было мне отходить от каравана…
Я
– Осторожно, Крылатый, – тихо, но с угрозой сказал торговец. – Не ошибись.
Я продолжал подходить к ним. И тут между нами мелькнуло светящееся пятно. Солнечный котенок прыгнул на камень передо мной и сказал:
– Он прав. Не ошибись.
Реата охнула, торговец отступил на шаг. Если они и обращали внимание на Котенка, то видели его несветящимся и неговорящим. Но мне на них сейчас было наплевать.
– А ты еще указываешь?! – крикнул я Котенку. – Где ты был? Почему бросил Лэна?
Котенок провел лапкой по мордочке, потом кивнул и сказал:
– Допускаю. Я виноват. Наказывай меня, а не эту глупую девочку. Тем более что ее отец вряд ли позволит тебе рукоприкладство.
Сев на камни, я заплакал. Повязка мешала, я стянул ее и бросил в топь. Не буду больше ни от кого скрываться. Никогда не буду! Ненавижу их всех – и Летящих, и Крылатых, и торговцев.
Я вдруг понял, что у меня был друг. Настоящий, потому что мы с ним вместе рисковали жизнью… и вообще стали как братья. Братья тоже могут и ругаться, и драться, только все равно друг друга любят.
А теперь у меня нет друга.
– Мальчик… – Торговец провел ладонью по моей голове, и от горя я даже не отстранился. – Не плачь. Я сочувствую.
– Что можно сделать? – спросил я.
– Они прилетят, чтобы обменять свои товары на наши, – уверенно сказал торговец. – Я предложу им выкуп за твоего друга.
Плакать я перестал. Появилась какая-то надежда, и сразу захотелось действовать.
– Его не убили? – робко спросил я.
– Нет, – поколебавшись, сказал торговец. – Ты что, не понимаешь, что Летящие сделают с Лэном?
– Нет…
– Превратят в Летящего.
Меня замутило. Я вспомнил свой сон… про Лэна, идущего навстречу с мечом. А еще я представил его укутанным во тьму, с черными провалами глаз, и мне стало жутко.
– Котенок… – прошептал я.
– Что, Данька?
– Посоветуй что-нибудь!
– Торговец прав, – нехотя повторил Котенок.
– А если отбить его? – спросил я, вставая. – Ну? Слабо?
– У них мечи из мрака, – очень тихо сказал Котенок. – Таким мечом очень легко погасить Настоящий свет. А я… я ведь совсем не умею драться, Данька. У меня только когти и зубы. Очень маленькие когти и зубы.
В отдалении стояли все люди нашего каравана. Я посмотрел на них – и почувствовал, как вздрагивают они от моего взгляда. От Света, который живет теперь в моих глазах.
– У меня Настоящее зрение, – сказал я Котенку. – Это ведь может помочь?