Макияж для гадюки
Шрифт:
Как только дверь за ним захлопнулась, не до конца просохший мужчина двинулся к Надежде, сверкая глазами.
— Но-но, — Надежда попятилась, — ты же слышал, что сказал тебе шеф — головой отвечаешь за мою безопасность!
— Он не так сказал. Он сказал — не упустить тебя, а для этого лучше всего связать по рукам и ногам…
— Э, нет, так мы не договаривались!
Неожиданно за дверью послышались торопливые шаги и громкие голоса. Дверь распахнулась, и в комнату вошел крупный плотный мужчина средних лет с энергичным, слегка обрюзгшим
— Эй, мужик, ты куда прешься? — бросился навстречу вошедшему один из охранников, — неприятностей захотел?
Курчавый мужчина удивленно повернулся и хотел что-то сказать, но первой отреагировала Надежда Николаевна.
— Кажется, это ты захотел неприятностей, — сказала она охраннику, — все-таки собственное начальство нужно знать в лицо!
Она вспомнила инструктаж в офисе фирмы «Ликофарм» и висящий на стене портрет. Сейчас перед ней был тот самый человек с портрета.
— Здравствуйте, Антон Иванович.
— Антон Иванович? — охранники растерянно переглянулись. — Какой еще Антон Иванович?
— Антон Иванович Громыхалов, президент компании «Ликофарм»! — представила вошедшего Надежда. — Все-таки, ребята, вы меня просто удивляете!
В комнату тем временем вбежал шеф службы безопасности и бросился к хозяину:
— Антон Иванович, мы вас не ждали! Простите, не подготовились достойным образом…
— Вижу, что не ждали, — криво усмехнулся Громыхалов, — но это даже к лучшему! Люблю устраивать сюрпризы! Но вы не обращайте на меня внимания, продолжайте заниматься своими делами.., кажется, вы принесли какие-то документы? — и Громыхалов уставился на розовую пластиковую папочку в руках шефа службы безопасности.
— Да, — тот замялся, потом повернулся к Надежде и протянул ей папку, — вот то, о чем вы просили…
Надежда выхватила папку у него из рук и прижала к груди:
— Ну вот, теперь я буду чувствовать себя гораздо увереннее. Эти документы будут согревать мне душу…
Громыхалов уселся за стол и оглядел присутствующих.
— Ну-ка, в двух словах обрисуйте мне ситуацию, — повернулся он к шефу службы безопасности, — кое-что я, впрочем, уже знаю. Уда лось вам наконец получить тот злополучный список?
— Понимаете, Антон Иванович, этот список., утонул, мои люди сработали не лучшим образом. Но вот эта женщина, — шеф показал на Надежду, — утверждает, что помнит список, и готова сотрудничать с нами, если мы выполним ее требования.., то есть частично мы их уже выполнили…
— Я понял, — сухо прервал подчиненного Громыхалов. — Как, вы сказали, зовут нашу гостью?
— Он не сказал, — подала голос Надежда, и я не уверена, что он это помнит. Меня зовут Надежда Николаевна Лебедева. Как зовут вас я знаю, так что можете не представляться…
— Очень приятно, Надежда Николаевна, — Громыхалов улыбнулся, и улыбка у него оказалась неожиданно приятная. — Мне кажется, что мы с вами найдем общий язык. Насколько я знаком с подробностями
— Я не могу… — начала Надежда, но Громыхалов не дал ей договорить:
— Мы вернемся к этому разговору позже.
Сейчас у нас есть очень срочное дело. Мы должны предупредить всех женщин, к которым попал отравленный крем, пока еще не поздно.
И я очень прошу вас. Надежда Николаевна, взять на себя руководство этой операцией. Я уверен, вы сможете сделать это достаточно тактично и без лишней утечки информации, в отличие от моих.., орлов.
— Именно об этом я и просила вашего человека, — обрадовалась Надежда, — я хотела удостовериться, что с теми женщинами все будет в порядке!
— Ну вот и удостоверитесь, — кивнул Громыхалов и повернулся к своим «орлам», — будете делать все так, как скажет Надежда Николаевна!
Мокрый охранник громко скрипнул зубами, но не посмел возразить великому человеку.
— Слышали? — поинтересовалась Надежда, когда дверь за великим человеком закрылась. Не будем терять времени. Во-первых, — она повернулась к шефу с седыми висками, — чужой «опель» доставить на то же место, откуда ваши орлы его украли вместе со мной. То есть меня-то доставлять не нужно, я напишу записку профессору Соколову, что со мной все в порядке, а то он небось уже всю городскую милицию на ноги поднял. Теперь с вами, — она обратила взгляд на двух ее незадачливых преследователей.
Тот, что купался в речке, не совсем высох, пахло от него болотной тиной и вообще вид бы не блестящий. Второй, пониже ростом и похудее на вид, держался от Надежды в стороне — он хорошо помнил, как здорово попало ему пакетом с кирпичами.
— Как зовут? — громко спросила Надежда мокрого.
— Артур Семицветов! — буркнул тот.
— Василий Лапочкин! — звонко доложил второй.
— Молодцы ребята! — гаркнула Надежда, как генерал на плацу. — А теперь слушай мою команду! Ты, — она повернулась к Артуру, переодеться, помыться и причесаться. А то вид у тебя какой-то бомжеватый, дамы нам и двери-то не откроют.
— А мне? — робко спросил Василий из угла.
— А тебе просто причесаться. И еще принести мне стакан чаю.
Шеф только скрипнул зубами.
Вениамин сидел за столом и наблюдал, как его жена Виктория пьет морковный сок. Сок это г она только что выжала из натуральной моркови с помощью той самой соковыжималки, которую он вчера принес от бывшей жены Александры. На лице Виктории было написано самое настоящее отвращение. Она громко сглатывала, и Венечке казалось, что он видит, как сок проходит через гортань, потом скатывается по пищеводу и падает в желудок. Усилием воли он отогнал ужасное видение.