Магия. Инкорпорейтед

Хайнлайн Роберт Энсон

Мне это уже начало надоедать. Может, это и необходимо, чтобы хорошо выполнить свою работу, но зачем показывать ее изнанку? Но я не успел разворчаться, как он вернулся.

— Похоже, все согласуется с мнением мистера Джедсона. Особых затруднений не будет. Теперь как насчет… оплаты? — Он вежливо кашлянул и улыбнулся, как бы извиняясь за такие вульгарные темы разговора. И почему некоторые люди делают вид, будто взять монету оскорбительно для их деликатных душ? Я имею законную прибыль и ничуть не стыжусь этого: это означает, что люди, которые платят мне за товар, считают мою

работу полезной.

Тем не менее, мы договорились без больших затруднений, и Бидди просил нас ждать его на участке через пятьдесят минут. Мы с Джедсоном вышли и снова взяли такси. Сев в машину, я спросил его насчет Дитворта.

— Откуда ты его знаешь?

— Приходил ко мне с предложением.:.

Хм… Интересно. Дитворт делал предложение и мне тоже, и оно беспокоило меня.

— Какого рода предложение?

Джедсон потер лоб.

— Знаешь, трудно сказать. Осталось впечатление чего-то грязного. Он сказал, что он исполнительный секретарь недоходной ассоциации, целью которой является улучшение стандартов практикующих магов.

Я кивнул.

— Я слышал то же самое. Давай дальше.

— Он подробно остановился на неадекватности теперешних лицензионных законов и указывал, что никто не должен уклоняться от экзаменов и ставить свою вывеску после двухнедельного изучения Красной или Черной книг, не имея фундаментальных знаний тайных законов вообще. Его организация будет чем-то вроде Бюро стандартов для улучшения этого положения, как, например, Американское медицинское общество или Национальная ассоциация университетов и колледжей. Если я подпишу соглашение приглашать только тех магов, которые удовлетворяют этим требованиям, я должен выставить удостоверение качества от этого общества и поставить на свои товары их разрешающую печать.

— Джо, я слышал ту же историю и совершенно не знаю, как поступить. Звучит она правильно, но я не хочу отказывать в работе тем людям, которые сделали мне в прошлом много добра, и не знаю, одобрит ли их эта ассоциация.

— Что же ты ему ответил?

— Немножко приврал, сказал, что не могу подписывать никаких обязательств, пока не посоветуюсь со своим адвокатом.

— Умница! И что он сказал?

— Ну, он держался очень достойно и, казалось, честно хотел мне помочь. Сказал, что, по его мнению, я умен, оставив меня в некотором замешательстве. Ты о нем что-нибудь знаешь? Сам-то он колдун?

— Нет, не колдун. Но кое-что я о нем узнал. Я слышал, что он занят в Торговой палате, но не знаю, есть ли он в списке привилегированных корпораций. Он юрист, но не практикующий. Похоже, что все его время уходит на деловые интересы.

— Он говорит как лицо ответственное.

— Пожалуй. Он, кажется, рекламируется гораздо меньше, чем можно ожидать от человека его делового значения, — может уклоняться, и кое-что подтверждает это.

— А именно?

— Я заглянул в регистрационные бумаги его ассоциации в картотеке Секретаря штата. Там три имени — его и еще двоих. Я обнаружил, что эти двое были его служащими — секретарь и клерк в приемной.

— Подставные лица?

— Бесспорно. Но в этом нет ничего необычного. Меня заинтересовало вот что:

одно из этих имен я знаю.

— Да?

— Как тебе известно, я вхожу в комиссию по проверке штатного комитета моей партии. Я нашел имя этого секретаря там, где и предполагал. Это некий Метьюз, снятый за то, что собирал крупные пожертвования с правительственного персонала для избирательного фонда.

У нас не было больше времени для разговора, так как мы подъехали к моему участку. Доктор Бидди был уже там и занимался приготовлениями. Он воздвиг небольшой хрустальный павильон, чтобы работать в нем. Весь участок спереди был отделен от зрителей неосязаемым экраном. Джедсон предупредил меня, чтобы я не касался этого экрана.

Должен сказать, что Бидди работал без обычных фокусов-покусов. Он просто поприветствовал нас и вошел в павильон, где сел на стул, достал из кармана записную книжку и начал читать. Джедсон сказал, что доктор пользуется также и некоторыми личными предметами. Может, и так, но я их не видел.

Прошло несколько минут, но ничего не произошло. Постепенно стены павильона затуманились и стало плохо видно, что происходит внутри, как раз тогда, когда я заметил, что рядом с Бидди кто-то есть. Я не разглядел, кто это, да, по правде сказать, и не стремился к этому.

До нас не доносилось ни звука, но было ясно, что в павильоне шел спор, потому что Бидди встал и начал размахивать руками. Существо рядом с ним откинуло голову и рассмеялось. Бидди печально глянул в нашу сторону, сделав быстрый жест правой рукой. Стены павильона стали непроницаемыми, и мы уже не видели ничего.

Еще через пять минут Бидди вышел из своего рабочего заведения, которое тут же исчезло. Бидди был весь в поту, его волосы были всклокочены, воротничок смят, и, что было хуже всего, былого апломба Бидди как не бывало.

— Ну как? — спросил Джедсон.

— Ничего нельзя сделать, мистер Джедсон — совершенно ничего.

— Значит, вы ничего не можете?

— Здесь никто ничего не сможет сделать, джентльмены. Бросьте это дело и забудьте о нем. Это мой вам совет.

Джедсон ничего не сказал, только задумчиво смотрел на Бидди. Тот начал приходить в себя, поправил галстук, надел шляпу и сказал:

— Я вернусь в свою контору. С вас за проверку пятьдесят долларов.

Я онемел от такой явной наглости, а Джедсон прикинулся, что не понял.

— Конечно, полагалось бы, — заметил он. — Жаль, что вы их не заработали. Я очень сожалею.

Бидди покраснел, но сохранил вежливость.

— Вы, как видно, не поняли меня, сэр. По договору, который я подписал с мистером Дитвортом, маги, одобренные ассоциацией, не могут давать бесплатные консультации. Это понижает стандарт профессии. Гонорар, о котором я упомянул, является минимальным для мага моей категории. Он не зависит от оказанных услуг.

— Понятно, — спокойно сказал Джедсон, — это цена визита в вашу контору. Но вы нам об этом не сказали, так что это неприемлемо. А что касается мистера Дитворта и вашего с ним договора, то это нас ни в коей мере не касается. Я советую вам вернуться к себе и перечитать наш контракт. Мы вам ничего не должны.