Магия судьбы
Шрифт:
«Чему ты улыбаешься, сладкая?» — спросил Фишер.
Я оглядела каждого из моих мужчин. «Мне просто нравится, как мы все вместе. Та любовь, которую вы испытываете друг к другу, делает меня такой счастливой». Мне также нравилось видеть их вместе. Прикасающихся. Целующихся. Мои щеки залились румянцем, и Фишер тихо застонал.
Глаза Слоана сузились на мне. «О чем ты думаешь, котенок?»
Все глаза были на мне, и я заерзала на стуле. «Ни о чем», — солгала я.
Брам усмехнулся. «Ты думаешь о нас голыми, не так ли?»
«Она точно думает», —
«Вместе. Она думала о нас голыми. Вместе», — подсказал Рыбка, и я притворилась возмущенной, что он выдал мои секреты. Но это не было секретом.
Фарис драматично ахнул и подмигнул мне, высовывая свой пирсинг в языке между пухлыми губами.
«Ладно. Да, я признаю. — Я понизила голос до шепота. — Это просто так горячо. Горячее всего, что я когда-либо видела. Так что, пожалуйста, если вы хотите сделать что-то подобное, просто следуйте туда, куда ведут ваши члены».
Кэм расхохотался, и остальные присоединились. «Ты поощряешь нас спать вместе?» — спросил он, когда успокоился.
Я пожала плечами. «Пока мы верны людям за этим столом, я не вижу в этом проблемы». Судя по количеству ерзаний на стульях и незаметных рук, скользнувших под стол, у них тоже не было проблем с этим. Я улыбнулась и развернула салфетку. Служит им правильно, пытаясь завести меня.
Джоанна вернулась с нашими напитками в этот момент, и мы сделали заказ.
«Хорошая идея — вытащить нас из дома, Рыжая». Слоан поднял свой бокал за меня и сделал маленький глоток.
«Ну, это была не только моя идея, — ответила я, разглаживая рубашку. — Это была идея Кая».
Следующие пятнадцать минут мы говорили и смеялись. Ароматы жареного мяса и чеснока разносились по открытому залу, и я была уверена, что мы все готовы наброситься на еду, как только Джоанна и другой официант появятся с нашими заказами.
«Наслаждайтесь», — сказала она нам с улыбкой, убедившись, что нам больше ничего не нужно.
«Выглядит просто офигенно», — весело сказал Кай, осматривая свой рибай. Парни предупреждали меня, что он может быть немного придирчивым к еде, когда ест вне дома, чему он с радостью признался.
Я уставилась на свою тарелку. Я тоже заказала рибай с печеной картошкой и грилем из спаржи. Запах чего-то ужасного ударил меня по лицу, как пощечина, и я почувствовала, как побледнела. «Что это за запах?» — процедила я, пытаясь дышать через рот.
«Я заказал брокколи с начинкой — может быть, это оно?» — спросил Кэм, указывая вилкой на кучу зелени, щедро покрытой расплавленным сыром. Я схватила бокал с диетической докторской пепси и сделала глоток.
«Ты в порядке, сладкая? Ты была... немного не в духе сегодня вечером», — осторожно спросил Рыбка, как будто имел дело с бомбой замедленного действия. Я полагаю, в некотором смысле, так оно и было.
«Да, — вздохнула я. — Прости. Просто много всего произошло. Мне нужно просто насладиться вечером с моими мужчинами».
«Я согласен с этим заявлением, Детка. Позволь нам позаботиться о тебе и показать тебе хороший вечер». Брам отрезал
«О боги, извините меня на минуту». Я резко встала, чуть не опрокинув стул в спешке добраться до туалета. Я не оглядывалась, чтобы увидеть, идет ли кто-то за мной; я знала, что хотя бы один из них последует. Я обеими руками толкнула дверь в женскую комнату и направилась к самой большой кабинке как раз вовремя.
Жестокий. Это было лучшее слово для описания того, что произошло в той кабинке. Меня никогда так сильно не тошнило в моей жизни.
«Росток?»
«Ммм? Здесь. Одну секунду», — выдохнула я, хватая туалетную бумагу и вытирая рот. Смыв все, я вышла из кабинки и увидела Кая, прислонившегося к стене у раковины.
«Что происходит, Детка? И не говори, что ничего, потому что я знаю, что что-то есть», — твердо сказал он. Я не ответила, сосредоточившись на мытье рук. Он протянул мне бумажное полотенце, когда я закончила, и приподнял брови с ожидающим видом.
«Давай вернемся за стол», — мягко сказала я.
Он прищурился, оценивая меня. Его взгляд начал скользить по моему телу, и мне нужно было остановить это, прежде чем он догадается, что на самом деле происходит. Я хотела рассказать им всем вместе.
«Ты только что блевала здесь как ненормальная. Ты не вернешься за стол — я отвезу тебя домой», — сообщил мне Кай, беря меня за руку и открывая дверь.
«Что? Нет. Я в порядке. Мне уже намного лучше», — выпалила я, слова вылетали быстро.
«Мы можем попробовать снова скоро. Ты явно заболеваешь, и Альфа во мне настаивает, чтобы я отвез тебя домой, уложил в постель и позаботился обо всем, что тебе может понадобиться. Так что, пожалуйста, Детка. Пойдем домой», — сказал он, беря мою руку и прикладывая к своему сердцу.
Я не хотела причинять ему боль. Или кому-либо из них, когда-либо. У каждого из нас разные желания, надежды и порывы — вещи, которые делают нас теми, кто мы есть. Для Кая забота о его паре, когда она плохо себя чувствует, была чем-то, что стояло на первом месте в списке его потребностей.
«А как же еда? Остальные?» — спросила я, уже смирившись с тем, что уйду.
«Они сейчас упаковывают все в коробки. Мы устроим пикник дома, в гостиной. Как тебе такой вариант?» — спросил Кай с маленькой улыбкой на губах.
«Это на самом деле звучит очень приятно». — Я вздохнула, даря ему в ответ слабую улыбку.
Парни были все на взводе. Я чувствовала, как каждый из них наблюдает за мной, пока мы собирали наши вещи в ресторане и направлялись на улицу. Кай отвез меня домой на машине, а Кэм отогнал мотоцикл Кая обратно. Слоан был приклеен ко мне с того момента, как я вышла из туалета в ресторане, а затем, когда мы вернулись домой, он открыл мою дверцу и проводил меня в дом. Убедившись, что я уютно устроилась в углу дивана с пледом, он исчез на кухне. Я протестовала, когда он загнал меня сюда, говоря, что мне нужно взять свою еду, но Слоан не слушал.