Мах-недоучка
Шрифт:
— Глянь-ка, чего я нашел, — перебил деда Мах, извлекая из очередной выбоины в стене чудом уцелевший полуторавершковый трофей. — Похоже, это застрявший в камне коготь одного из подземных чудищ, — прокомментировал он находку. Но толком рассмотреть трофей не получилось. При дневном свете желтоватый коготь сразу задымился и стал стремительно нагреваться. Охнув от боли, Мах разжал пальцы и швырнул его на пол. Еще в полете коготь вспыхнул как хорошо просмоленная пакля и, ударившись об пол, развалился на несколько пылающих углей, которые, в свою очередь, потрясающе быстро, буквально
— Так тебе и надо, нечего всякую дрянь голыми руками цапать, — тут же отчитал подопечного дед Пузырь. — Руку-то здорово обжог? Ну-ка покажи.
— Да пустяки, — успокоил рыцарь, демонстрируя покрасневшую ладонь. — Я вовремя скинул. Как видишь, даже волдырей не осталось.
— Они не сразу появляются, — не унимался заботливый призрак. — Ну-ка пошевели пальцами. А теперь сожми руку в кулак.
— Да все нормально.
— Чего нормально?! Тебе же этой рукой меч держать.
— Уймись, а? — разозлился Мах. — Подумаешь, чуток кожу на ладони опалил — невидаль какая. Вспомни, как меня Плевун поджарил — и ничего, жив остался. По сравнению с ожогами от драконьего огня пара волдырей на руке — это сущий пустяк. Чем доводить меня своими стенаниями, лучше давай рассказывай, что было дальше, после того, как подземные твари сгорели. Куда подевался отец?
— Воля твоя, — повиновался насупившийся дед Пузырь. И продолжил прерванный рассказ: — Когда с чудищами в комнате было покончено, Верд потушил магический огонь в дверном проеме, в окнах и вокруг вас. Потом освободил всех вас от пут и ушел отсыпаться в свою спальню на третьем этаже. Я проследил его до самой двери. Можешь не сомневаться, сейчас он там.
— Это случилось давно? — спросил Мах, отрываясь наконец от стены.
— Что ты имеешь в виду? — не понял призрак.
— Ну, монстры сгорели и отец ушел в спальню — это случилось давно?
— Примерно с час назад.
— Понятно, — кивнул Мах. — Судя по тому, что все остальные тут и до сих пор спят, я проснулся первым. — Он подошел к окну и выглянул во двор.
— Точно так, — подтвердил за спиной призрак. — Эй, ты чего там высматриваешь? Спроси лучше меня, я тут за ночь каждый закуток обследовал.
— Глупо конечно, но я надеялся, что лошади наши уцелели, — объяснил Мах, отворачиваясь от окна.
— Конечно глупо, — подтвердил призрак и со вздохом пояснил: — Лошадок монстры сожрали в первые же минуты своей ночной вылазки. У бедных животин не было ни единого шанса спастись.
— Выходит, теперь нам придется добираться до столицы своим ходом, — пригорюнился Мах. — Эдак наше путешествие еще на целый день растянется.
— Эй, да полно из-за ерунды расстраиваться. Радуйся, что вообще жив этой ночью остался. Давай буди своих охламонов и выступайте с утра пораньше. Парни у тебя в отряде не хилые, за ночь все славно отоспались, будешь гнать их без остановок, и к вечеру наверняка доберетесь до места.
— Твоими бы устами, да мед пить, — улыбнулся рыцарь. — Но, боюсь, тотчас выступить не получится. Отец-то ночью глаз не сомкнул, и для восстановления сил ему нужно поспать хотя бы до полудня.
— Согласен, —
— Неплохая идея, пожалуй, так мы и поступим.
Первым Мах разбудил Влада. Теперь, когда с подземными чудищами было покончено, сделать это оказалось легче легкого. После первого же слабого тычка в плечо оборотень покорно открыл глаза.
Сказать, что Влад удивился, обнаружив себя спящим на голом полу в центре раскуроченной гостиной в окружении лежащих бок о бок людей и оборотней, и это после того, как всего лишь несколько часов назад — Влад прекрасно это помнил — он засыпал во вполне жилом помещении на замечательно мягком диване в гордом одиночестве, — это все равно что вообще ничего не сказать. От изумления бедолага в первые мгновенье пробуждения даже лишился дара речи.
Опережая град вопросов, готовых вот-вот сорваться с уст оборотня, Мах объявил, что одному Владу о происшествиях этой ночи рассказывать не станет, и, если тому не терпится получить ответы на вопросы, нужно поскорее растормошить остальных спящих товарищей.
Пока Влад будил стражников и оборотней, Мах снова отошел к окну и там в одиночестве стал вновь прокручивать в голове сумасшедшие события предыдущей ночи.
Когда последний из спящих открыл глаза, следом за остальными поднялся на ноги и стал ошарашено озираться по сторонам, Влад подошел к господину и доложил о выполнении поставленного ему условия. Не отрываясь от окна, Мах сделал знак приблизиться остальным членам отряда, и тут же, без паузы, стал рассказывать оборотню в законе о кошмарных событиях предыдущей ночи.
К удивлению Маха, рассказ получился недлинным, он управился минут за пять. Рыцарь так ни разу и не повернулся к столпившимся за спиной слушателям, но все время, пока он говорил, в комнате висела мертвая тишина.
Известие о гибели троих товарищей вассалы перенесли стоически.
По завершении рассказа, стражники попросили позволения отправиться в спальню Верда, дабы подготовить господина барона в дорогу. Мах их отпустил и остался один на один с оборотнями.
После ухода стражников в комнате на некоторое время повисло неловкое молчание, Мах продолжал не отрываясь смотреть в окно, а за его спиной, в ожидании распоряжений, нетерпеливо переминались с ноги на ногу четверо уцелевших гвардейцев.
Первыми испытание тишиной не выдержали оборотни.
— Парни, вот хоть режьте меня, не пойму, откуда здесь, в замке, взялись подземные чудища из стойбищ нашего мира? — шепотом поделился своими думками Влад, вызывая стоящих рядом товарищей на откровенный разговор.
— Зуб даю — Гутусова работа, — так же шепотом ответил Дацул. — Этот безликий тот еще злобный тип был…
— Да взвсе овни увровды овдивнаковые! — встрял Мямля. — Сковко чесвных бравтанов повлевкло из-за их ковзней! Взявть ховтя бы слувчай с клавном Колпа…