Магия. Инкорпорейтед
Шрифт:
Я думал, что Бидди на этот раз потеряет свою уверенность, но он только сказал:
— Я не буду тратить лишних слов. Но вы еще услышите обо мне.
И он исчез.
Я услышал за собой смешок и повернулся, готовый свернуть шею любому. У меня был тяжелый день, и я не желал, чтобы смеялись за моей спиной. Там стоял парень примерно моих лет.
— Кто ты такой и что ты нашел здесь смешного? — рявкнул я. — Эта частная собственность!
— Прости, друг, — сказал он с обезоруживающей улыбкой, — я не над тобой смеялся, а над тем
— А что ты тут делаешь? — спросил Джедсон.
— Я? Правильно, я должен объяснить. Видите ли, я сам занимаюсь этим делом.
— Строительством?
— Нет, магией. Вот моя карточка.
Он протянул карточку Джедсону, тот взглянул на нее и отдал мне. Я прочел:
— Видите ли, я слышал в Нижнем Мире, что одна важная шишка будет сегодня здесь разыгрывать сильного. И я остановился поглядеть на комедию. Но как случилось, что вы сделали ставку на Бидди? Такие вещи он не тянет.
Джедсон взял у меня его карточку.
— Где вы учились, мистер Води?
— Я получил степень бакалавра в Гарварде, а аспирантуру закончил в Чикаго. Но главное не это. Всему, что я знаю, меня научил мой старик, хотя он настаивал, чтобы я кончил колледж, потому что маг без степени не получит в наше время приличной работы. И он был прав.
— Так вы думаете, что могли бы взяться за эту работу? — спросил я.
— Вероятно, нет. Я не хотел бы попасть впросак, как Бидди. А хотите найти того, кто сделал это?
— Естественно, — сказал я. — Иначе зачем мы здесь?
— Ну, вы пошли по неправильному пути. Репутация Бидди основана только на том, что он учился в Гейдельберге, в Вене. А это еще ничего не значит. Спорю, что вам ни разу не пришло в голову обратиться с этой работой к старомодной ведьме?
— Не совсем так, — ответил Джедсон. — Я спросил своих деловых друзей, но не нашел никого, кто взялся бы за это. Но я хотел бы знать, кого вы имеете в виду?
— Вы знаете миссис Аманду Тедд Дженнингс? Она живет в старой части юрода, за кладбищем.
— Дженнингс… Дженнингс… Нет, по-моему, не знаю. Постой-ка! Это не та старая дама, которую называют Гренни Дженнингс? Носит шляпы времен королевы Мэри и ведет собственное дело?
— Она самая.
— Но она же не ведьма, а гадалка.
— Вы ошибаетесь. У нее нет регулярной коммерческой практики, это верно, потому что она на девяносто лет старше Санта Клауса и слаба на ноги. Но в ее мизинце больше магии, чем в книге Соломона.
Джедсон посмотрел на меня. Я кивнул, и он сказал:
— Вы не уговорите ее взяться за это дело?
— Думаю, она может это сделать, если вы ей понравитесь.
— Сколько вы хотите? Десяти процентов достаточно?
Води отмахнулся.
— К чертям. Я не могу
— За хорошие сведения платят, — настаивал я.
— Бросьте. Когда-нибудь ваши парни помогут мне. Этого достаточно.
Вскоре мы расстались. Води пошел куда-то, но обещал предупредить миссис Дженнингс о том, что мы придем.
Найти ее дом оказалось нетрудно. Одноэтажный коттедж стоял спиной к старой, обсаженной вязами улице. Веранда была вся в позолоченной резьбе, двор не слишком ухожен, но над крыльцом нависали симпатичные ползучие розы.
Джедсон дернул ручку дверного колокольчика, а я рассматривал треугольные цветные стекла в панелях дверей и думал, остались ли еще люди, умеющие делать такого рода работу?
Нас впустили. Хозяйка действительно представляла собой что-то невероятное. Она была такой крошечной, что я смотрел вниз на ее макушку, где сквозь скудные тонкие волосы просвечивала чистая розовая кожа. Весила она не более семидесяти фунтов вместе с одеждой, но стояла, гордо выпрямившись, в платье лавандового цвета с белым воротничком, и смотрела на нас живыми черными глазами, которые вполне бы подошли Екатерине Великой или Джейн, предсказательнице бедствий.
— Доброе утро, — сказала она. — Входите.
Она ввела нас через маленький холл с вышитыми бисером портьерами в свою приемную и, сказав коту на стуле: «Брысь!», усадила нас. Кот спрыгнул, прошелся с видом оскорбленного достоинства, и сел, обернув хвост вокруг лап и поглядывая на нас с той же спокойной оценкой, что и хозяйка.
— Мой мальчик Джек сказал мне, что вы придете, — начала она. — Вы — мистер Фрезер, а вы — мистер Джедсон. — Это был не вопрос, а утверждение. — Полагаю, что вы хотите узнать свое будущее. Какой метод вы предпочтете — по руке, по звездам?
Я хотел было поправить ее, но Джедсон опередил меня.
— Я думаю, что лучше предоставить выбор вам, миссис Дженнингс.
— Ладно, тогда мы сделаем это на чайных листьях. Сейчас я поставлю чайник, он будет готов через минуту.
Она быстро вышла. Мы слышали ее легкие шаги в кухне, звон посуды. Когда она вернулась, я спросил:
— Надеюсь, мы не побеспокоили вас, миссис Дженнингс?
— Ничуть. Я люблю утром выпить чашку чая. Он дает комфорт телу. Я как раз снимала с огня любовный напиток, потому и задержалась. Тунту вредно ждать.
— По формуле Закербони? — спросил Джедсон.
— Боже избави, конечно нет! — Она прямо расстроилась от такого предположения. — Я не стану убивать ни одно безвредное создание. Зайцы, ласточки, голуби — хорошенькое дело! Не знаю, о чем думал Пьер Мора, когда давал такой рецепт. Я бы нарвала ему уши! Нет, я использую колокольчики, апельсин и серую амбру. Это очень эффективно.
Джедсон поинтересовался, не пробовала ли она сок вербены. Она пристально посмотрела ему в лицо.
— У тебя самого есть видение, сынок. Я права?