Магия
Шрифт:
Она, обнаженная, купалась в источнике.
У него перехватило дыхание, и горячая волна опустилась куда-то вниз, в ту часть его тела, из-за которой у него уже возникало столько проблем, что он и счет потерял. Нельзя поддаваться соблазну. Нельзя позволить, чтобы она своими чарами затянула его еще дальше, вот как сегодня в это место, куда ему не следовало идти, но которое ему хотелось исследовать каждой клеточкой своего мужского тела.
Тем не менее, он подумал, что ей небезопасно
— Все в порядке?
— Да, замечательно. Здесь неглубоко. Вдруг она ударится головой о камни и утонет?
Свет от тонкой свечи колебался и отбрасывал блики на черные каменные стены в верхней части отверстия, сквозь которое виднелись звезды, но кромка воды исчезала в глубокой тени. Ничего не было видно, только слышно, как журчит вода. Он все еще не мог разглядеть девушку.
Теплая дымящаяся вода манила его. Он почти чувствовал, как она омывает его липкое от пота тело. Но не горячая ванна привлекала Дунстана.
Эта женщина доверилась в надежде, что он насладится ею. Дунстан прекрасно понимал, что значит быть обманутым или непонятым в своих самых лучших чувствах. Он не мог обидеть ее, обмануть ее мечты, точно так же, как не мог поступить так со своими младшими братьями. Дунстан стянул с себя через голову льняную рубашку. Пар из водоема ласкал его обнаженную грудь. Он встал и снял бриджи.
Рассудок кричал ему: «забери сапоги и беги!» Однако гордость, страсть и еще какие-то смутные желания отвергали мысль о позорном отступлении.
По бархатистому мху он вошел в дымящийся источник. Горячая вода мгновенно впиталась в утомленную плоть, увлекая его на глубину. Исцеляющая сила минерального источника расслабила напряженные мускулы, и Дунстан застонал от удовольствия. Если маленькая ведьма задумала совратить его, то явно недооценила эффекта этой естественной ванны.
Маленькая ведьма. Предупреждающий звоночек напоминал, что нужно быть начеку, но горячая вода расслабляла, а мелодичный голос отвлекал:
— Где-то на выступе, позади вас, должно быть мыло.
Оказавшись в волшебном водоеме, Дунстан на мгновение позабыл о девушке. В обволакивающих его клубах пара он не мог видеть даже собственную руку. Больше не осторожничая, он пошарил по выступу, пока не нащупал кусок мыла. Дунстан никогда раньше не принимал минеральную ванну и решил, что нужно воспользоваться предоставленной возможностью.
— Вы уверены, что нам можно здесь купаться? — обратился он в темноту. Вода в самом глубоком месте водоема доходила ему только до пояса, поэтому он уже не боялся, что она может утонуть.
— Это место принадлежит богам. Спросите разрешение у них. — Ее
Запах мыла напомнил ему о подарке, посланном леди Лейлой через сестер. Аромат свежескошенной травы смешивался с запахом земли в пещере, создавая тонкую, приятную комбинацию.
Дунстан нырнул под воду, смывая с себя дневную грязь, и подумал, что в жизни не испытывал такого удовольствия. Она оказалась права. Он не знал почему, но это было действительно заветное место. Он должен быть благодарен ей.
Достаточно полежать здесь, и можно очиститься от напряженности и мучений последних нескольких лет, даже несмотря на то, что нельзя избавиться от воспоминаний. Может быть, разлить по бутылкам эту воду? Он послал бы пузырек братьям для дальнейшего изучения. Растворенные в воде минеральные соли могли оказаться полезными, подобно тем, в Бате. Наверняка эти источники обладают одинаковой целительной силой.
Дунстан уцепился за эту идею, пытаясь отвлечь мысли от плещущейся рядом с ним обнаженной женщины.
Здесь она была безымянной, безликой женщиной, без сбивающих с толку глаз или цвета волос. Ее имя больше не имело значения.
Дунстан вытянулся во весь рост, убирая с лица мокрые волосы. Освеженный и ободренный, он с интересом огляделся вокруг поросшей мхом пещеры, чувствуя, что уже в состоянии контролировать себя.
Лунный свет лился через отверстие наверху. Он серебрил вьющуюся растительность, и казалось, что он видит крошечные белые цветы, похожие на маленькие звездочки, проглядывающие сквозь мох на стенах.
Дунстан вглядывался в темноту, стараясь рассмотреть волшебницу, которая привела его сюда.
— Лили?
— Мне кажется, что я могла бы здесь жить, — тихим голосом ответила она совсем близко.
Вдруг перед ним вспыхнули белые и зеленые искры, и он с удивлением отступил назад.
Из темноты зазвенел смех, и вновь ему показалось, что видит какие-то призрачные формы. На сей раз, ему удалось кое-что рассмотреть. Изучая увивающие стены растения, Дунстан вытаращил от удивления глаза: кто-то повесил здесь качели.
В серебристом свете он проследил скрытую растениями веревку, пока она не исчезла во мраке над его головой. Это могло быть небезопасно. Его взгляд снова вернулся к мелькающему туда-сюда белому пятну. Лили, конечно, это она. Дерзкая женщина.
Она качалась, и подол ее мокрой сорочки развевался на легком ветерке. Тонкое прозрачное белье обтягивало ее тело, словно вторая кожа. Уже слегка подсохшие черные волосы вились по спине и по поверхности воды, когда она наклонялась назад, раскачивая качели.