Магия Наяд

Умнова Елена

— Да и больше никто в округе не колдовал, не мог никто помочь, — мимоходом заметил Тим.

— Алекса, какое заклинание ты произнесла? — спросила Марианна, начиная сомневаться.

— Ливеос не падус, — ответила Алекса. — Только я вообще не сосредотачивалась, я и не думала, что оно получится.

— И впрямь заклинание высшей левитации! — поразилась Марианна. — А о чем ты думала?

— Не помню, что-то о том, что надоело быть всеобщим посмешищем, — припомнила Алекса. — А что?

— Посмешищем? Ты? Ты никаких стихов не сочиняла? — снова спросила Марианна.

— Может быть и так. Я часто что-то в рифму говорю или думаю. Но не знаю, не помню.

— А я знаю, — сказал

Ян, телепатический дар которого проявлялся стихийно, и не всегда во время, но этот раз был исключением. — Ты подумала: «Как же надоело постоянно привлекать внимание! И ведь для этого я не прикладываю никакого старания». Это и впрямь стихи.

— И довольно мощные, — согласилась Марианна, чье лицо разом помрачнело. — В совокупности с общим настроением и применением магии, я могу утверждать, что это ты заморозила ребят.

— Я? Но как? — усомнилась Алекса. — Я даже не пожелала этого.

— Совсем не обязательно конкретно думать о действии, иногда бывает, что достаточно только настроиться на волну. Для сильных магов это вполне приемлемо, поэтому они могут творить несколько заклинаний одновременно, они только должны иметь общий эмоциональный фон, — покачала головой Марианна.

— Но причем тут замораживающее и левитационное заклинание? — не сдавалась Алекса.

— Левитационное заклинание нейтрально само по себе и может использоваться как светлыми, так и темными магами. Но ты произнесла заклинание высшей левитации, высшей магии. Это очень сложное, мощное и неопределенное заклинание. Ума не приложу, как оно у тебя получилось, оно и на последнем курсе далеко не всем дается. Я сама его несколько дней изучала. Но оно дает достаточно силы для побочного замораживающего заклинания. Так что, если ты перенесла курицу в тарелку с помощью этого заклинания, то и Тима с Томом заколдовала ты.

— Но я не хотела их заколдовывать, — настаивала Алекса. — Как же такое может произойти?

— Ты говоришь, что тебе надоело быть всеобщим посмешищем, а они как раз собирались посмеяться, сказав тебе высшее заклятье. Тим и Том не рассчитывали, что оно у тебя получится. Но высшая магическая интуиция, присущая всем магам подстраховала тебя без твоего желания. Что бы им не над чем было смеяться, ты их заморозила, отличным заклятьем, — назидательно сказала Марианна.

Она обращалась в общем-то не к Алексе, (с которой она, видимо, была полностью согласна, что хулиганов надо поставить на место), а к Тиму и Тому. Они все еще никак не могли прийти в себя от мысли, что их заморозила первокурсница, да к тому же они ничего не почувствовали. Это же высший пилотаж!

— Так что, не советую вам шутить с сильной волшебницей, обладающей повышенным чувством магической интуиции. Иначе ее неопределенная судьба переплетется с вашими судьбами, и далеко не в вашу пользу. Так что, поберегите здоровье, — закончила свою речь Марианна, явно довольная замешательством близнецов (что, видимо, случалось не часто).

Глава 12 «Проверка»

Происшествие в столовой немного развеселило Алексу. Ей все больше и больше нравилось колдовать, и даже ее необычность, показалась ей очень даже выигрышной. Ведь, так как она, никто больше не мог. Ни голубых искр, ни двойных заклинаний, ни высшей магии на первом курсе, даже в неприятности, такие, как у нее, никто не влипал. Да и время шло, а она спокойно колдовала голубыми искрами, не прикладывая никаких особых усилий и не скрывая их. Постепенно все учителя и ученики привыкли к ее странностям и почти не обращали внимания на ее искры, лишь изредка любуясь мерным блеском с голубым отливом.

Уже прошло несколько недель, и

школа магии полностью завладела сердцем Алексы. Девушка уже не могла представить себя учащееся где-то еще, кроме как в Колдумнеях. Школа была огромной и загадочной. Блуждающие стены, привидения, шагающие доспехи, представляющие себя в роли настоящих стражников, огромные залы, узкие лазы, темные и запутанные подвалы, светлые и высокие башни и магия, магия, магия. Все здесь было ей пропитано. Любая мелочь, начиная от магических раковин и заканчивая сложной работой запирающего заклинания, все было построено на магии, и, не зная ее законов ничем нельзя было воспользоваться. Поэтому даже самому отъявленному лоботрясу приходилось время от времени браться за учебники. Но таковые встречались очень редко, хотя, конечно, без них никак не обходится ни одно учебное заведение. Алекса с большим удовольствием ходила на занятия, а те с каждым разом становились все интереснее и интереснее.

Уроки Биомагии оказались очень познавательными. На них Алекса узнала много нового о знакомых ей растениях и огромное количество совершенно новых. Об их свойствах рассказывала Горт ензия Лил ея, светлая низенькая волшебница в высокой конусообразной шляпе и фартуком поверх мантии, который она часто забывала снимать.

Колдост ория, наверное, была очень увлекательным уроком, но так как ее вел Петр Мшаник, (серая мантия, серые волосы на лысеющей голове, серые, совершенно не выразительные, глаза, высокий с залысинами лоб и нос крючком), слушать которого без зевоты было нельзя, на уроке почти все занимались борьбой со сном, а не конспектированием событий.

Уроки по Зельечар овничеству вел высокий темный маг по имени Альфред Зельц, он всегда ходил в черном, редко улыбался. Но если все же его рот растягивала набежавшая ухмылка, то сразу же обнажались мелкие острые зубы чисто белого цвета. Но чаще же он ходил, наклонив голову, так, что его черные длинноватые волосы закрывали пол-лица. Для всех оставалось загадкой, как же он видит сквозь толстую стену жестких густых волос, но факт оставался фактом. Урок он вел немного порывисто и очень часто высмеивал провинившихся учеников.

Лекции по Астрологон омии читала невысокая светлая волшебница Гелия Веста, слегка заикающаяся на длинных словах, также она имела привычку возводить палец к небу, когда говорила что-то важное. Сама же по себе была утонченная натура, всегда носила надушенные кружевные платочки, была крайне щепетильна в отношении к свому внешнему виду и, видимо, была воспитана в лучших манерах восемнадцатого века и иногда сбивалась на французский язык. Многие ученики над ней посмеивались, но, в общем, урок она вела спокойно и размеренно, каким-то чудом укладываясь точно в срок, ни минутой раньше, ни минутой позже. Видимо, сказывалась долгая практика преподавания.

Но больше всего Алексе нравился урок Боевой магии. Афелия Мэтаре была строгой, но справедливой учительницей. На ее уроках они изучали заклинания нападения и защиты от них, большей частью нападали темные, а защищались светлые, но так как Алекса была неопределенна на какое-либо отделение, то на нее налагалась двойная нагрузка. Ей было необходимо выучивать все заклинания, но это ничуть ее не огорчало, так как возможность использовать и те и другие заклинания имела только она одна, да и они давались ей легко. После случая с наложением замораживающей магии в Главной Зале Алекса почти не прикладывала усилий для произнесения изучаемых заклинаний, они получались сами собой и даже не требовали отработки. Нужно было только зазубрить сами слова заклинаний и некоторые их свойства.