Магия Наяд
Шрифт:
— И?
— Я эмпат, я почувствовала твои чувства, поэтому я снова человек… почти.
— Все-таки почти. А почему не полностью? — Алекса чувствовала, что этот вопрос очень интересен Мишелю.
— Видимо, чего-то не хватает. Я сейчас человек, только благодаря человеческим чувствам, которые я читаю, но я все еще слышу зов моря.
— То есть, если ты будешь одна, то станешь снова русалкой? — предположил Мишель, и Алекса ощутила, что ему очень не хочется оказаться правым.
— Не
Алекса чувствовала, как Мишель постепенно успокаивается.
— Более чем, — ответил он, отводя глаза. — Теперь мне придется не только мысли фильтровать, но и чувства.
— Что-то у тебя плохо это получается, — сказала Алекса.
— Прекрати!
— Если бы я знала, как! Сейчас ведь вся школа сбежится на меня посмотреть. Столько эмоций! Раньше я только читала об эмпатах, а теперь вот мне предстоит воочию убедить, как же это сложно.
Они опустились на крыльцо школы.
— Да поможет мне магия, — сказала Алекса и открыла дверь.
Холл был пуст, и Алекса хотела воспользоваться этим и незаметно проскользнуть в свою комнату, чтобы хотя бы переодеться. Но тут из-за поворота вышел какой-то ученик и остолбенел, увидев Алексу. Девушка ощутила его изумление. Тут с лестницы спустилась еще группа адептов школы. Алекса почувствовала любопытство и удивление. Тут из Главной Залы хлынула целая толпа.
— Мерлин, забыла, что сейчас ужин, — пробормотала Алекса.
Мгновенно вокруг них же собралась толпа, каждый старался взглянуть на Алексу. Она же чувствовала, как эмоции все прибывают и прибывают. Их сила становилась все больше и больше, она давила и напирала, сдавливала сознание, хотелось то плакать, то смеяться. Внезапно звуки отошли куда-то на второй план, мир исказился, поплыл перед глазами, и Алекса погрузилась во тьму.
Очнулась она, когда было уже светло. Она была в медсанчасти, вокруг нее была ширма из белого материала. Алекса пошевелилась. Все было в порядке. Никаких особых изменений она не чувствовала. Тут из-за ширмы показалась мадам Жавельсалид.
— Проснулась? Как себя чувствуешь? — спросила она.
— Хорошо, а что случилось? — удивленно переспросила Алекса, постепенно восстанавливая в памяти происшествия вчерашнего вечера.
— Ты упала в обморок от слишком большого количества чужих эмоций, — сказала женщина. — К тебе пришли.
Из-за ширмы вынырнул академик Пересветов.
— Здравствуй, Алекса, — сказал он улыбаясь. — Как ты себя чувствуешь?
— Здравствуйте.
Он мягко покачал головой.
— Ты не могла поступить иначе. Ты дочь своего отца. Другое дело, что такие решения не всегда верны, — сказал он. — Я рад, что ты осталась невредима.
— Я тоже, — улыбнулась Алекса и тут поняла, что ничего не чувствует, точнее, не чувствует чувств директора. — Профессор, а что с моим даром? Или это что-то другое?
— Нет, ты эмпат действительный и полный. А сейчас функционирует зелье, притупляющее чувства, скоро его действие закончится, и твой дар к тебе вернется.
— Вернется? — ужаснулась Алекса. — Я, конечно, очень рада, что у меня появился новый дар, к тому же, именно он помогает мне быть человеком, но он мне… мешает. Да и откуда он у меня?
— Понимаешь ли, Алекса, этот дар у тебя от матери. Очень редко, но все же случается, что дети наследуют дар от обоих родителей. От отца ты обрела способность перемещаться, а от матери дар чувствовать эмоции других.
— Но я не могу ощущать все эмоции сразу! Я просто не выдержу!
— Если бы ты не могла, то тебе бы и не достался этот дар.
— Но как мне с ним справиться?
— Не отвергай эти чувства. Впусти их в себя, ведь ты человек, ты можешь их пережить. Представь, какая возможность — испытать весь спектр человеческих чувств разом! — сказал академик.
— Я не знаю, как это сделать. Они окружают меня со всех сторон, не оставляя мне места.
— Не борись с ними, прими их.
— Хорошо, я попробую, — вздохнула Алекса, плохо себе представляя, как можно принять такую массу эмоций. — А когда меня выпишут?
— Это решит мадам Жавельсалид, — развел руками Владимир Пересветов.
— Думаю, что к прощальному ужину она уже сможет прийти.
— Так долго?
— Долго? — подняла бровь лекарь. — Он сегодня вечером.
— Сегодня? Мы ведь еще и экзамены не сдали, — удивилась Алекса.
— Алекса, сегодня 31 мая. Завтра вы все разъезжаетесь по домам на каникулы, — сказал академик, улыбаясь.
— 31? Я же всего три дня была русалкой?
— Время у русалок течет по иному, поэтому они так долго и живут.
— Точно, как я могла забыть, — кивнула Алекса.
К вечеру того же дня ее выписали. Она обходными путями проскользнула на жилой этаж и взлетела к себе в комнату.
— Алекса! — и тут же Алекса почувствовала, что ее заключили в цепкие объятья. — Как же я рада снова тебя видеть!
— Магма! — обрадовалась Алекса.
— Я как узнала, что ты в замке, сразу к тебе отправилась, но меня к тебе не пускали, сказали, что тебе надо отдохнуть. Я тебя даже и не видела.