Магнат

Миллер Рейн

— Я хотела бы, чтобы ты вспомнил мои слова — самое важное не сколько ты имеешь денег, а на что ты решил их потратить. Я имела ввиду именно это. Ты пытаешься что-то исправить и ты был не в курсе, я восхищаюсь твоей порядочностью в этом вопросе, но я также очень надеюсь, что ты не делаешь это исключительно ради меня, надеясь получить от меня что-то взамен.

Даже иметь тебя у себя в постели каждую ночь? Мы говорили явно на одном языке, по крайней мере.

— Я делаю это ради себя, Брук. — Но я все равно хочу иметь тебя в своей постели.

Она

покраснела. Я увидел, как краска заливала ее шею и лицо. Я хотел бы увидеть ее такой, но обнаженной в своих объятиях.

— Был бы огромный сюрприз, если бы ты неожиданно появился на свадьбе, зная обо всем, — сказала она.

— Как я уже сказал тебе, вся эта ситуация напоминает мне волю судьбы, по крайней мере для меня.

— Калеб, моя бабуля знала тебя с самого рождения. Я не могу в это поверить.

Видя Брук такой оживленной, мне захотелось поцеловать ее дыхание.

— Спроси ее, помнит ли она гранатомет из помидоров, который я сделал, будучи бойскаутом в двенадцать лет. Держу пари, что она скажет «да».

Она рассмеялась.

— Могу представить себе раздавленные помидоры и ужасный нагоняй от моей бабули, которая застала тебя за этим занятием.

* * *

Даже наблюдать, как она ела для меня было в удовольствие. Она заказала пасту с гигантскими чертовыми фрикадельками, которые покромсала на мелкие кусочки и смаковала каждый в отдельности. Мне нравилось, как она наслаждалась обычной едой и было видно, что ее совершенно не волновало, что листья салата с половинкой помидора черри и ломтиком лимона для вкуса составляли целых тридцать калорий. Господи, как она наполняла себя этим дерьмом. Все это херня, и я буду помнить этот ужин нашего первого свидания до конца моих дней.

— Я могу задать тебе вопрос, Калеб?

— Ты уже задаешь мне вопрос, но да, можешь.

— Твой пентхаус на Бэк-Беу по-прежнему нуждается в ремонте?

Да, она однозначно была смышленой. Делая меня жестким каждый раз, когда напомнила мне об очевидных фактах.

— Я позволю тебе судить об этом самой, когда ты увидишь его.

— А что если тебе не понравится моя интерпретация, видения твоего дома?

— Именно поэтому я нанял тебя, Брук. Мне необходимы твои идеи, потому что я совсем не имею понятия о стиле или видении моего дома, я хочу, чтобы он больше подходил для семьи, нежели сейчас.

Ее ответ заставил меня приподнять одну бровь.

— Ты планируешь в ближайшее время обзавестись семьей?

Я представил себе ее. Да, планирую. И не мог остановиться, чтобы не представлять. Картинка сама собой появилась у меня в голове, как будто было все уже предопределено, и образ был настолько реальным, как я представлял себе свое будущее — Брук, с ребенком на руках, и я точно знал, что они оба принадлежат мне. Святое. Дерьмо. Мое сердце снова начало отчаянно пульсировать, так же как и мой член. Я слишком увяз в ней, и не мог вытащить себя обратно. И я также понял, что не в состоянии что-либо сделать по-другому с данной ситуацией, развивающейся подобным образом. Мои эмоции и чувства к Брук продолжали усиливаться, как бы по крупицам, крепнуть день ото дня.

— Ну… в конце концов, да. — Это не была ложь, это правда, с моей

стороны.

Она усмехнулась одним уголком рта, отчего ее взгляд стал нахальным и сексуальным.

— И ты считаешь, что должен заранее подготовить дом для будущей семьи?

— Да, Брук, я должен быть всегда готов. Разве я забыл упомянуть, что являюсь бойскаутом? — Я подмигнул и снова увидел, как она покраснела, глядя на меня.

* * * 

— Ты сказала, что вернулась в Бостон пять месяцев назад, когда твоя бабушка упала. Где ты жила до этого?

Я заметил, как она стрельнула в меня взглядом и опустила глаза, отчего почувствовал дискомфорт. Я готов был уже поменять тему (опять заставить ее улыбаться), но ее ответ убил меня наповал.

— Я жила с мужем в Лос-Анджелесе. — Какого хрена?

Это было совсем не то, что я ожидал услышать. Я метнул взгляд на ее левую руку. Кольца не было. И я точно знал, когда я впервые увидел ее, у нее тоже не было кольца. Я всегда проверяю есть ли обручальное кольцо.

— Ты была замужем? — Значит она очень молодой…

Вспышка боли промелькнула в ее глазах, а затем исчезла, прежде чем она ответила мне.

— Да, недолго. Он погиб в автокатастрофе почти год назад, и наш ребенок… я тоже была в машине, родился слишком рано и не смог выжить от тех травм, которые я получила в результате аварии.

Святое. Мать твою. Дерьмо.

Неудивительно, что я видел в ней постоянную грусть. И сидя за этим столом, я спокойно шутил по поводу подготовки своего пентхауса к будущей семье. Я чувствовал себя сейчас мудаком.

— Прости, мне очень жаль, Брук. — Я взял ее руку и погладил. — Черт. Опустошительно. Я не могу даже представить твои страдания. Твою… печаль.

— Да, мои взаимоотношения с моей подругой Печалью довольно давние. — Она покрутила ножку бокала, затем после долгого молчания снова подняла на меня глаза.

Я в немом вопросе наклонил голову, и это была не шутка. Наверное, я до сих пор пребывал в шоке от того, что она только что сказала. Она была замужем. Потеряла мужа и ребенка в автокатастрофе. Я вдруг понял —в нашей повседневной жизни встречая разных людей, мы, на самом деле, ни черта о них не знаем, ни черта не знаем о болезненном дерьме, через которое им пришлось пройти. Ни черта не знаем, даже не догадываемся. И вспоминания Олдрича, как он обращался с ней тем вечером, мне захотелось убить этого ублюдка сию же минуту. Я должен воздать ему по заслугам, этому пидарасу нанести визит в ближайшее время, бл*дь, чтобы просветить этот кусок собачьего дерьма о том, на кого он напал на деловом приеме.

— Фильм «Наизнанку»? Это удивительно проницательный мультфильм киностудии Уолта Диснея про наши личные внутренние эмоции, как они вместе существуют, чтобы личность могла нормально функционировать. Печаль — моя давняя подруга.

— Я никогда не слышал о таком фильме.

— Уверена, что он не в твоем вкусе, но, возможно, ты сможешь его когда-нибудь посмотреть.

— Ты посмотришь его со мной? — спросил я.

— Возможно, — застенчиво ответила она.

— Ты очень мужественная. — Я притянул ее руку к губам и поцеловал. — Во всем.